Сюжеты

КАК ОДИН ГЕНЕРАЛ 30 ПУЗЫРЕЙ НАДУЛ

Этот материал вышел в № 64 от 04 Сентября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

О вреде возбуждения. Не уголовных дел, а милицейского начальства Внимательный читатель, конечно же, помнит нашумевшее письмо (расчет на шум оправдался в полной мере) первого заместителя министра внутренних дел, начальника следственного...


О вреде возбуждения. Не уголовных дел, а милицейского начальства
       
       Внимательный читатель, конечно же, помнит нашумевшее письмо (расчет на шум оправдался в полной мере) первого заместителя министра внутренних дел, начальника следственного комитета Николая Соловьева, направленное недели три назад мэру Москвы Юрию Лужкову.
       Чтобы письмо достигло цели, то есть произвело шум достаточных децибелов, СК МВД принял все необходимые меры. На случай, если соловьевского фельдъегеря с донесением Лужков замочит и закопает в подвалах Тверской, 13, копии письма были переданы в некоторые дружественные МВД средства массовой информации. Однако журналисты не проявили должного внимания к посланию и ограничились цитированием нескольких звучных фраз из него — вроде «возбуждено 30 уголовных дел в отношении высокопоставленных чиновников московской администрации», «речь идет о фактах взяточничества, использования служебного положения в корыстных целях, связях с организованной преступной деятельностью»... Все остальное в письме показалось нашим коллегам скучным. Напрасно! Мы хотим восстановить справедливость и по достоинству оценить это произведение эпистолярного искусства. Тем более что и повод есть — мэр Москвы только что официально ответил на письмо.
       Читатель, знакомый с депешей МВД по нескольким опубликованным фразам, может сделать вывод, что доблестные стражи закона взяли за жабры ближайших соратников Лужкова, причем за преступления, совершенные ими не далее как в прошлую пятницу. О «соратниках» — чуть ниже, а пока о свежести дел. Речь идет о «фактах», имевших место в период с 1991-го по 1999 год. Скажем, Инновационный фонд мэрии, о незаконности создания которого говорится в начале письма, прекратил свое существование аж в 1993 году.
       Вопрос первый: с какого перепугу МВД пишет Лужкову? Ответ дан «во первых строках». Внимание! «Уважаемый Юрий Михайлович! Формирующаяся принципиально новая внутриполитическая обстановка в Российской Федерации, нацеленность нынешнего руководства страны на реальное ослабление криминального мира, главным образом в структурах власти и управления, актуализация в этой связи вопроса о наведении порядка в столице Российской Федерации (особенно в свете выраженного Вами стремления содействовать делу укрепления российской государственности) явились мотивацией подготовки и направления в Ваш адрес настоящего представления».
       Тут, конечно, все понятно, но рискнем проявить занудство и изложим по-простецки то, что «явилось мотивацией». Юрий Михайлович! Тут такое дело: жили мы, значит, не тужили, воры воровали, служители порядка исправно получали зарплату, горя не знали, и мы бы никогда не побеспокоили вас по такому пустячному поводу, да вот на нашу голову избрали нового президента, по молодости беспокойного, и мы вынуждены изображать бурную деятельность, уж вы не обессудьте...
       На самом деле это очень смешное письмо. Понимая слабость своей позиции, его автор время от времени пытается быть грозным: «Многие оперативные материалы имеют четкую перспективу реализации (перевода в плоскость уголовных дел)». Пояснение в скобках особенно уморительно. Если перевести эту мудреную фразу в «плоскость» русского языка, станет ясно, что дела-то у МВД совсем тухлые. Зачем федеральному милицейскому начальнику рассказывать городскому голове о перспективности дел, которыми следственный комитет занимается годами?! Вы, голубчик, доведите дело до суда, посадите лихоимца, ежели какие за ним грехи, — это же ваша прямая обязанность, а уж потом упрекните городскую власть в кадровой неразборчивости.
       Говорят, при первом чтении письма Лужков завис, как компьютер, которому дали некорректное задание. Потом выдал: «Не могу понять, зачем мне прислали это письмо из МВД. Что я должен ответить, если я сам в течение последних лет несколько писем направлял в правоохранительные органы, в том числе в РУБОП, с просьбой выявить и пресечь коррупцию в органах исполнительной власти города. У милиции есть неопровержимые доказательства злоупотреблений тридцати московских чиновников? Так и отправляйтесь прямой дорогой в суд. А коль так не поступают, складывается впечатление, что документ носит политический характер».
       Оснований для утверждения о политической подоплеке письма у мэра было более чем достаточно. Вся сила министерского послания заключалась в ключевой фразе о возбуждении 30 уголовных дел против «высокопоставленных чиновников московской администрации». Все было сделано в лучших традициях печально памятной информационной войны с Лужковым и «Отечеством». СМИ, «специализирующиеся» на Москве, передернули затвор. Газеты запестрели заголовками: «Дошли до Лужкова», «Лужков попал под колпак президента», «Всесильному мэру указали на место»...
       Лужков не поддался на провокацию. Его ответ Соловьеву выдержан в спокойных тонах. В нем мэр разделяет озабоченность замминистра затронутыми проблемами, аккуратно дает понять, что негоже перекладывать ответственность на чужие плечи, и выражает готовность в пределах компетенции городской власти работать над проблемой и сотрудничать с МВД.
       Называя министерское послание мирным словом «письмо», мы несколько грешим против истины. На самом деле депеша называется грозно — представление. В четверг на совещании в правительстве Москвы Юрий Лужков назвал действия МВД «разбором в режиме профсоюзного собрания». Более пространно высказался на эту тему начальник государственно-правового управления мэрии Геннадий Пономарев: «Представления так не делаются. Следственный комитет как минимум должен был прислать на совещание правительства Москвы своего представителя для выступления с докладом. Никто не пришел. О чем это говорит? Нечего было сказать? Слишком слабы аргументы, приведенные в представлении?» Следственный комитет утверждает, что правительство Москвы должно контролировать тех, кого оно нанимает на бюджетные деньги. В качестве примера приводится акционерное общество «СУ-802», гендиректор которого на строительстве МКАД, по данным МВД, украл большие суммы из городского бюджета. Это в традициях нашей правоохранительной системы — сваливать с больной головы на здоровую. С таким же успехом любое отделение милиции может обвинить хозяина ограбленной квартиры в том, что у него нет бронированной двери и бультерьера на лестничной клетке.
       Теперь о главном. О тридцати «высокопоставленных чиновниках московской администрации», против которых возбуждены уголовные дела. При ближайшем рассмотрении этих «чиновников» становится ясно, что в МВД действительно были возбуждены — не столько дела, сколько авторы письма. Вследствие чего «высоко поставили» людей, не имеющих к московской администрации никакого отношения. В списке, представленном мэру Москвы, к городской власти причастны лишь три человека: председатель Московской регистрационной палаты И. Александров, начальник одного из управлений департамента финансов А. Лазькова и заместитель главы управы района «Аэропорт» П. Бендин. Уровень их высокопоставленности можно еще обсуждать, но когда к «должностным лицам правительства Москвы» причисляются работники различных обществ с ограниченной ответственностью, акционерных обществ и столичных рынков, становится ясно, из какого лыка в МВД вяжут криминальную строку.
       Но это беда не только министерства. При таком уровне профессионализма следователей надеяться на то, что удастся очистить столицу от коррупционеров, увы, не приходится. Апофеозом деятельности следственного комитета можно считать предъявление уже упоминавшемуся председателю Московской регистрационной палаты И. Александрову обвинения по несуществующей 290-й статье УК РСФСР. Куда ехать дальше!
       В письме МВД говорится о «перспективности» возбужденных дел. Практика следствия этого пока не доказывает. Не хватает одной малости — работников перспективных. Потому и пытаются высокопоставленные чиновники министерства переложить свою ответственность на столичные власти. И если бы только на власти! Есть в цитируемом произведении эпистолярного жанра еще один перл: «Обращает на себя внимание тот факт, что медиавозможности московского правительства используются далеко не в полной мере для вскрытия и предания гласности фактов коррупции в среде столичного чиновничества...».
       Так вот где, оказывается, собака зарыта! Ну конечно, борьба с преступностью — это в первую очередь дело журналистов! А оперативные работники МВД будут живописать наши подвиги. Благо, способности у некоторых из них нет-нет да и рвутся на бумагу. Ну чем плоха, например, заключительная фраза из письма замминистра Лужкову: «Полагаю, что реализация этих мер будет способствовать оздоровлению общественной атмосферы, улучшению криминогенной и социально-политической обстановки в столице Российской Федерации, а также расширению Ваших возможностей как государственного, политического и общественного деятеля (курсив мой. — Ю. А.). Концовка фразы не оставляет сомнений: замминистра решил возглавить инициативную группу по выдвижению мэра Москвы в какую-нибудь ООН. Почему бы и нет, раз уж с борьбой против коррупции у замминистра такая незадача.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera