Сюжеты

У БЕРЕЗОВСКОГО НЕТ ГАРАНТИЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Этот материал вышел в № 58 от 14 Августа 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Игорь Шабдурасулов о том, что такое оппозиция Бориса Березовского. Первое подробное интервью после ухода из Кремля Бывший замглавы президентской администрации, помогавший Владимиру Путину и «Единству» прийти к власти, Игорь Шабдурасулов...


Игорь Шабдурасулов о том, что такое оппозиция Бориса Березовского. Первое подробное интервью после ухода из Кремля
       
       Бывший замглавы президентской администрации, помогавший Владимиру Путину и «Единству» прийти к власти, Игорь Шабдурасулов теперь вместе с Борисом Березовским создает «партию конструктивной оппозиции» с ориентировочным названием «Цивилизация».
       Пока «Цивилизация» Березовского выглядит слабовато: Борису Абрамовичу не удалось, как он обещал, собрать в Думе фракцию, ни один губернатор или олигарх также не поддержал его оппозиционных начинаний. На днях было опубликовано его «Обращение к обществу», в котором содержатся опасения по поводу «импульса авторитаризма», подписанное весьма странным набором оппозиционеров: писателем Аксеновым, режиссерами Говорухиным и Любимовым, актерами Меньшиковым и Бодровым, публицистом Лацисом, академиком Яковлевым и, конечно, Игорем Шабдурасуловым.
       Задачей Шабдурасулова в «конструктивной оппозиции» будет руководство холдингом «СМИ Березовского» (ОРТ, «Независимая газета», «Коммерсантъ», «Новые известия», «Огонек», «Наше радио»). Наипервейшей из задач — сохранение контроля над каналом ОРТ, на который покушается президентская администрация

       
       — Вы исключаете версию договоренности между Березовским и Путиным о создании карманной оппозиции?
       — Исключаю, поскольку неплохо знаком с Березовским, чуть меньше знаком с Путиным. Но точно знаю, что это не те люди, которые будут в политике заниматься двурушничеством.
       — А версию, что у Березовского есть гарантии безопасности и поэтому он может творить что угодно?
       — Ну а какие могут быть гарантии?
       — Под этим подразумевают компромат. Борис Абрамович ведь может много интересного рассказать о том, как Путин приходил к власти?
       — Нет, компромат сейчас не может сработать. И потом, Борис Абрамович не был технологом по избранию Путина в президенты, он не был менеджером этого проекта и участвовал только на первых стадиях — на этапе формирования идеологии новой политической конструкции, связанной с Путиным. Поэтому он не так много знает.
       — Но Путин же благодарен Березовскому за то, что он год назад лоббировал его в премьер-министры и преемники. И это тоже гарантия безопасности.
       — Не только Березовский лоббировал. Это была коллективная инициатива многих людей, но окончательное решение тогда все-таки принимал президент Борис Николаевич Ельцин, а не Березовский или Волошин. Поэтому какая может быть благодарность?
       Видите ли, я давно ведь говорил, что никакие заслуги в избирательной кампании не гарантируют никому место в команде избранного президента. И это логично, поскольку у предвыборных технологов другие функции. Безусловно, ряд людей совпадает, многие остались, но очень многие ушли. Посмотрите на ту же президентскую администрацию.
       — А вас и Березовского не удовлетворяет качество сменившейся команды?
       — Да. Просто многие решения, которые принимались президентской администрацией и во время предвыборной гонки, и после нее, меня категорически не устраивали. Во многих оценках мы тут действительно сходимся с Борисом Абрамовичем Березовским. И мы расстались с Александром Стальевичем Волошиным без слез, понимая степень расхождения во взглядах.
       — Говорят, вы ушли из-за усиления позиций молодого замглавы администрации Суркова, который даже Волошина теснит во влиянии на внутреннюю политику?
       — Понятия никакого не имею о конфликтах интересов Суркова и Волошина, меня это совершенно не интересует.
       — Какие конкретно волошинские проекты во время выборов вам не нравились?
       — Например, я против инициатив по усилению вертикали власти, которые предпринимаются, как принято говорить, Кремлем.
       — Кстати, а кем конкретно это инициируется?
       — Безусловно, последнее слово принадлежит Путину.
       — А первое? Кто лоббировал административную реформу?
       — Сотрудники администрации. Тот же Волошин. Тот же Сурков, поскольку он ведь занимается у нас взаимоотношениями с депутатами и губернаторами.
       Кстати, о Суркове и депутатах. Второй существенный пункт моих возражений действующей власти — это роль, которую она отводит в общественной жизни партии «Единство». С моей точки зрения, необходимо было заниматься строительством настоящего общественно-политического движения, неформальным лидером которого должен был стать Путин. А может быть, и формальным лидером, потому что если в каких статьях и надо менять конституцию, то именно в тех, где она запрещает президенту участвовать в политических партиях. Нам пора наконец переходить к партийному строению политического пространства.
       А получилось так, что депутатов «Единства» заставляют делать все, что скажет Кремль, и при этом слишком близко к Кремлю не подпускают, на коротком поводке держат.
       — «Единство» и создавалось для того, чтобы на кнопки нажимать без ошибок.
       — Если считать, что их функция — правильно голосовать, тогда все в порядке. Но ни я, ни Березовский с этим не согласны, о чем и заявили.
       — Удивительно слышать, что вы, оказывается, когда создавали «Единство», имели в виду что-то другое. Сами люди в списке этой партии приспособлены только для нажатия на кнопки.
       — Был шанс превратить эту структуру в ресурс реальной общественно-политической поддержки Путина.
       — Многие оценили старт оппозиции Березовского как провал: ни одного губернатора, ни одного олигарха, без депутатов, зато с актером Бодровым, да и то с младшим.
       — Цыплят по осени считают. Нужно вести тщательную и продуманную работу по формированию движения конструктивной оппозиции. Мы заполняем действительно пустую нишу, и надо просто не торопиться, качественно и продуманно работать.
       — Ну вот старт как раз говорит о спешке, о некачественной и непродуманной работе.
       — Никакой спешки не было. Набрали несколько человек, которые решили подписать некое письмо с декларациями о намерениях. По сути произошло обращение группы уважаемых людей к обществу, в котором высказана совершенно определенная позиция, видение ситуации в стране. Дальше все будет зависеть от того, насколько общество готово воспринять эти зерна.
       — Игорь Владимирович, тут ведь все просто считается. Народ еще долго не сформулирует своих претензий к Путину. А элиты — бизнес и губернаторы — не хотят в оппозицию. Получается, ресурсов нет.
       — Ресурсов больше чем достаточно. Многие, кто сейчас боится, завтра могут перестать бояться. Мы никуда не денемся от того, что общество пообвыкнется к новой ситуации и думающие люди будут формулировать свои мысли относительно действий нынешней власти. И многим из них не захочется находиться в роли попок, вечно одобряющих «дорогого Владимира Владимировича». Но и в оголтелую оппозицию, которую может предложить нынешний политический рынок, они уйти не захотят. Все нормально. Здоровой части общества предложен понятный центр кристаллизации.
       — «Обращение к обществу», под которым вы в том числе подписались, постоянно апеллирует к некоему «окружению Путина», которое несет тоталитарную идеологию. Скажите, кто эти люди пофамильно?
       — Понятия не имею. Что такое окружение Путина? Это масса людей, с которыми он общается и которые в этом смысле влияют на его позицию. Я вполне допускаю, что какие-то представители и спецслужб, и питерской команды, и старомосковской команды время от времени предлагают простые силовые решения, которые потом, как мы видим, реализуются. Я не называю этих людей не потому, что чего-то боюсь, просто я не знаю, кто там что предлагает. И потом, это быстро станет понятно.
       — Сейчас Борис Березовский, контролирующий 49% акций ОРТ, определяет политику канала. Как вы думаете, администрация президента может без всяких переговоров, силой забрать канал?
       — Может. У государства всегда масса вариантов, и против лома нет приема. Посмотрите на взаимоотношения власти с НТВ.
       — Как я понимаю, у Гусинского и Березовского ситуации схожие: под кредиты заложены акции, а срок кредитов истекает.
       — У нас ситуация другая, поскольку 100-миллионный кредит Внешэкономбанка, срок погашения которого истекает в сентябре, взят под залог 13% акций (6,5% государственных и 6,5% частных). У НТВ принципиально другие суммы.
       — Исключено, что губернаторы Тулеев, Лебедь и Россель, с которыми встречался Березовский, погасят долг канала перед ВЭБом?
       — Исключено.
       — Тогда получается, что государство может не вести с вами переговоров, а просто за долги отнять 13% акций, и госпакет будет уже гораздо больше контрольного.
       — Все не так просто, потому что на ОРТ контрольный пакет мало что значит. Согласно уставу, все решения проводятся тремя четвертями голосов. Что такое в этой ситуации контрольный пакет? Поэтому есть предмет для переговоров, ведь в любой ситуации интересы частных акционеров придется учитывать. Мы поэтому и завели речь о том, что ситуацию с ОРТ надо переводить в идеологию честных финансов. Если государство собирается отстаивать на канале государственные интересы, пусть оно его финансирует. А частные акционеры не готовы платить свои деньги за государственную пропаганду.
       — А кредит ВЭБа — чем не государственное финансирование?
       — Кредит — это кредит, это деньги в долг, причем под залог акций в том числе частных акционеров.
       — А со стороны государства переговоры с Березовским ведет Волошин или все-таки люди Внешэкономбанка?
       — Понятия не имею. Да и не важно это — как в случае с НТВ никто ведь не верит, что «Газпром» как частная структура разбирается с НТВ. Ясно ведь, что за «Газпромом» стоит государство.
       — Вы не склонны считать визиты налоговой полиции в «Сибнефть» давлением на акционеров ОРТ, на Березовского?
       — Не склонен, потому что акционеры ОРТ не имеют никакого отношения к «Сибнефти».
       — Вы настаиваете на этом?
       — Я просто это знаю.
       — Царит всеобщая уверенность, что Березовский проиграет бой за ОРТ. Какие у вас есть козыри в переговорах с государством?
       — Вариант силового захвата канала, при котором государство наплюет на права частных акционеров, мы не рассматриваем как нежелательный — тут против лома нет приема. Но если мы живем, как говорил Владимир Владимирович Путин, в диктатуре закона, то тут появляется масса вариантов взаимодействия. И это является предметом переговоров.
       Понятно, что канал надо содержать, в него надо инвестировать. Лишь года через два-три, по прогнозам рекламного рынка, он сможет стать самоокупаемым. Судя по проекту бюджета на 2001 год, государство по-прежнему не собирается содержать ОРТ. Отсюда первый вариант: государство выкупает пакет у частных акционеров ОРТ по какой-то договорной цене. И делает там что хочет. Или второй вариант: государство оставляет себе 25% плюс одна акция, а остальное приватизирует. Тогда у частных акционеров появляется стимул инвестировать в канал.
       — Медиамагнат Руперт Мэрдок действительно готов купить акции ОРТ, если их будут приватизировать?
       — В реальной плоскости пока это не обсуждается, поскольку государство не определилось, что оно собирается делать с ОРТ. Потом переговоры возможны хоть с Мэрдоком, хоть со Шмэрдоком. Но юридически ситуация должна быть прописана.
       — В холдинге «СМИ Березовского», кроме ОРТ, много проблем. Вы готовы сейчас говорить о том, какие там будут реформы? Станете ли вы, например, кого-то закрывать?
       — Я не готов об этом говорить. Пока не определены окончательно даже участники холдинга. Туда могут войти и рекламные агентства, и производители программ. Предстоит долгая, нудная работа.
       — Холдинг будет бизнес-проектом или, как это водится у Березовского, главное — политика, а на прибыль плевать?
       — Мне интересно было бы делать из этого бизнес. Но это не фабрика макарон, и тут никуда не денешься от общественно-политического аспекта. Эта составляющая будет присутствовать всегда. Но мне хотелось бы, чтобы она была не первоочередной. Именно так я пытаюсь договариваться.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera