Сюжеты

БЕЗ ВЗЯТОК ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА СТРАНЫ РУХНЕТ!

Этот материал вышел в № 81 от 02 Ноября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

БЕЗ ВЗЯТОК ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА СТРАНЫ РУХНЕТ! В международном коррупционном рейтинге Corruption perceptions index 99 стран. Россия расположилась на 83-м месте. Перед нами Эквадор, Боливия, Армения, Вьетнам, Венесуэла, Украина, Молдова. За...


БЕЗ ВЗЯТОК ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА СТРАНЫ РУХНЕТ!
       
       В международном коррупционном рейтинге Corruption perceptions index 99 стран. Россия расположилась на 83-м месте. Перед нами Эквадор, Боливия, Армения, Вьетнам, Венесуэла, Украина, Молдова. За нами, то есть хуже нас, — Албания, Грузия, Казахстан, Киргизия, Пакистан, Уганда, Кения, Югославия. Этот индекс, составленный по опросам общественного мнения, специалисты считают достаточно грубым, но в общем соответствующим реальному положению вещей. Болезнь очевидна, и в последнее время ее вроде бы пытаются лечить.
       Крупнейший антикоррупционный проект под условным пока названием «Диагностика коррупции в России» разрабатывает Фонд Георгия САТАРОВА — «ИНДЕМ»

       
       – Георгий Александрович, а что делает в вашем проекте группа лингвистов? К борьбе с коррупцией примкнули и филологи? Или это правда, что язык закона обычно эффективно скрывает его противозаконные мысли?
       — Коль скоро мы говорим о коррупции как о социальном и культурном явлении, миновать языковую сторону вопроса нельзя. Лингвистический анализ позволяет очень многое понять.
       Поначалу мы провели интервью с экспертами — чиновниками, в основном бывшими. Потом с работниками правоохранительных органов, журналистами и другими специалистами в этой тематике. В результате получили много очень интересного текста. И решили исследовать в нем метафоры.
       Взяли как некую базовую информацию тексты обычных газетных публикаций про коррупцию, с одной стороны, и экспертный дискурс чиновников (их, кстати, мы опрашивали в основном анонимно) — с другой. И сравнили.
       Так вот, газеты оперируют понятиями «борьба», «конкуренция», «война», употребляют множество спортивных метафор.
       Эксперты же сравнивают коррупцию с жидкостью! Как нечто растекающееся. Доминируют метафоры всепроникновения. То, что попадает во все поры, отверстия. И, что очень важно, употребляют метафоры растительного характера. Коррупция воспринимается ими как что-то абсолютно естественное для системы, органичное.
       Мы задавали экспертам простой вопрос: что будет, если коррупция исчезнет? Вот просыпаемся, а коррупции — нет. Все люди живут по законам. Они отвечают: тогда остановятся поезда, не будут печататься учебники, приходить письма, прекратится экспорт-импорт, опустеют полки магазинов.
       То есть коррупция настолько проникла в систему социально-экономических, политических связей, что ее грубое уничтожение обрушит эту систему. Понятие «борьба» сопряжено с опасностью не для коррупции, а с опасностью для страны и общества в целом. Здесь скорее уместно слово «лечение». Поздно рассчитывать на хирургическое вмешательство. Операция уже невозможна, так как болезнь запущена настолько, что если вы попытаетесь удалить ее — организм погибнет. Это как рак, пустивший метастазы. Остается только лечить организм, а не резать.
       — Существуют ли в кругу чиновников и политиков слова, которые выдают коррумпированность человека? Узнаем же мы по отдельным словечкам плотника или пастуха.
       — Можно определить по словам, которые они не произносят. Эти люди не любят самого слова «коррупция». Кое-кто в наших «глубинных интервью» даже утверждал, что коррупции в России вообще нет. Это, мол, все не коррупция, а жизнь такая.
       Есть коррупционные эвфемизмы. Один такой очень распространенный: «надо помочь». Депутат может сказать это министру, губернатор может обронить в Минфине. «Дело-то хорошее, есть такие люди, они такую продукцию готовятся выпускать! Надо помочь». Или: «Они никак не могут выйти на внешний рынок. Надо помочь».
       Это выражение связано вообще с психологией нашего чиновничества. Самый эффективный метод, когда кассирше говоришь: мне нужна ваша помощь. Не гововоришь — нужен билет, а помощь. Чиновнику даже думать противно, что он должен автоматически, в соответствии со своими обязанностями сделать что-то для гражданина. Кто такой этот гражданин? А вот ежели помочь? Это совершенно другое дело.
       — Георгий Александрович, вы тоже избегаете некоторых слов, а мне нужна ваша помощь. Скажите, существует ли определенная «маркированная», так называемая «коррупционная» лексика, которая свидетельствует о коррупционной подоплеке, допустим, в законопроекте. Вот обыватель заглядывает в закон, видит определенные слова, конструкции и понимает, что тут заложено пространство для взяточничества. Ну, скажем, «льготный кредит» или «льготная шкала налогообложения» — это же всем очевидно.
       — Да, такой список можно продолжить. Вы говорите о сфере, которую можно обозначить словами «коррупциогенность законов», иначе говоря, как сами законы, законодательные нормы порождают коррупцию.
       Вот еще одна явная метка, ключевое слово — «разрешение». Там, где это есть, где это неизбежно, должны быть жестко прописанные, абсолютно открытые процедуры. Например, в сфере распределения государственных ресурсов. Даже у такого бедного государства, как наше, есть ресурсы, а решение принимают непосредственно чиновники.
       Скажем, «внебюджетные фонды». Как только в законе предлагается создать какой-то специализированный внебюджетный фонд — всё, можете поднимать знамя, на котором крупными буквами написано: здесь будет коррупция.
       Дальше. Закрытость любого вида. Как в нынешнем бюджете появилась закрытая статья о Минпечати. Если где-то есть неоправданная закрытость, то это безусловно стимул для коррупции.
       — Кстати, по некоторым сведениям, из ожидаемых излишков в нынешнем бюджете довольно крупная сумма планируется на дополнительное финансирование спецслужб. Причем эта сумма перекроет все расходы на культуру. И именно это дополнительное финансирование будет включено в одну из «закрытых» статей закона.
       — По непроверенным источникам, средства, о которых вы говорите, запланированы на так называемую пропаганду государства. Вообще пропаганда России — вещь чрезвычайно нужная и полезная. Например, на американскую пропаганду работает мощная структура под названием «Радиостанция «Свобода». Совершенно непонятно другое: зачем вводить данные расходы в «закрытую» статью?
       — Могли бы вы при помощи своего проекта предложить людям своеобразный инфракрасный лучик или ключик, при помощи которого любой человек, глядя в закон, понимал бы, что перед ним спрятанные следы коррупционности политики?
       — Мы проанализировали в порядке эксперимента несколько законов. Среди них был ряд таможенных. Там были случаи просто вопиющие. Главная проблема — множественность позиций. Когда у вас есть возможность ввозить нормальную одежду под видом рабочей или микрочипы под видом керамической плитки, когда есть разница между обычным мясом и мясом копченым, то всегда возникает соблазн перекрасить свой товар в тот, который облагается меньшим таможенным сбором.
       Мы пришли к четкому убеждению, что необходимо пересматривать конкретный закон, снижая число позиций. Предложения поступают, и положение меняется. Так, количество позиций снизилось до семи-восьми. Фактически в тысячу раз.
       Ну и вообще забавная ситуация сложилась с Кодексом об административных правонарушениях. Еще Ельцин давал поручение подготовить административный закон, который должен был регламентировать поведение чиновников. Вместо этого чиновники подготовили совсем другой закон — регламентирующий граждан! Сделали они это следующим образом. Собрали из самых разных сводов законы, связанные с обложением штрафами и наказаниями, и назвали Кодексом административных правонарушений. То есть все безобразия из разных законов они сконцентрировали в одном.
       — А что это за безобразия?
       — Этот закон фиксирует и плодит чиновничье усмотрение. Термин понятен. Чиновник по собственной воле, нерегламентированно может принимать те или иные решения.
       Первый момент, предоставляющий чиновникам внутризаконную свободу, — это «вилки».
       Второй простор для «усмотрения» — это альтернативные наказания. Например, вас могут оштрафовать, второе — оштрафовать и конфисковать. Машину, катер, товар, который вы провозите, — что угодно. И решать это будет чиновник.
       Третье чудо. Одни и те же нарушения могут наказываться административно, а могут повлечь уголовное наказание. И решать, как быть в этой ситуации, будет чиновник.
       А он скажет:
       — Я думаю, в этой ситуации я обязан передать дело в суд.
       Гражданин знает, что есть и другой вариант и говорит: «А может, не надо?»
       — Да?.. — задумчиво отвечает чиновник.
       Это как инспектор на дороге един в двух лицах: судья и исполнитель. Останавливает вас на дороге инспектор и говорит:
       — Ну что будем делать?
       Это обычный вопрос гаишника шоферу. И ответ ожидаемый:
       — Ну, может, договоримся?
       Понятный диалог. И вот предлагается эту модель, эту систему внедрить везде.
       А смысл состоит в том, чтобы максимально упростить, но одновременно и ужесточить процедуру. Например, если вы поставили машину не там, где положено. Процедура может быть организована таким образом, что не нужно личного присутствия. Полицейский не видит вас, а вы не видите полицейского. Он приклеит извещение на вашу машину, и если вы в течение девяти дней не заплатите, у вас будут большие неприятности. И усмотрение, и взаимодействие, которые могут привести к сговору, должны быть сведены к минимуму.
       — А можете вы назвать нам несколько статей из того же административного кодекса, которые иллюстрируют ваши претензии к проекту? Тем более что вы недавно проводили в Думе тестирование... Вот так, прямо сейчас пройдемся по ряду статей, а потом на днях, когда Дума будет принимать этот закон, читатели смогут сверить, насколько наши законодатели поняли суть проблемы и какие выводы делают...
       — Ну вот, к примеру, статья 19.8 «Непредоставление ходатайств, заявлений, сведений в антимонопольный орган...» Конкретная фирма не предоставила заявление... Размер штрафа от 500 до 5 тысяч минимальных размеров оплаты труда. Из текста закона абсолютно не следует, каковы обстоятельства при совершении данного правонарушения, которые связаны с минимальным-максимальным размером. Короче, чиновник, налагающий штраф, может задать сакраментальный вопрос: «Ну что будем делать?»
       Статья 12.28. За нарушения на дороге санкции такие: штраф в размере от 15 до 25 размеров минимальной оплаты труда с лишением права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет или без такового. То есть гаишник может решать: наложить штраф просто или наложить и лишить права вождения.... «Ну что будем делать?»
       Естественно, у обеих сторон возникает соблазн договориться.
       — Совсем недавно вы проводили в Думе рейтинг коррупционной предрасположенности депутатов...
       — Это немного неточно. Я уже рассказывал про Кодекс административных правонарушений, где мы выявляли эти самые конкретные нормы, появление которых создает соответствующую почву. Дальше мы просто смотрели, как депутаты голосовали по этим пунктам. И трактовали голосование так: если депутат одобряет эти пункты, то своим голосованием он создает условия для коррупции. Если он голосует против, то, соответственно, препятствует созданию этих условий. Это не говорит о том, что он лично коррумпирован. Рейтинг призван выявить свойство голосования депутатов и фракций, которые результатами своего голосования реально и потенциально способствуют существованию и процветанию коррупционного климата в государстве.
       — И получилось, что среди самых «некоррумпированных» фракций оказалась ЛДПР. И вы после эксперимента объясняли, что в этот день «дежурным по октябрю» был человек, который правильно нажимал кнопки.
       — Совершенно верно. Просто этот дежурный оказался членом национального антикоррупционного комитета. Он искренне разделяет наши позиции. Он знал, что закон — бяка. Что нужно голосовать против таких норм. И делал это набором карточек, который был у него в руках.
       — Как я понимаю, рейтинг направлен скорее на выявление правовой грамотности-безграмотности?
       — Фактически — да. Потому что, как правило, люди голосуют за такие нормы не потому, что они сознательно стремятся создать побольше условий для коррупции в нашей жизни. А потому, что они плохо понимают практические последствия правовых норм. Пусть постепенно воспитываются.
       — А нельзя ли в вашем случае воспользоваться спортивной традицией, когда спортсменов, уличенных в использовании допинга, снимают с дистанции, лишают возможности участвовать в соревновании?
       — Нет, до такого мы, конечно, не дойдем. Мы не будем призывать лишать их мандатов. Решать должны граждане. У граждан в руках такой инструмент, как выборы. Им просто нужно объяснять, «ху из ху».
       — Может быть, такие тесты следует проводить до выборов? Пропускать потенциальных представителей власти через такое вот антикоррупционное сито.
       — Нет, это было бы неправильно. Может, в результате затраченных нами усилий граждане сами научатся задавать соответствующие вопросы кандидатам в депутаты. А наша задача — разбираться в этом и доводить это до сведения граждан. Ну и влиять на депутатов, конечно.
       — Николай Ковалев говорил, что чиновников нужно проверять постоянно. И метод, избранный Ковалевым для проверки, — это провокация.
       — Эта практика уже применялась в истории, например в Америке в 70-е годы, это действительно можно назвать провокацией. Когда специальными оперативными методами вокруг чиновника создают ситуацию, в которой он может проявить готовность к коррупционной сделке. Эта мера отнюдь не панацея.
       — А как с точки зрения морали?
       — На самом деле любое ограничение человеческой свободы противоречит Конституции. Но нестыковки я здесь не вижу. Военная или государственная служба накладывает особые ограничения, не распространяющиеся на прочих. В Конституции записана свобода передвижения, а мы прекрасно знаем, что свобода передвижения военнослужащих существенно ограничена. И у офицера будущего есть выбор: идти в армию, учитывая ряд преимуществ и ограничений, или не идти. В этом смысле свобода не ограничена. Если тебя не устраивает что-то на государственной службе, не иди на нее. А если ты идешь и точно знаешь, что не будешь брать взяток, тебя эти ограничения не касаются.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera