Сюжеты

ГАЗ. ДАН ПРИКАЗ ЕМУ НА ЗАПАД

Этот материал вышел в № 76 от 16 Октября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Потому что газ выгоднее обращать в доллары, а не в электричество Проблема в том, что «Газпрому» продавать газ за границу ровно в восемь раз выгоднее, чем поставлять его на внутренний рынок. Поэтому «Газпром» принял стратегию расширения...


Потому что газ выгоднее обращать в доллары, а не в электричество
       
       Проблема в том, что «Газпрому» продавать газ за границу ровно в восемь раз выгоднее, чем поставлять его на внутренний рынок. Поэтому «Газпром» принял стратегию расширения экспорта за счет урезания внутренних поставок. Это означает, что у энергетиков будет дефицит сырья. Днями Вяхирев заявил, что в 2001 году недодаст РАО «ЕЭС» еще 40 млрд. кубометров газа, то есть сократит поставки на электростанции на треть. Председатель правления РАО «ЕЭС» Чубайс уже проинформировал страну, что в этом случае зимой будет темно и холодно.
       В эксклюзивном интервью «Новой газете» зампред правления РАО Вячеслав ВОРОНИН сформулировал условия, при выполнении которых зимой удастся избежать энергетического кризиса

       
       — Вяхирев предлагает вам переходить в выработке энергии с газа на уголь, смещать топливный баланс.
       — Сегодня это сделать невозможно. В стране действительно большие запасы угля. Но ведь под каждый тип углей строились и строятся специальные электростанции. И специалисты, работники топливных отраслей, об этом хорошо знают. Для замещения углем 20–25 млрд. куб. м. газа надо вложить в реконструкцию станций минимум 20 млрд. долларов.
       Это не значит, что энергетики ничего не делают в данном направлении. Уже в этом году мы увеличили потребление угля на электростанциях на 9%. Это наша реакция на трудности, которые испытывает «Газпром» с добычей газа. Ведь только за последние 10 лет объемы поставок газа на электростанции сократились на 50 млрд. куб. м. Судите сами, если в 1990 году «Газпром» поставил энергетикам 185 млрд. куб. м газа, то уже в 1999 году эти поставки составили всего 137 млрд. куб. м. Думаю, это очень серьезная проблема, и она должна находиться под государственным оком.
       Кстати, тарифная политика, проводимая государством, также приносит нам серьезные потери. Дело в том, что в тарифах отсутствует инвестиционная составляющая. К сожалению, в абсолютном большинстве регионов тарифы занижены. А это, в свою очередь, сказывается на рабочем состоянии оборудования и техники. Сегодня изношенность основных фондов по разным видам составляет от 65 до 80%. Срочно требуются средства для замены технически устаревших ТЭС, выведения из эксплуатации старых генерирующих мощностей, созданных еще до и сразу после войны. Да и некоторые ГЭС также требуют реконструкции. Специалистами подсчитано, что для перестройки мощностей нам надо минимум пять лет. Мы же говорим об этой зиме, которая уже наступила во многих районах России.
       — Как вы заставите Вяхирева продать вам больше газа?
       — Мы ведем постоянный диалог с «Газпромом», но, думаю, в этой ситуации нам должно помочь правительство. Да, газовики хотят продавать больше газа на Запад в условиях сокращающейся добычи. То есть делают это за счет внутреннего рынка. То есть лишают РАО газа. Но мы-то не против того, чтобы «Газпром» зарабатывал на нас столько же, сколько он сейчас получает от экспорта. Не в РАО же дело! Пусть ФЭК позволит в наш тариф закладывать мировую цену газа, и тогда мы будем покупать газ у «Газпрома» по мировой цене. Пока мы платим 12 долларов за тысячу кубометров газа, а экспортная цена 85 долларов. Если мы в восемь раз поднимем цену за газ, то придется увеличить цену электричества в три-четыре раза — до нормальных европейских трех центов за киловатт.
       — Но с «Газпромом» ничего не поделаешь. У него действительно в следующем году увеличиваются обязательства по экспорту на 10 млрд. кубометров и при этом действительно падает добыча на 20 млрд. кубометров. Вы обречены на дефицит газа, потому что у «Газпрома» его нет физически.
       — Думаю, проблема заключается еще и в том, что нам многие годы говорили, что газа в стране более чем достаточно. Поэтому ученые, проектировщики, инженеры, строители, вся энергетическая отрасль страны были сориентированы на природный газ как основную составляющую топливного баланса. Не наша проблема, что «Газпром» последние годы почти не инвестировал в разработку новых месторождений. У страны должна быть четкая топливная стратегия. Мы должны четко понимать перспективы: сколько у нас будет газа, угля и мазута через год, через пять и через десять лет.
       Второе. Надо срочно развивать конкуренцию на рынке газа. «Газпром» не должен быть абсолютным монополистом. Например, попутный газ нефтяников мы не можем взять, потому что «Газпром» не подпускает никого к газопроводу. Нефтяники готовы нам его продавать. Вообще же правительство должно понимать, что без повышения тарифов и на газ, и на электричество мы обречены на постоянные топливные кризисы.
       — Насколько для вас реально заместить дефицит газа закупками в Туркмении, как предлагает Вяхирев?
       — В принципе реально. Туркмения предлагает газ по цене дешевле европейской в два раза — по 40 долларов. У них можно купить 30 млрд. кубометров газа. Если нам позволят существенно увеличить тариф на электричество, то его можно будет купить.
       — На сколько надо повысить цену электричества, чтобы законтрактовать туркменский газ?
       — Раза в два общий тариф электричества должен быть увеличен для этого.
       — Это правда, что еще и синоптики обещают холодную зиму?
       — Да, это правда. Зима ожидается холоднее обычного на два–три градуса. Надеюсь, синоптики ошибутся.
       — Получилось ли у РАО «ЕЭС» запасти достаточное количество топлива на зиму?
       — К сожалению, нет. Сначала об угольных запасах. Нужно было создать задел 17 млн. тонн угля, чего достичь не удалось. Все лето шли переговоры с «Красуглем», на которых мы проиграли 1–1,5 млн. тонн угля. Шел тяжелый торг, нам пришлось подписать, по сути, продиктованные цены, завышенные в два раза. В экибастузских углях мы также потеряли 1 млн. тонн угля, там у нас были проблемы с транспортной составляющей.
       — Разве нельзя убедить Энергетическую комиссию повысить тариф на электричество, чтобы у РАО «ЕЭС» было достаточно денег на закупку топлива перед зимой?
       — Это оказалось невозможно. Действительно, чтобы накопить на зиму запасы, надо иметь деньги. Где их взять? У РАО один источник — тарифы за производимую нами энергию. Федеральная энергетическая комиссия их отказывается повышать. Раньше удавалось уговорить региональные энергетические комиссии перед зимой повысить тариф на три месяца, чтобы мы закупили сырье. В этом году так удачно получилось договориться только в Новосибирске, где созданы шикарные запасы. В целом же по РАО дефицит оборотных средств перед зимой составляет 5–6 млрд. рублей.
       — С запасами мазута у вас, как я понимаю, тоже большие проблемы.
       — С мазутом дела обстоят еще хуже, чем с углем. 2 млн. 100 тысяч тонн надо было запасти. В итоге же мы имеем 1,6 млн.
       — Нефтяники хотят за мазут больше денег, что вы можете предложить?
       — Исходя из тарифов, мы можем платить им за тонну мазута 1550 рублей. В реальности же дешевле, чем за 2200–2500 рублей за тонну, покупать мазут не удается. То есть мы можем купить в полтора раза меньше мазута, чем нужно.
       — Правительство даже вводило балансовые задания нефтекомпаниям на поставки мазута на внутренний рынок. Помогло?
       — К сожалению, не помогло, потому что цена мазута не снизилась. Нефтяников тоже можно понять. Им опять увеличивают экспортные пошлины, а они, естественно, перекладывают нагрузку на внутренний рынок, повышают цену нам. А мы-то не против платить им больше, если бы Федеральная энергетическая комиссия позволила бы нам повысить тариф.
       — Мрачнейшая картина: дефицит угля, дефицит мазута. А глава «Газпрома» Вяхирев заявил, что и газа в 2001 году поставит вам на 40 млрд. кубометров меньше обычного. Что будет?
       — Если будет еще минус 40 млрд. кубометров газа, то треть страны надо будет сразу отключить от тепла и света. Это называется планированием неизбежной катастрофы. Но это, так сказать, худший сценарий. Я надеюсь, что такого не произойдет. Главное, чего мы добились и что позволяет нам достаточно уверенно входить в зиму, — это наши финансовые результаты. Мы собираем более 90% платежей «живыми» деньгами и впервые за многие годы платим «живыми» деньгами за топливо: и за мазут, и за уголь, и за газ. Так что сегодня топливникам с нами выгодно работать — у нас есть деньги, и мы их исправно платим. Если не будет резкого роста цен, если топливо физически будет — мы к этой зиме практически готовы.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera