Сюжеты

ПЕРВЫЙ ЗАКОН ДЕМОКРАТИИ

Этот материал вышел в № 83 от 13 Ноября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вопрос о собственности есть коренной вопрос власти. Только установив, в чьих руках оказалась собственность, мы выясняем, в чьих руках находится власть. Это -- азбучная истина любой революции. Она же -- аксиома любой здравой экономической...


       
       Вопрос о собственности есть коренной вопрос власти. Только установив, в чьих руках оказалась собственность, мы выясняем, в чьих руках находится власть. Это -- азбучная истина любой революции. Она же -- аксиома любой здравой экономической теории. Обучая свою команду азам науки управления, В.И. Ленин часто пользовался ею и как кнутом, и как пряником одновременно.
       Обобрав подчистую всех -- и кого надо, и кого не очень, -- большевики как-то сразу вроде бы утратили к собственности всякий интерес. Именно в это время ими активно внедряются в сознание масс откровенно демагогические "истины" относительно преимуществ бедности. Распространяются легенды о нестяжательной природе российского человека.
       Параллельно развивалась и вторая тема: о чудесном -- в смысле научно-материалистическом и диалектическом -- превращении собственности в нечто совершенно иное, как только она оказалась в руках "авангарда рабочего класса". Это только в классовом обществе, мол, собственность -- источник власти. Собственность вроде бы даже теряет свою притягательность.
       Между тем под эту сурдинку госаппарату удалось стать фактически единственным собственником в стране. В его руках было сконцентрировано более 99% всего совокупного национального достояния.
       Данные обстоятельства не дают никаких оснований сомневаться в том, что "советский социализм" был режимом абсолютной, ничем не ограниченной власти госаппарата, деспотически господствовавшего над собственным населением. В этом отношении социализм является как раз прямой противоположностью демократии, так как демократия есть режим абсолютной, ничем не ограниченной власти самого населения. В демократическом государстве население безраздельно господствует не только над всеми элитарными классами и группами, но и над самим госаппаратом. Именно в руках населения, то есть абсолютного большинства граждан страны, при демократии сосредоточивается большая часть всей национальной собственности. Это и есть первый закон демократии, определяющий носителя реальной власти в любом демократическом государстве.
       Причем чем выше ступень демократического развития данного общества, тем больше собственности находится у населения и тем равномернее она распределена между гражданами, представляющими средние классы. Теоретически "идеальная демократия" -- это такое общественно-политическое устройство, при котором все 100% национальной собственности будут принадлежать более или менее равными долями 100% всего населения. В реальности, однако, это недостижимо, хотя тенденция развития будет идти как раз в данном направлении.
       Во-первых, по современным нормативам, госаппарат (1--2% населения) должен обладать не менее 10--15% собственности. В противном случае он просто не сможет эффективно выполнять свои функции.
       Во-вторых, крупная промышленность. Ее существование неизбежно для современного этапа развития производства, так как существует целый ряд отраслей, не допускающих разукрупнения предприятий. Кроме того, сама демократия создает благоприятные условия для крупных фирм и корпораций. Основные владельцы и руководство этих корпораций -- деловая элита страны -- вкупе с руководством крупнейших финансовых организаций (составляя 1--2% населения) могут концентрировать под своим контролем в современном демократическом государстве до 15--20% национальной собственности.
       В-третьих, в демократическом обществе имеются свои аутсайдеры, отстающие. Это социально слабые, незащищенные слои граждан, которые по тем или иным причинам (слабое здоровье, недостаток образования, наличие вредных привычек, тяжелый характер, отсутствие трудолюбия и пр.) не имеют шансов на равных сражаться с остальными за место под солнцем.
       Эта категория граждан представляет основную головную боль для любого современного демократического общества. В наиболее неблагоприятных из демократических стран она может достигать 10--15% от общей численности населения, тогда как на ее долю обычно приходится менее 5% национального годового дохода и не более 0,5% национальной собственности, в то время как доля средних слоев населения (80--85% граждан) составляет не менее 60--70% годового национального дохода и как минимум столько же, если не больше, от всей совокупной собственности нации.
       Как происходит у нас? Очень просто. При прожиточном минимуме для Москвы около 2000 рублей в месяц работнику, допустим, желательно зарабатывать хотя бы 5000 рублей (чтобы прокормить себя, жену и пол-ребенка). Для этого в бухгалтерии ему должны начислить 9000 рублей. Пенсионный фонд, фонд занятости, медицинского страхования и пр. -- минус 39%. Остается 5490 рублей от начисленных 9000. Отнимем еще 12% подоходного налога. Итого на руки выходит 4831 рубль в месяц. То есть государство уже на уровне оплаты труда отнимает у работника почти половину денег. А ведь для того, чтобы предприятие имело бы возможность начислить работнику 9000 рублей, он должен был заработать гораздо больше: все расходы по аренде, на лицензии, на разрешения, на налоги самого предприятия, а также хотя бы минимальная норма прибыли высчитываются только из того, что заработано каждым сотрудником. Следовательно, для того, чтобы принести домой 4831 рубль в месяц, российский гражданин должен реально зарабатывать порядка 14 000--15 000 рублей. А это уже сильный перебор. Доля государства при дележе оказывается воистину "львиной".
       Добросовестные, законопослушные граждане обычно согласны платить налоги. Нормальный человек готов отдавать, скажем, 5 рублей из каждых заработанных им 15 рублей. Это очень немало. Это -- нормально. Но когда у человека из 15 рублей отнимается больше 10 рублей -- это не налоги. И это -- не государство.
       Право не быть обираемым должно стать основным, главным правом всякого российского гражданина. Без реализации этого права никакая реальная демократизация экономики в России невозможна, равно, впрочем, как и дальнейшая ее либерализация.
       Нашим, да и не совсем нашим политологам всегда следует помнить, что есть такое понятие, как условие, необходимое и обязательное. То есть такое предварительное условие, без выполнения которого цель недостижима.
       О каких демократических институтах и демократических реформах можно говорить в стране, где 95% собственности до сих пор находится в руках бюрократического госаппарата? Следовательно, в ситуации конкретно и неоспоримо антидемократической, в ситуации, когда вся государственная машина, вся чиновничья рать открыто или тайно, но все равно отчаянно сражается именно против реальной демократии.
       Обозвав городничих, то бишь председателей горисполкомов, "мэрами", области -- "губерниями", прописку -- "регистрацией", сменив "членовозы" отечественного производства на импортные, а красное знамя -- на триколор, наши сановники пытаются выдать все это за "широкие демократические преобразования", затронувшие даже символику государства.
       В действительности это простая смена вывесок и названий.
       Те перемены, которые реально имеют хоть какое-то общественное значение, -- отмена цензуры, отказ от однопартийности, введение практики выборности государственных деятелей, возврат населению хотя бы части его гражданских прав, реабилитация жертв репрессий, ограничение идеологических функций госаппарата, установление цивилизованных отношений между ним и церковным руководством различных конфессий -- все это было достигнуто в результате борьбы либеральной интеллигенции. Это тот компромисс, на который госаппарат посчитал возможным и разумным пойти.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera