Сюжеты

ПОСЛАНИЕ К ЧЕЛОВЕЧНОСТИ ПЕРЕДАЕТСЯ В БУТЫЛКЕ

Этот материал вышел в № 73 от 05 Октября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Связь с общественностью должна быть крепкой Один из наиболее раздражающих аспектов жизни в Москве — убежденность русских, особенно интеллигенции, в том, что их пороки — самые порочные в мире. И если вы скажете им, что все, что они говорят...


Связь с общественностью должна быть крепкой
       
       Один из наиболее раздражающих аспектов жизни в Москве — убежденность русских, особенно интеллигенции, в том, что их пороки — самые порочные в мире. И если вы скажете им, что все, что они говорят о недостатках в России, может быть, и чистая правда, но что такое водится и за другими народами, они воспринимают как оскорбление.
       Хороший пример — российские войска в Чечне. Конечно, они жестоки, недисциплинированы, там пьянствуют, мародерствуют и несут огромные потери по причине бездарного командования. Я рассказал об этом своему другу, бывшему майору сухопутных сил США. Он с явным раздражением сказал: «Когда наконец русские поймут, что пехота (в отличие от спецвойск, которые хорошо подготовлены и хорошо оплачиваются) везде, во всем мире одинакова? У нас в армию идут парни, которые либо слишком плохо образованы, чтобы получить хорошую работу, либо пытаются избежать тюрьмы, либо обрюхатили своих подружек и не хотят жениться».
       Конечно, как-то не очень принято признавать, что так было всегда и везде, за исключением войн за национальное выживание. Герцог Веллингтон, победитель Наполеона в битве при Ватерлоо, постоянно вредил своей репутации, говоря, что его солдаты — подонки, большая часть которых воюет за выпивку. И хотя так оно на самом деле и было, английские историки, вместо того чтобы отдать должное искренности Веллингтона, объясняли его замечания презрением аристократа к низшим классам.
       То же самое можно было наблюдать в британском флоте, игравшем значительно более важную роль в формировании Британской империи и печально известном своим пьянством. Уинстон Черчилль, политический глава флота в начале века, однажды так ответил одному адмиралу, который заговорил о высоких традициях флота: «Ну и каковы традиции флота? Ром, содомия и порки». Фраза стала знаменитой.
       
       Руки прочь от российского пьянства
       Нигде так не проявляется уверенность русских в том, что их пороки — самые порочные и уникальные, как в их отношении к проблеме пьянства. Я впервые приехал в Москву, когда Горбачев как раз начал свою антиалкогольную кампанию. Помню, как, проходя по площади Маяковского, сквозь снежную пургу с омерзением прочитал цветовую пропагандистскую надпись: «Стакан мандаринового сока содержит дневную норму витамина С для взрослого человека».
       Я просил своих русских друзей, которые сокрушались по поводу зла от питья водки, объяснить мне: почему финны, которые пьют даже больше русских, тем не менее смогли создать одну из наиболее развитых экономик в мире? То же самое относится и к Японии. В Лондоне я нередко заходил в японский ресторан, где каждый японский бизнесмен имел собственную «именную» бутылку виски, из которой напивался в одиночку.
       Антиалкогольная кампания Горбачева впервые заронила в меня зерна сомнения относительно того, насколько в действительности новые российские лидеры понимают собственную страну. Очевидно, что, как это было с сухим законом в США, если люди не могут пить законно, они будут это делать незаконно и единственным результатом будут контрабанда и преступный бизнес.
       А пьяницы всегда изыщут возможность выпить. Вскоре после того, как был объявлен сухой закон на советском Тихоокеанском рыболовецком флоте, проверяющие обнаружили на одном траулере 576 бутылок водки, предназначенных «для свадьбы второго штурмана».
       
       ...Почему нравятся грузины
       В этом отношении меня как-то поразил случай, имевший место в 1986 году. В Россию приехала британская парламентская делегация во главе с Уильямом Уайтлоу и Денисом Хили, в то время соответственно заместителями лидеров консерваторов и лейбористов. Оба были политическими тяжеловесами. Хили был интеллектуалом с кустистыми бровями и напоминал боксера. Уайтлоу выглядел как всеми любимый добряк-дядюшка, но был острым, как бритва.
       Оба они — вместе со всей своей делегацией членов палаты общин и палаты лордов — были пьяницами со стажем и явно испытывали стресс, посещая безалкогольные официальные обеды в Москве и Ленинграде. Я присоединился к ним на пути в Тбилиси. Настроение, царящее в нашей группе, было унылым. Уайтлоу с горечью заметил: «Только однажды, когда во время вторжения в Нормандию в 1944 году я не мог головы поднять под пулеметным огнем, мне пришлось три дня обходиться без выпивки. С тех пор я не пропустил ни дня».
       В Тбилиси нам раздали официальную программу визита, которая отнюдь не воодушевляла. Это был список официальных мероприятий, начинающихся с посещения городских стен Тбилиси. Ни у кого из нас не было настроения совершать историко-познавательные прогулки, но мы покорно расселись по машинам. Только когда достигли места назначения, мы обнаружили, что «Городские стены Тбилиси» — это ресторан, где в нашу честь была организована дегустация вин. Сколько же бутылок было выпито тогда за развитие англо-грузинских отношений!
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera