Сюжеты

ОКНО НА ПАЛУБУ

Этот материал вышел в № 64 от 04 Сентября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

К сожалению, закончился 7-й Международный фестиваль анимационных фильмов «Крок». Спонсоры фестиваля: компания «Королевские Голландские Авиалинии», рекламно-издательский центр «Гопак», компания «Моторола», издательство «Самовар», ЗАО...


       
       К сожалению, закончился 7-й Международный фестиваль анимационных фильмов «Крок». Спонсоры фестиваля: компания «Королевские Голландские Авиалинии», рекламно-издательский центр «Гопак», компания «Моторола», издательство «Самовар», ЗАО «Киевский завод шампанских вин «Столичный» и другие. Спасибо всем
       
       Седьмой, седьмой! Счастливое число! Ковчег со стапелей спускают в реку, попарно всякой твари; «Ку-ка-ре-ку!» — отчаливай, веселое весло. Стартует «Крок», кто пьян, а кто — нетрезв. Мы начинаем. Времени — в обрез.
       Напомнить ли, что «Крок» — прекрасный круг, круг на борту, по типу спасжилета, где аниматор нерестится летом и мечет разноцветную икру. Мультфестиваль, авторитетный в мире — мерси директору его, Капличной Ире.
       Мы плавали по Волге, по Дунаю и по Днепру, а нынче молодежь выходит в Ладогу, и нам не страшен дождь, он нас бодрит, как некогда — Данаю. На «Крок» слетелись нынче киношколы. Он в детство впал, беспечный и веселый.
       Студенты, знай, курочили корвет, по палубам носились, словно доги: американцы — дети технологий, Утрехт, и шляхта краковских кровей, и тихие любительницы бара — мадьярок умненьких серьезнейшая пара; Корея нежная, эстонцев пылкий сонм, и бакалавр прославленного Гента, четверка киевских безудержных студентов; толпа французов пела свой шансон; плеяда с высших курсов, славный викинг и стайка девочек системы «ВГИКинг». Сакс, немец, финн и друг степей туркмен — какое обещанье перемен!
       Ах, кто-то, кажется, намерен клин вбить между мною и моей газетой: пиши давай, не строй с себя поэта; тут есть, кому стишки-то стряпать, блин. Но я тусовку эту обожаю — и чувства адекватно выражаю.
       Но что вдруг состязанье малышей удумал «Крок» устроить на досуге? Ведь есть для них специальные фелюги — да хоть в Японии, да хоть у латышей! Зачем мы поломали свой регламент? Затем, что денег не дает парламент. В стране Назарова, Норштейна, Хитрука мультфильмов не снимают, как известно, и это все давно не интересно, писать о том умаялась рука. В цехах — разруха, в анимах — солома.
       Но есть студенты, а у них — дипломы.
       Россия, ежик, ты — моя шинель; здесь все мечтают, едут за туманом... Крутые пробавляются обманом, художник ищет денег, деньги — щель. На спонсора — в тоске — как на луну.
       И представляет молодость страну! И за другие страны заодно сыграло молодежное кино.
       Ты знаешь, милый друг (конечно, да!), откуда слово «немец» на России? Так звали иностранцев, что гостили в Лефортово и прочих слободах. Все иноземцы были как бы «немы»: поскольку не врубались в наши темы.
       Теперь совсем другие времена. Германия — культурная страна. С немецкой школой — главная из встреч, что озадачила и мастеров смутила. Такой концепт, такая, право, сила... Откуда в школярах такая речь? Дипломник Кайзер, страшный «Харара» — смертельный трюк, безумная игра. К себе прорваться сквозь огонь и мрак и умереть, чтоб выжить и осилить чудовище в египетской могиле, — такой вот саспенс типа «Харара». Дипломный фильм стяжал свой первый приз — теперь бегом на палубу, на бриз!
       «Шаляпин Федор» — имя корабля. Посудина не так, чтобы крутая. Пожалуй, не дотянет до Китая. Но до Кижей — свободно, ву а ля! Из зала, где крутили нам кино, был выход озорной — через окно. Причем единственный. Не правда ли, хорош? Какое равенство — ни мелочи, ни бонзы; кто ты ни есть: студент, матрона, спонсор — сигай себе в окошко, как Гаврош!
       
       Вот и настала пора —
       слово о спонсоре молвить.
       Это высокая речь,
       мрамора просит строка.
       Спонсор великий живет
       далеко-далеко от России,
       И Украина ему — тоже
       чужая земля.
       Спонсор — французский камрад, миллионер
       и красавец,
       Он проживает в Анси
       (маленький город-музей).
       Мачеха есть у него
       — аниматоров верный товарищ,
       В доме Николь Франсуа
       сызмальства видел их всех.
       Стал Франсуа фирмачом;
       лыжи — вот его бизнес.
       Лейбл его «Саломон»
       знает любой слаломист.
       Но воспитали его в свете
       идей гуманизма:
       Лыжи-то бизнес его,
       но анимация — страсть.
       Денег у «Крока» опять
       нет ни шиша и ни гривны.
       Капличная волосы рвет,
       громко сосет валидол.
       Тут Франсуа Саломон
       Ире звонит на мобильный:
       «Брось ерундой заниматься,
       ничего у козлов не проси.
       Я тебе сам помогу,
       дам тебе долларов кучу,
       Плюс на банкет и призы;
       не унижайся». — «Мерси».
       
       Треть «Крока» — щедрый Франсуа карман. При этом — ни намека на халяву. Все чистоганом, вот какие нравы: с женой Николь и крошкой (ах, шарман!) он занял первоклассные каюты не задарма — за твердую валюту.
       
       Ура Саломону-кормильцу,
       и милой Николь Саломон,
       И русской жене Саломона,
       и крошке их Лоре — ура!
       
       На «Кроке» состоялся «круглый стол», где педагоги — мастера и лоси — делились опытом: кому как удалося в стране наладить дело киношкол. Норштейн грустил: да что ж все о деньгах! Давайте о студенческих мозгах! Задача мастера — чтоб ум заговорил, а техника, финансы и структура, друзья мои, не есть вопрос культуры, не правда ли, коллега Жан-Мари? «Уи, оф корз», — Демейер, мэтр из Гента, спокоен за судьбу интеллигента.
       Любезный Жан-Мари не принял вызов наш, поскольку в Бельгии все очень гармонично: студенты сыты, учатся отлично, и сам король их школе дал карт-бланш. Нет в Королевской Академии искусств конфликта денег, разума и чувств. Той мощи, славы и таких кровей (традиции веков — да, двух веков — сказались) не отыскать, Европе всей на зависть, как в Бельгии, на кафедре Серве. (Рауль Серве ту школу основал, он — классик и начало мультначал).
       Жюри откликнулось на групповой прикол изящного искусства этих Тилей, на твердость рук и разнородность стилей: приз Гентской, лучшей среди киношкол. (Но, впрочем, без конверта и валюты: они и так одеты и обуты.)
       Покинув кинозал через окно, я наблюдаю волжские просторы... Но пара грустных истин, о которых велит мне сообщить любовь к кино, пейзаж окрестный горько отравляют и сердцем сокрушаться заставляют.
       Со всею большевистской прямотой признаться надо: до чего ж хреново с мультгенерациею нашей новой дела во ВГИКе — ну ни се, ни то... Какие-то ребячьи почеркушки, сценарная беда и темперамент сушки. Как больно мне за киновуз страны, талантами, как зайцами, богатой! Что с вами приключилося, ребята? Кто вас затюкал этак, пацаны? Нет у меня практически гипотез, что вам за сила давит на гипофиз. Неужто?.. Нет! Не смею произнесть... Преподава... О Боже! Что за бредни! Уж лучше съесть язык свой непотребный, чем запятнать учительскую честь! Ну, стало быть, классическая схема: всему виною климат и система.
       ...А спозаранку, всех подняв окрест, — гудок, как бас, «Дубинушкой» прославлен: «Шаляпин» салютует Ярославлю. Бегом к Петрову, времени в обрез! Да, это он, Петров — не кто иной, тот самый — Шура, «Оскара» владетель. В его дому хозяйничают дети — и тоже, кстати, делают кино. (Любимцу город студию отгрохал — и набежало этого гороха...) Художник, дети, краски и река — отрадней что такого сочетанья? Оно, возможно, заключает тайну: откуда в этих детях так легка фантазия и так сильна свобода — без ссылок на систему и погоду. Художник образует биополе... К вопросу о структуре и о школе.
       Пытливый юноша, узрев в проблеме суть, спросил меня весьма недоуменно: что, «авторское» — значит непременно — кино, где безнадега, мрак и жуть? Диагноз, к сожалению, прескверный: вопрос хотя и варварский, но верный. Зависимость действительно пряма: во многом знании есть многие печали. Кто много думает, всегда грустит вначале, но мрачность — не свидетельство ума. Возьмем Норштейна: он и мудр, и светел. Но, впрочем, это знают даже дети.
       Как плод от яблони, кино учеников уж червячком покусано изрядно, хотя и выглядит порой нарядно... Но, право, чтоб смотреть на жизнь легко, с любовью, — от различных поколений гораздо больше нужно озарений.
       Вот лампочка горит. И вот разбита. Но свет сочится: лужа, озерцо... Друг дружке дети брызгают в лицо, потом бегут и в мощный луч софита бросают камешек... И, вырвавшись из шлюза, свет залил мир на радость карапузам. А также к удовольствию жюри: привет Сукупу, радостному чеху! Спецприз и камера вдобавок к чеку (цена надежды, что ни говори).
       Приз за дебют достался Кроу — бриту. (Хоть у меня другие фавориты.) Порядком мне осточертел гиньоль. «Изгнанье демона», веселенькая тема. Мужик. Язык в нем — это, значит, демон. И, значит, выгнать демона изволь. Язык ужасен, красен и вертляв: то он змея, то веник, то петля... Врагом своим несчастный одержим, его он тащит, тащит прочь из глотки... По мне, ей-богу, лучше выпить водки, и вырвать грешный свой... и хрен бы с ним. Ну, ладно, Кроу, вы с поэтом квиты. Но у меня другие фавориты.
       Мальчишка ростом с каланчу, с квадратной челюстью, с Урала. Учился в «Аргусе» помалу (такой стоглазый черт. Шучу). Такая студия с лицеем, довольно скромная по целям: их сериалы — свет туши! И вот негаданно-нежданно с Урала, из глуши бесштанной, приходит форменный Шукшин!
       — Где ты кино снимал?
       — А дома!
       — Но кто ж помог?
       — Пацан знакомый. И две отличные девчонки. И музыканты по дешевке.
       Короче, так. Пастух небритый. Песня. Корова на весах. Пора в забой. Забойщик с папироской под губой кувалдой по башке ее как треснет! Душа коровы отлетает. Марш. Забойщик-зверь ее, однако, ловит и по башке опять ее колотит, пока душа не превратится в фарш. И ставит палочку в конторе на доске. И — снова солнышко, и детки на песке; и тетушка сардельками торгует. Вдруг, выбив крышку у лотка тугую, сардельки вырываются на воздух и крыльями трепещут, как стрекозы...
       Такая притча, как бы про коров. Артур зовут мальчишку, Толстобров. Смещен в экологические сени. Жюри, жюри, куда смотрели вы? При чем здесь экология, увы? Ведь сказано по-русски: «Воскресенье».
       ...Кижи чирикнули, а там — уж Ладога и Валаам.
       Пора взглянуть на вещи просто и радужным крылом блеснуть. Нас ловит на свою блесну и в скит влечет омытый остров. А после, следом за Ларисой, экскурсоводом и актрисой, мы делаем еще шажок и на сосновый бережок вдруг попадаем, чист и весел. И плаваем в святой воде, совсем забывши о стыде, а после — мужики, как беси. И прочь две старые черницы спешат, закрыв платками лица.
       Бывают ярче всех утех минуты счастья и сближенья, когда ты видишь отраженье себя в себе — оно из тех. И если это чуждо вам — тогда бегом на Валаам, где вод стеченье и небес, поскольку времени — в обрез!
       Мы отыграли карнавал — в широком смысле и в буквальном. Я курицей была печальной. Меня никто не узнавал. Я не открыла им лицо. Но под конец снесла яйцо.
       И в этот миг явились нам события, они мешались, мои цыплята распищались, их было много на волнах... И пучеглазый пес Помпон под колесо — с разгону, сдуру, и пластилиновую шкуру его размазал фаэтон, и, неподвластная уму, мелькнула жизнь над песьим ухом, вот так и мы — и сном, и духом живем, сочувствуя всему... И пластилиновую смерть способны мы во сне оплакать; и если, скажем, ты — собака, ты тоже человек, заметь. И мы с тобой душой и телом. Гран-при. Но разве в этом дело?
       Ах да. Фабьен Друэ, «Помпон». Ну, вив ля Франс? Душевно рады.
       Мы подплываем к Ленинграду. Нева? А с виду — Лимпопо.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera