Сюжеты

ГОРОД, ВЫСТОЯВШИЙ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ, В ГРАЖДАНСКОЙ ПАЛ

Этот материал вышел в № 72 от 02 Октября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Волгоградский синдром: нашел компромат на человека в погонах — спроси у него самого разрешение на публикацию Пока федеральные и московские силовики устраивали маски-шоу и брали штурмом кабинеты не покорных действующей власти изданий, пока...


Волгоградский синдром: нашел компромат на человека в погонах — спроси у него самого разрешение на публикацию
       
       Пока федеральные и московские силовики устраивали маски-шоу и брали штурмом кабинеты не покорных действующей власти изданий, пока Госдума пыталась рожать концепции «об информационной безопасности», чиновники в регионах действовали тихо и эффективно. Зачем скандалить, когда все вопросы можно урегулировать мирным путем? Я бы даже сказала «гражданско-правовым»...
       
       Новый способ контроля за выходящей к читателям, радиослушателям и телезрителям информацией родился в Волгограде, а потом тихо и мирно распространился по некоторым другим регионам, не вызывая ни журналистских, ни читательских протестов.
       Впрочем, абсолютное большинство граждан о новом веянии ничего и не знали. Лишь очень наблюдательные из них могли заметить, что информация, опубликованная в местных СМИ о деятельности силовых структур, криминогенной обстановке в регионах, написана, как под копирку. Читать не интересно. А если что-то и выходит из общего ряда, так почти не затрагивает руководство силовых структур, ненавязчиво создавая впечатление — коррупции в этих рядах нет.
       Каким образом в регионах достигается подобная идиллия, мы узнали совершенно случайно. В Волгограде один скандальный редактор передал в местный Центр защиты прав прессы текст «Соглашения» с областным управлением налоговой полиции. Суть этого документа сводится к следующему: налоговая полиция по своему усмотрению снабжает редакцию информацией. Редакция, публикуя эту информацию, не имеет права ее комментировать. Если, не дай бог, редакция что-то узнала со стороны о деятельности полиции, она обязана сообщить об этом в полицию и только после разрешения последней принимать решение о публикации. Ну а если вдруг редакция забылась и опубликовала не согласованные с полицейской пресс-службой сведения, то обязана их тут же и опровергнуть. Если редакция договор нарушит, ее лишат самого главного — доступа к информации. Тут важно добавить, что ни один сотрудник этого ведомства без разрешения начальства не будет разговаривать с журналистом. Таким образом волгоградские редакции оказались перед жестким выбором: или «добровольно» подписывайте «Соглашение о сотрудничестве» (так незастенчиво назван договор), или останетесь без информационных ресурсов.
       Когда сотрудники Центра защиты прав прессы попытались выяснить, сколько же редакций подписалось под добровольной цензурой и чей изощренный ум породил текст этого договора, открылась изумительная картина. Оказывается, с июня 2000 года точно такие же соглашения с волгоградскими редакциями заключало и местное управление ФСБ. А количество подписавшихся под ними редакций превышает три десятка. Причем речь идет не только о государственных средствах массовой информации, но и о так называемых «независимых». В нашем распоряжении есть соглашения, подписанные нижневолжскими приложениями «Московского комсомольца» и «Комсомольской правды».
       А теперь об авторе самого текста договора.
       
       К истории вопроса
       Маленькое журналистское расследование по поиску автора «Соглашений» неожиданно забросило нас в начало 1998 года, когда в Волгоградской области между частью прессы и руководством местной милиции шла настоящая война. Журналисты то и дело засвечивали факты избиений и даже убийств граждан сотрудниками милиции. Обнародовались факты почти узаконенных поборов, сокрытия преступлений и финансовых махинаций. Естественно, подобная гласность не вызывала восторга ни у руководства местной милиции, ни у федерального ведомства. Дабы пресечь этот разгул свободы печати, исполняющий обязанности начальника областного УВД полковник Никищенко, очевидно, не без согласования с вышестоящими издает приказ, которым запрещает всем сотрудникам УВД общаться с прессой без посредства пресс-службы. Более того, приказ гласил, что в случае появления критических публикаций, «порочащих работу» органов и его руководства, службы обязаны выяснять, откуда произошла утечка информации, принимать меры к нарушившему обет молчания сотруднику, а на издание и журналиста подавать в суд.
       Вот так конкретно. Не выяснять, правда или неправда опубликованы, а разом — в суд. В результате суды были завалены милицейскими исками к журналистам и изданиям. Последним некогда было работать, они проводили дни в залах судебных заседаний. Тогда-то и были в Волгоградском УВД изобретены «Соглашения о сотрудничестве». И редакторы посчитали благом для себя их подписывать. К середине года МВД под давлением прессы вынуждено было принять меры, и пост начальника областной милиции занял другой генерал. Свои отношения с прессой он построил на качественно новой основе. Регулярные встречи с журналистами, открытый разговор о любых фактах милицейских злоупотреблений сделали свое дело. Журналисты стали лояльно относиться к новому руководству. Мир был восстановлен. С этого момента в суд со стороны УВД не поступило ни одного иска к СМИ. «Соглашения» с редакциями, тем не менее, формально продолжали жить, но были лишь мало к чему обязывающей инициативой пресс-службы.
       Тут наступил 2000 год, и концепция информационной открытости уже почти официально была признана вредной. Силовики решили, что пришло их время, и из старых запасников вытащили передовой опыт Волгоградского УВД начала 1998 года. Тексты «Соглашений о сотрудничестве» почти дословно были перепечатаны и размножены. Теперь уже ФСБ и налоговая полиция решили, что пресса должна публиковать об их деятельности лишь то, что ей позволено, и не более. Тексты «Соглашений» с редакциями генералы местных спецслужб подписывали лично. Это, видимо, чтобы журналюгам было понятна мера ответственности при нарушении договоров.
       
       Прогноз на будущее
       Что более всего поражает в данной ситуации, так это тихая покорность региональных изданий, их готовность принять новую цензуру. О праве граждан получать полную, достоверную и объективную информацию никто предпочитает не вспоминать. Мы потихоньку скатываемся к тому, от чего с таким треском и болью уходили на рубеже 80–90 годов, — к шептанию обо всем, что не нравится, на кухне.
       
       P.S.
       Прокуратура Волгоградской области в ответ на обращение Фонда защиты гласности сообщила, что «Соглашения о сотрудничестве», заключенные между редакциями и спецслужбами, не противоречат законодательству, поскольку пресса подписывала их добровольно.

       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera