Сюжеты

ОТ ТЮРЬМЫ ДО СУМЫ

Этот материал вышел в № 62 от 28 Августа 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

«Третье тысячелетие» гарантирует: в Москве будет музей современного искусства. В третьем тысячелетии Усвоив, что доллары, марки и франки в отличие от рублей — твердая и надежная валюта, мы и к нашему искусству начинаем испытывать интерес и...


«Третье тысячелетие» гарантирует: в Москве будет музей современного искусства. В третьем тысячелетии
       
       Усвоив, что доллары, марки и франки в отличие от рублей — твердая и надежная валюта, мы и к нашему искусству начинаем испытывать интерес и доверие, когда оно возвращается к нам с Запада, так сказать, в экспортно-импортном варианте.
       И вот уже какой-нибудь олигарх, судящий об изобразительном искусстве по единственному доступному ему критерию — похожести, приобретает полотно современного русского художника Ш. За бешеные у. е. А художник-то — даже не Шилов, который рисует, как фотографирует, напротив, авангардист!
       Почему априори жадный олигарх решается на такую трату? Все очень просто: с одной стороны, он не хочет прослыть ретроградом, с другой — выбранного им художника уже признали на Западе, где валюта твердая, и даже купили несколько картин (за эту самую валюту). Следовательно, покупка его работ — не только утончение имиджа олигарха, но и выгодное помещение капитала.
       Хотя что касается выгоды — это когда как.
       Известный коллекционер и издатель, директор Музея современного русского искусства в Джерси-Сити (Большой Нью-Йорк) Александр Глезер рассказал, как г-н Виноградов (Инкомбанк) похвастался ему приобретением картины Эдуарда Штейнберга — за 48 тыс. долл. Одобрив покупку, Александр Давыдович разочаровал банкира: если бы он покупал картину не через посредников, а у самого художника, она бы обошлась в восемь раз дешевле.
       Этой милой историей Глезер поделился на московской пресс-конференции, посвященной двадцатилетию его Музея современного русского искусства. Который и создавался с такой целью: утвердить и, если можно так выразиться, сертифицировать ценность современного русского искусства. Причем в послевоенной художественной столице мира — Нью-Йорке, где и своих-то (только зарегистрированных!) художников 300 тысяч.
       Двадцать лет назад, в 1980 году, когда у нас буйными осенними красками цвел застой, музей Глезера в Джерси-Сити призван был нести граду и миру благую весь о неофициальном искусстве в СССР. И понятно, что на Западе с интересом и сочувствием воспринимали творчество тех, кто в условиях тоталитарного соцреализма продолжал традиции классического русского авангарда.
       В годы перестройки интерес к музею поддерживался тогдашним небывалым любопытством к России Горби.
       Ельцинская Россия Запад уже не интересовала — только тревожила. И в этой сложной ситуации Глезер решился на пропаганду никому не известных молодых русских художников, осиротевших детей перестройки.
       Он начал устраивать выставки «Неизвестная Россия» (прошло уже три). И успех несомненен — картины молодых русских стали покупать и в США, и во Франции, и в Германии.
       Если на первом этапе работы музея целью Глезера было сделать авангардных русских художников известными на Западе, дабы буквально уберечь их от тюрьмы (с известными людьми расправляться труднее — сопряжено со скандалом), то теперь он хочет «засветить» на Западе наших талантливых молодых, чтобы спасти их от сумы.
       Но вот-вот наступит третье тысячелетие, и значит, все, что было в ХХ веке, можно рассматривать уже как историю. В том числе и современное искусство (в нашем случае — постсталинское).
       Мы любим любить историю.
       Таким образом, Музей современного русского искусства, о желании открыть который говорили на пресс-конференции представители некоммерческого партнерства «Третье тысячелетие» и гуманитарно ориентированные предприниматели, больше не кажется чем-то нереальным. При условии, что государство выделит приемлемые помещения (уж Глезер-то их наполнение обеспечит).
       ...Двадцатый век в мировом изобразительном искусстве был русским. Кандинский, Малевич, Шагал (список можно продолжить) определили лицо уходящего века. И сейчас во всем мире знают русских (независимо от национальности) Илью Кабакова, Оскара Рабина и не только их. То, что в Москве до сих пор нет Музея современного русского искусства, — нонсенс. И еще один грустный показатель того, как мы не ценим то, что имеем (и потерявши не плачем — даже об утраченных работах Кандинского и Малевича). Теперь уже несмотря на признание Запада.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera