Сюжеты

И НА МОЙКЕ, 12 БЫЛА КОММУНАЛКА

Этот материал вышел в № 56 от 07 Августа 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Мстислав Цявловский, Татьяна Цявловская. Вокруг Пушкина. Дневники, статьи. 1925–1965. — М.: НЛО, 2000 «Осенью 1930 г. …в квартиру Пушкина (Мойка, 12) въехал коммунист Родов». «…Дальше — в Михайловское. …На месте дома Пушкина (дом был...


       
       Мстислав Цявловский, Татьяна Цявловская.
       Вокруг Пушкина. Дневники, статьи.
       1925–1965. — М.: НЛО, 2000

       
       «Осенью 1930 г. …в квартиру Пушкина (Мойка, 12) въехал коммунист Родов».
       «…Дальше — в Михайловское. …На месте дома Пушкина (дом был сожжен в 1918 г. — Е. Д.) выстроен новый сосновый музей, снаружи напоминающий павильон для купания или хорошего типа киоск. …Начался парад колхозных троек. Лучшие стахановцы округа (17 сельсоветов) на тройках… мчались мимо нас… На задках розвальней и на загривках лошадей тряслись портреты Пушкина, увитые цветными лентами…
       …Начался роскошный банкет. Речи произносил Безыменский (начал с того, что Пушкин говорил, что «суровый Дант не презирал муската и тщательно уничтожал портвейн»)».
       (М. А. Цявловский «Дневник 18 февраля–24 февраля 1937 г. в Михайловском»).
       «10 февраля 1933 г. …Правнучка Пушкина Софья Павловна Кологривова рассказала мне ужасную страницу жизни своей сестры, умершей в качестве работницы совхоза от переутомления, голода, с обмороженными и ревматическими руками… Она была как-то арестована и попала в камеру с воровками-рецидивистками, проститутками… Вся эта шпана, узнав, что она дочь помещика, издевалась над ней. Это была необыкновенной стойкости и благородства человек… имела силу духа после тяжелой работы в совхозе, голодная, измученная, учить жившего у нее сына сестры».
       
       Главная тема дневниковых записей легендарной четы пушкинистов — поиск рукописей и дневников, свидетельств современников, писем к поэту, неизвестных его портретов. Сосредоточенный, высокопрофессиональный поиск на изрытом, в общем-то, пепелище пушкинской России.
       Вот готовится академическое издание А. С. П. М. А. Цявловский собирает материалы для своей замечательной «Летописи жизни и творчества Пушкина», доведенной им до 1826 года. Но век шествует путем своим железным. И сквозь острые, страшные линзы дневниковых свидетельств, подобных вышеприведенным, видна вся эпоха. И вся страна.
       На фоне Пушкина, как известно, российская повседневность фиксируется особо рельефно.
       Дневники Цявловских — прежде всего дневники профессионалов (такие записи, вероятно, ведут биологи в лабораторных журналах, а капитаны — в судовых). Записи их дальше от «словесности как таковой», нежели чем, например, благородные свидетельства Лидии Гинзбург или язвительные мемуары Эммы Герштейн.
       При этом из многолетних архивных изысканий, из тетрадных строк выпадают (ну совершенно как цветок засохший, безуханный) вспышки былой жизни, пленяющие человека русской культуры: «Прочла и списала очень интересные два письма Вяземского к Верстовскому, из кот. видно, что они будут пробовать лечить Батюшкова (на кварт. у врача) музыкой Верстовского».
       По времени находка эта пришлась как раз посредине между уплотнением пушкинской квартиры на Мойке пролеткультовцем С. Родовым и рассказом С. П. Кологривовой о страшной смерти ее сестры.
       И вот совмещение этих двух пластов реальности — жизни, опыта — придают дневникам М. А. и Т. Г. Цявловских какой-то страшный и страшно сильный эффект.
       Не знаю, можно ли его назвать художественным.
       Не рискну, пожалуй…
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera