Сюжеты

К ПОЭТУ С. ПИТАЮ ИНТЕРЕС

Этот материал вышел в № 74 от 09 Октября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Вынесенные в заголовок строчки принадлежат Дмитрию Сухареву, а поэт С. — Борис Слуцкий. Но и я бы мог подписаться под ними. Только в таком случае эти нехитрые строчки обрели бы некоторую полисемию — под поэтом С. подразумевался бы, помимо...


       
       Вынесенные в заголовок строчки принадлежат Дмитрию Сухареву, а поэт С. — Борис Слуцкий. Но и я бы мог подписаться под ними. Только в таком случае эти нехитрые строчки обрели бы некоторую полисемию — под поэтом С. подразумевался бы, помимо Слуцкого, и сам Сухарев...
       
       Интерес вызывают и внешние обстоятельства его жизни, и внутренние, тайные, определяемые почти невозможным словом «поэт» (вспомним Маяковского: «Поэт — этим и интересен»).
       Ну прежде всего — не вызывает сомнения и даже задокументировано раздвоение личности Дмитрия Антоновича. Он и поэт Сухарев, он же и ученый, доктор биологических наук Сахаров (попробуйте-ка представить Сахарова, который в то же время и Солженицын!).
       Но даже тот, кто не знает ни ту ни другую ипостась Дмитрия Антоновича, хотя бы раз в жизни слышал «Alma mater» или, допустим, «Бричмуллу». Другое дело, что, возможно, приписывал эти песни целиком и полностью их исполнителям и композиторам Виктору Берковскому и Сергею Никитину.
       А есть и такие (сам встречал), кто, наоборот, считает Сухарева исключительно бардом. Но все это внешнее, а любопытство ко всему внешнему недолговечно.
       Так что же уже много лет определяет мой интерес к поэту Сухареву?
       В первую очередь, пожалуй, то, что при всех своих ипостасях Дмитрий Сухарев в нашей литературе был и остается обреченным на одиночество и очень достойно несет свой крест.
       В генерацию поэтов-фронтовиков, наиболее близких ему по духу, он не попал в силу возраста. К шестидесятникам «не причислился» в силу характера (по-моему, главные его черты — щепетильность и скромность), к «тихим» лирикам-деревенщикам — в силу географического положения и учености. Ну а авангардистом никогда не был — не считал для себя обременительными каноны классического русского стиха.
       Одиночкам в литературе сложнее всего. Промышляющие в этом поле стаи раньше могли и загрызть. Сейчас же они приватизировали каждая свой кусок и чужаков-одиночек просто не подпускают. Уже давно процветает корпоративная цензура, главное оружие которой замалчивание несвоих.
       А Сухарев, повторяю, вполне свой разве что для поколения Слуцкого, Самойлова, Кульчицкого, Когана, Левитанского... (Никого из названных уже нет среди нас.)
       И одно из лучших стихотворений Сухарева посвящено, именно этому поколению. Буду цитировать по памяти:
       Вспомните, ребята,
       вспомните, ребята —
       Это только мы видали с вами,
       Как они стояли
       у военкомата
       С бритыми навечно
       головами...
       Потом и перед Афганом, и перед Чечней тоже стояли у военкоматов «с бритыми навечно головами», но уже не было тех младших мальчишек, которые бы могли так увидеть и так запомнить.
       И это разобщение общества, как трещина, прошло через сердце поэта (да простится мне пафос затертой цитаты) — аж в семидесятые он написал:
       Не стреляй в меня,
       бедный студент,
       Как пойдет заваруха...
       (Причем студента этого называл и братом, и сыном.) Значит, предвидел то, что произошло со страной в 90-е? С настоящими поэтами такое случается.
       А вот и развязка этого сюжета, по крайней мере на нынешний день:
       То ли сын за тем
       бугрищем,
       То ли дочь.
       То ли Китеж. То ли British.
       То ли Deutsch.
       Это одно из последних стихотворений Сухарева. А ведь все начиналось если не хронологически, то психологически с «Alma mater»:
       Видишь, карточка помята;
       В лыжных курточках
       щенята,
       Смерти ни одной.
       Волны катятся полого,
       Белой скатертью дорога —
       Вечер выпускной...
       Перечитал эти стихи и еще раз удивился, какие они прозрачные и светлые — в пушкинском смысле: «печаль моя светла». Написать такое есть только одна возможность — самому быть очень светлым человеком. Кстати, только такие люди и могут что-то провидеть. Даже если их провидения оказываются мрачными...
       Вот по всему по этому я и жду с постоянным интересом новых стихов Сухарева. И мне бы очень хотелось, чтобы среди них мелькнуло что-нибудь такое же веселое и беззаботное, как эти его широко известные строчки:
       У дяди Кости левых нет доходов,
       Зато есть бак для пищевых отходов.
       Зато у дяди Кости в этом баке
       Всегда найдутся кости для собаки...
       Думаю, понятно, что это пожелание адресовано не поэту С., а нам с вами?
       
       P.S.
       Имя Дмитрий Сухарев и девиз премии имени Андрея Синявского: «За благородство и творческое поведение в литературе» очень хорошо, на наш взгляд, сочетаются.

       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera