Сюжеты

ПАРАГРАФ — НАША СТАТУЯ СВОБОДЫ

Этот материал вышел в № 75 от 12 Октября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Бои с правами на конституционном поле Только что обнародован специальный доклад Уполномоченного по правам человека в России Олега Миронова на тему «О конституционном праве на свободу передвижения, свободный выбор места пребывания и...


Бои с правами на конституционном поле
       
       Только что обнародован специальный доклад Уполномоченного по правам человека в России Олега Миронова на тему «О конституционном праве на свободу передвижения, свободный выбор места пребывания и жительства в Российской Федерации», в котором государственный правозащитник доказывает, что прав на свободу у нас по-прежнему хоть отбавляй, а до свободы мы так и недотянули
       
       Что такое «конституционное право на свободу передвижения, свободный выбор места пребывания и жительства»? Это красиво поименованная застарелая проблема прописки. А точнее, трагедия прописки. А еще точнее, регистрации, как теперь модно выражаться. Как известно, это одна из самых скользких и неоднозначных тем для российского общества. Мало кто из политиков, а тем более высшего госчиновничества брался расставлять в ней точки над «i» — слишком непопулярно это в обществе. Например, если все без исключения понимают, что надо наводить порядок в детдомах и интернатах для престарелых, поскольку это дело святое. То лишь меньшинство, как показывают соцопросы, согласно со смягчением правил регистрации и тем самым фактически двумя руками голосуют за этнические чистки на отдельно взятых территориях.
       Олег Миронов провел воистину адов труд. Им проанализированы сотни региональных законодательных новшеств, и, надо сказать, некоторые добытые и обнародованные им факты потрясают не меньше, чем формы, которые приобрела затяжная война в Чечне.
       В большинстве регионов конституционное право на работу, образование и врачебную помощь находится в прямой зависимости от штампа в паспорте о регистрации. Нет штампа — нет лечения в больнице, а дети, чьи родители не смогли раздобыть его, могут учиться только в порядке исключения, а лечиться — подручными средствами.
       Но как получить этот штамп? Или особого рода бумажку-вкладыш в паспорт, что одно и то же? Тут-то и начинается трагедия нарушений Конституции общегосударственного масштаба.
       Лидер этого движения против свободы — Кабардино-Балкария с президентом Валерием Коковым во главе. В республике существует ПРЯМОЙ ЗАПРЕТ регистрировать кого-либо пришлого, кроме тех, кто имеет близких родственников в КБР, или если сам тут раньше долго проживал — от 5 до 10 лет. Постановления парламента от 5 мая 1994 г. и 25 сентября 1997 г. так и говорят: «Регистрация граждан РФ, прибывающих на территорию республики, приостановлена». Так что, если ты — пенсионер, и тебе приятно пожить на старости лет в теплом, мягком климате (как это делают, например, тысячи американских пенсионеров, перебираясь в осенний период своей жизни в южные штаты, подальше от зим и снега), и ты выбрал Кабардино-Балкарию, и даже имеешь деньги, чтобы купить тут домик, у тебя ничего не получится.
       Но еще хлеще, чем сам запрет, исключения из него, также установленные законодательным путем. В Кабардино-Балкарии имеют право зарегистрироваться «соотечественники». Только не подумайте, что это — все граждане России. Под словом «соотечественники» республиканский парламент подразумевает только кабардинцев и балкарцев. Люди всех иных национальностей для КБР — иностранцы, и они не имеют права законно тут жить. Вообще! Так что «страна Кокова» на нашем Юге — давно суверенное государство.
       А теперь представьте, что будет, если «соотечественниками» в Якутии признают только якутов. В Хакасии — хакасов. В Татарстане — татар. Это и есть настоящий развал страны, а не тот, мнимый, которым нас постоянно пугают с экранов телевизоров. Вспомните, в конце концов, и трагедию Чечни. Она начиналась в том числе и с того, что власть московская объявила: хватит притеснять представителей всех иных национальностей, кроме чеченцев, мы идем восстанавливать конституционные права «несоотечественников»...
       Надо сказать, лишь неформальные связи президента Кокова с российской политической верхушкой позволяют ему избегать больших скандалов в связи с разгулом национал-социализма на одной отдельно взятой территории. Однако специальный доклад пятого лица в государстве — Уполномоченного по правам человека — это тебе не газетная статья. От него не отмахнешься — президент (первое лицо) и председатель правительства (второе) обязаны показать обществу свою реакцию по этому поводу.
       Если у КБР безусловное первое место по регистрационной беспредельщине, то на втором — Адыгея. Только адыги, причем со всего света, желающие возвратиться на свою историческую родину, имеют право на постоянную регистрацию — сразу же, без всяких проволочек и на любой жилой площади. А остальные? Неадыги изначально поражены в своих гражданских правах по факту своей национальной принадлежности. Это — настоящий современный расизм, осененный легитимными юридическими актами. Прежде всего указом президента Республики Адыгея № 100 от 17 июня 1996 года, который и устанавливает эту национал-чертовщину. Кстати, если ты неадыг и не получил поэтому регистрацию, а значит, находишься в Адыгее нелегально, — будешь, во-первых, оштрафован и, во-вторых, должен оставить расписку о «добровольном выезде за пределы Адыгеи»! Если ты плюнул на эту расписку и «добровольно» не покинул — получи 15 суток с последующим выдворением.
       Любопытно, что из Москвы адыгской власти уже намекали на неправоту. Президент России однажды даже приостановил указ местного президента № 83 «О мерах по ограничению миграции в Республику Адыгея» от 30 мая 1994 г., поскольку там были нарушены сразу пять статей действующего законодательства (два — Конституции, три — Закона о праве граждан на свободу передвижения). Намек в Адыгее понять не пожелали.
       Третью ступеньку этого пьедестала почета занимает, конечно, Краснодарский край. Тамошняя жизнь регламентирована специальным перечнем категорий граждан, которые теряют гражданские права на территории, временно контролируемой губернатором Николаем Кондратенко. Например, если вы решили выйти замуж или жениться на жителе (-нице) курортных районов Краснодарского края и при этом сами из СНГ, то вам предстоит пять лет быть вне закона. Лишь по истечении пяти лет испытательного «кондратенковского» срока возможна регистрация под бочком у супруга (-и). Государство ставит брачующихся перед дилеммой: или пять лет под разными крышами и даже в разных государствах, проверяя чувства на железобетонность, либо уход в нелегалы ради любви.
       Догадайтесь, для граждан какой страны губернатор Кондратенко делает исключение? Конечно, для идеологически близкой — Беларуси.
       Впрочем, в Краснодаре самостийничает не только исполнительная власть. Но и законодательная. Депутаты краевого парламента взяли да и вернули из имперского небытия такое понятие, как ценз оседлости. Хорошим краснодарцем считается тот, который прожил на Кубани более 10 лет. У него все гражданские права. Он и сам может спокойно жить, пользуясь конституционными благами, и пригласить к себе близких родных на постоянное жительство.
       А теперь о распределении мест на «регистрационном» пьедестале. В связи с тем, что Адыгея географически располагается непосредственно на краснодарской территории, можно считать, что второе и третье места достались одним и тем же фигурантам беспредельного правового пространства Юга России. Тем более что в этих обоих субъектах Федерации существует один на двоих беспрецедентный запрет на куплю-продажу своей частной собственности в том случае, если ты продаешь ее человеку, не зарегистрированному в Краснодарском крае и Адыгеи. Если вам выгодно продать свой дом норильчанину или москвичу — это у вас не выйдет. Ищите только краснодарца или адыга.
       Чем не сепаратизм, и уж куда более хлесткий, чем чеченский!
       Любопытная деталь южнороссийского сепаратизма: он на редкость упорный и не поддающийся никаким юридическим исправлениям. Конституционный суд не один раз рассматривал вышеприведенные националистические законодательные акты, требуя срочных изменений порядка регистрации, приведения их в соответствие с конституционными нормами, — а воз и ныне там. До сих пор регистрация происходит по схеме «батьки Кондрата». Олег Миронов, Уполномоченный по правам человека в РФ, обратился непосредственно к губернатору Кондратенко с требованием восстановить действие Конституции на территории края. И что? «Такая работа в настоящее время ведется». Короче, плевать в Краснодаре хотели на то, что думают законники в Москве.
       Впрочем, когда страна — большая зона, поделенная на секторы, стоит ли удивляться, что в каждом бараке в зависимости от желания его «пахана» гостям можно задерживаться только на те сроки, которые установили эти «паханы»?
       Срок в Санкт-Петербурге и Ленинградской области — 45 суток. И двигай обратно в «свой» сектор. При этом срок, конечно, можно продлить, но лишь в порядке исключения, путем уговора старшего важного чиновника (а все мы знаем, что такое — право на уговоры. И чем это заканчивается), и все равно не больше, чем на 6 месяцев. Это как если ты из Москвы приезжаешь не в родной Питер, а без визы — зайцем — в Лондон.
       Гостевой срок в Смоленской области — три месяца. Но тоже не более шести. Почему три? Почему шесть? Кто вправе регламентировать нашу личную жизнь, когда мы у себя дома, то бишь в своей собственной стране? Ну кто может установить срок для бабушки, приехавшей к внукам и детям из деревни в город на зиму? Кто может знать, сколько нужно влюбленным из разных городов, чтобы пожить вместе ради того, чтобы узнать, насколько подходят они друг другу? Тысячи жизненных историй, вариантов, сплетений... Когда единственное, что должно делать государство, — это не мешать жить своим гражданам.
       Так мы добрались до Москвы. Столица славится особой первопрестольной прыткостью — тут вообще творится полный регистрационный пердимонокль. Продлевать сроки гостевания — и вовсе ДО ОСОБОГО УКАЗАНИЯ мэра. Откуда, спрашивается, мэр многомиллионного города может знать, что лично у меня в семье творится? И надо ли ему это вообще? Да и как до него, этого мэра, вообще добраться обычному человеку? Лукавство это все — «ДО ОСОБОГО УКАЗАНИЯ». Просто — мука. Просто — отчаяние. Унижение для тысяч людей.
       Стоит напомнить недавнюю историю — об этом писали год назад все газеты, но безрезультатно. После терактов прошлого года в Москве мэр своим распоряжением
       № 1007-рм аннулировал в одностороннем порядке ВСЕ свидетельства о регистрации. Причем подпавшие под аннулирование узнавали об этом не из личных уведомлений в свой адрес, а по телевизору. Либо, что куда хуже, из уст попавшегося на пути сотрудника милиции. Людей хватали на улицах и в подъездах, швыряли за решетки, били, принуждали к взяткам... Ответственными за взрывы стали все, кто не москвич, — украинские и белорусские рабочие, ингуши, чеченцы, грузины, жители Белгорода и Костромы...
       Впрочем, не все так прямолинейны, как московский мэр. Чтобы выглядеть пристойно, некоторые чиновники любят обставлять свою вполне расистскую деятельность изящными законодательными изгородями. Например, в Московской области берут деньги за регистрацию (что само по себе незаконно), и назван этот 1001-й способ отъема денег у населения, которому куда-то надо переезжать, так: областной Закон о сборе на компенсацию затрат бюджета Московской области по развитию инфраструктуры городов и населенных пунктов области и обеспечению социально-бытовыми условиями граждан, прибывающих в Московскую область на постоянное жительство.
       Деньги, бабки, рублики... Каждый местный вождь у нас фантазирует на эту тему, как ему заблагорассудится. С марта прошлого года в Нижегородской области действует постановление администрации № 70 с трудноперевариваемым названием: «Об утверждении перечня и размеров специальных сборов за услуги населению области по оформлению паспортно-визовых документов...» Это целый список. Что и за что. Вот тебе сбор за процесс установления личности (то бишь милиции — за прямую их работу, за которую она и так зарплату получает из бюджета). Просто за регистрацию по месту жительства. За регистрацию иностранных паспортов — то бишь сбор за посещение данного региона... За вздох на территории Нижегородской области.
       Вы говорите, у нас в Думе битвы вокруг нового Налогового кодекса? А их и не требуется в Нижегородской области. Там уже установлены какие хочешь налоги и сборы.
       Противоправные фантазии властей почти как сексуальные — полный спектр. В некоторых регионах условием регистрации, а также получения статуса беженца выступает состояние здоровья. В Марий-Эл и Калининградской области регистрацию делают после проверки на ВИЧ без скидок на возраст и род предыдущих занятий. В Чувашии и Ярославской области — обследование на болезни, передаваемые половым путем... Если у тебя гонорея, за регистрацией в милицию не суйся — сначала вылечи гонорею. Но лечить ее можно, только если ты зарегистрировался. Значит, езжай, откуда прибыл. Это даже не беспредел. Это — запредел. Право жить и право болеть не могут быть в прямой зависимости друг от друга. Если мы, конечно, не племя мумба-юмба.
       Остается добавить, что во внеконституционном поле живут сейчас 11 регионов страны (то есть одна восьмая нашей территории!), в которых действуют «регистрационные» акты, противоречащие федеральному законодательству и Конституции! Это немыслимо ни в одной стране, которая считает себя правовой.
       На всякий случай перечень законов, согласно которым все вышеперечисленное абсолютно незаконно:
       Конституция РФ. Ст. 19, 27, 55 (ч.3), 72.
       Постановление Конституционного суда РФ от 4 апреля 1996 г. № 9-П.
       Постановление Конституционного cуда РФ от 2 июля 1997 г. № 10-П.
       Постановление Конституционного cуда РФ от 2 февраля 1998 г. № 4-П.
       (ВАЖНАЯ РЕМАРКА. Согласно действующему законодательству, решения КС являются окончательными, не могут быть обжалованы, действуют непосредственно и подлежат исполнению всеми органами государственной власти и должностными лицами.)
       Закон РФ «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ» от 25 июня 1993 г. Ст.3, 8.
       А также:
       Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.). Ст.12.
       Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации (1965 г.). Ст.5.
       Международная конвенция о пресечении преступлений апартеида и наказании за него (1973 г.). Ст.II.
       Конвенция СНГ о правах и основных свободах человека (1995 г.).
       Протокол № 4 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Ст.2.
       Не отмахивайтесь от этого списка Уполномоченного по правам человека. Не исключено, он вам понадобится. В стране, сползающей к тотальному беззаконию, этот бульдозер когда-нибудь да доберется и до вас — будьте спокойны. И вам придется вспомнить о законах, на которые наплевал тот чиновник, который сидит напротив вас... Главный вывод, который делает Олег Миронов своим докладом, противоречит заявленной теме: конституционное право на свободу передвижения в России есть, а реальной свободы передвижения нет.
       Остается добавить, что до Олега Миронова, нашего официального правозащитника, никто, ни одна из правозащитных организаций с именем и историей, не делала такого подробного, профессионального и доказательного анализа существования государственного расизма в России. Также впервые это доклад, к которому власть просто не имеет права не прислушаться.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera