Сюжеты

СПАСАТЬ ЛЮДЕЙ СКОРО ВЫЙДЕТ ИЗ МОДЫ?

Этот материал вышел в № 65 от 07 Сентября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Москвич Сергей Баринов ушел в армию в ноябре прошлого года и попал в Северо-Кавказский военный округ, в в/ч 34605. Били? Били. Издевались? Издевались. Как везде. Вывезли на полигон — потому что это Северо-Кавказский военный округ, а не...


       
       Москвич Сергей Баринов ушел в армию в ноябре прошлого года и попал в Северо-Кавказский военный округ, в в/ч 34605. Били? Били. Издевались? Издевались. Как везде. Вывезли на полигон — потому что это Северо-Кавказский военный округ, а не Дальневосточный. Впереди маячила Чечня.
       Но на полигоне Сереже от всего пережитого стало неважно. Он не раз жаловался в медчасть, но успеха не имел: там думали, «косит». Сережа послал маме письмо: «Я больше не могу. Весь покрылся струпьями».
       Только мощным напором из Москвы, из Союза комитетов солдатских матерей, Сережу все-таки удалось переправить в госпиталь в Волгограде. В феврале там разобрались с диагнозом — лимфосаркома — и отвезли парня в Главный военный клинический госпиталь имени академика Н. Н. Бурденко. Лечение гематологических заболеваний — дело крайне дорогостоящее. Три химиотерапии, проведенные в Бурденко, — и Сережу комиссовали, а значит, выписали из военного госпиталя. Маме, Любови Николаевне, воспитавшей сына без отца, да еще к тому же и инвалиду второй группы с пенсией чуть более 900 рублей, врачи сказали: больше лекарств для Сережи в армии нет...
       Через некоторое время разжалованный 18-летний солдат оказался в Гематологическом научном центре РАМН, в отделении интенсивной терапии. Но лекарств нет и там — для гражданина РФ. Маме выдали на руки список из 17 наименований. И предупредили: на его приобретение нужно 300 тысяч рублей. Идите — ищите. И добавили: «Если не найдете к середине сентября — все». Маме предложили русский кросс, где на кону — жизнь ее ребенка...
       Теперь мама бегает кругами по Москве. И ничего не может найти — не везет. Мама не знает, как ей быть дальше. В Минздраве покачали головой: действительно, с лекарствами плохо — и с мамой расстались. В банках то же самое: действительно, с деньгами плохо... Сейчас письмо о случившемся лежит в приемной Юрия Лужкова — пока тоже без ответа. Мама добежала до нашей редакции. И мы сделали то, что смогли. Мы обратились ко всем: давайте спасем солдата, который ни в чем не виноват. А спасти его можно сейчас, только если мы все сложимся и сдюжим фантастическую сумму в 300 тысяч. По-другому Сереже не выжить.
       А теперь — о роли «если бы» в нашей новейшей истории. Хотя, как принято считать, история не выносит сослагательного наклонения.
       Если бы Сережу так не били...
       Если бы не война в Чечне, куда лежал его путь...
       Если бы он так не переживал по этому поводу...
       Если бы вовремя отправили в онкологическую клинику...
       Если бы Министерство обороны не поспешило комиссовать...
       Если бы здравоохранение у нас не пришло в упадок...
       История обязана выносить сослагательное наклонение. Иначе мы, ее «творители», слишком черствеем. Вы никогда не задумывались, что разваливали систему здравоохранения, где онкологическая помощь была бесплатной, все мы дружно, а расплачиваются за это единицы? Те, кто лично не разваливал, — просто потому, что не успел. И настолько серьезно заболел, что системе в ее нынешнем состоянии легче перевести их быстренько в разряд так называемых нерентабельных больных (неизлечимых), чем продолжать лечить?..
 
       Если вы можете оказать помощь, сообщите об этом, используя пейджер 232-0000 (для аб. 49883). Спасите ваши души.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera