Сюжеты

«ШАНСОН»: СТРИЖИ ПРИЛЕТЕЛИ

Этот материал вышел в № 85 от 20 Ноября 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Новое лицо одной из самых популярных радиостанций Однажды стали свидетелем ссоры двух продавщиц универмага. Предметом их дискуссии был вопрос: переключать ли приемник на радио «Шансон»? Весомым аргументом в споре, который и решил его...


Новое лицо одной из самых популярных радиостанций
       


       Однажды стали свидетелем ссоры двух продавщиц универмага. Предметом их дискуссии был вопрос: переключать ли приемник на радио «Шансон»? Весомым аргументом в споре, который и решил его исход, оказалось то, что передачу на «Шансоне» в то время вела Ксения Стриж.
       Мне стало интересно поговорить с покорительницей народных сердец. Я встретился с Ксюшей. И вот что получилось.

       
       – Ксюша, вокруг твоего ухода с радио «Монте-Карло» ходит неимоверное количество слухов...
       — Мне стало скучно от «Монте-Карло». Когда из радиостанции, которая мне нравилась, сделали пародию на МТV, я поняла, что это — не мое.
       Я вообще-то приходила работать на «Классику» — это была единственная тогда радиостанция, круглосуточно вещающая рок-н-ролл и диско 80-х — музыку моей юности. Я же не уходила с «Классики», это осталась та же частота, тот же коллектив, та же студия, просто она вчера была «Классикой», а сегодня приходят люди и говорят: «Все. С 12 часов мы называемся «Монте-Карло».
       — А почему ты выбрала именно «Шансон»? Ведь тут нет ничего молодежного?
       — Да ты что! Какая молодежь, мне уже 35. Мне просто стал интересен формат этой радиостанции.
       — Не смущает ли аудитория — братки из Орехово-Зуева, постоянно заказывающие «Мурку»?
       — Отличная у нас аудитория — намного благодарнее, чем у какой-нибудь популярной радиостанции, которую атаковали песни типа «Крошка моя» и «Ясный мой свет...». Эти радиостанции, кстати, и слушают большинство из тех, кого мы называем «братками». У нас же довольно доброжелательные слушатели, и не важно, как они подписываются в пейджинговых сообщениях: «Братва из Солнцева» или «Зинаида Сергеевна, учительница». А «Мурка»? Разве ты не воспитан на этой музыке? Мне кажется, это намного ближе россиянам, нежели какие-нибудь «бритни-спирс». Разве не так?
       — Да, но все равно негативное отношение к шансону все-таки есть, так же, как и к распальцованным новым русским...
       — Это от некомпетентности, даже некоторым снобизмом попахивает. Новые русские и старые евреи слушают все, что им нравится, независимо от того, как называется станция.
       Формат «Шансона» на 90% — это музыка — Визбор, Галич, — которая была в Советском Союзе запрещена.
       — Ходят слухи, что вы пригласили на «Шансон» Андрея Макаревича?
       — Об этом я пока не хотела бы говорить, но после Нового года, думаю, слушатели смогут услышать и пообщаться с ним по телефону в эфире станции.
       — Ты ведешь эфиры только на «Шансоне» или же у тебя есть еще какие-то проекты?
       — С этой недели вместе с Артуром Вафиным я начинаю вести свое старое шоу «Стриж-Тайм», которое было когда-то на радио «Классика». Правда, оно немного изменилось, потому что я немного другая, радиостанция немножко другая, она спокойнее «Классики». Но содержание осталось прежним: обсуждается какая-то ненавязчивая тема, например, что бы вы делали, если бы поймали золотую рыбку? Будут шутки, приколы, розыгрыши типа звонков в какую-то фирму, предлагающую похудеть за 3 дня, или в контору, которая обещает за неделю поставить голос. И мы туда звоним, усиленно заикаемся, разыгрываем секретаршу и в конце говорим: вы были в эфире радио «Шансон». А если секретарша слушает наш эфир, раскалывает, то мы за такую преданность разрешаем прорекламировать свою фирму у нас в прямом эфире.
       — Ксюша, с чего началась твоя феерическая радиокарьера?
       — Я окончила Щукинское училище. Работала в театре, уволилась... Знакомая сказала, что новая коммерческая радиостанция объявила конкурс диджеев. Я удивилась: какой диск-жокей, я же театральная актриса! Но телефон взяла. Пришла на прослушивание и, к своему удивлению, встретила кучу своих бывших однокурсников. Меня взяли. Вот, собственно, и вся история. Хотя все говорят, что туда меня устроил папа (знаменитый пан Спортсмен из «Кабачка «12 стульев». — И. Г.), но в этой области у меня не было никакого блата.
       — После выступлений в Театре им. Вахтангова — вдруг студия, микрофон, телефон — и все. И никаких бурных оваций...
       — Да, поначалу меня «ломало» со страшной силой. Казалось, что эти миллионы радиослушателей видят, как я боюсь нажимать на кнопки. Да еще сущность актерская такова, что хочется сказать пару реплик, раскланяться и уйти. Где-то полгода я искала манеру разговора, подбирала слова для общения со слушателем.
       — Но слава пришла быстро.
       — Я даже этого не ожидала. Проработав два года в театре, я никакой славы не обнаружила. Когда оканчиваешь театральное училище, начинаешь мнить себя новым Табаковым, Леоновым, Смоктуновским, считаешь, что сейчас выйдешь на сцену, а утром проснешься знаменитым. Когда эта иллюзорность растворилась, я не очень разочаровалась и на «Европе» особых надежд на славу не питала. Меня больше всего поразило, что театр — большое искусство, а тут сидишь, как кукушка в часах, шутишь. Но для нашего народа это оказалось намного сильнее, чем искусство.
       — Как ты представляешь себе свою дальнейшую радиокарьеру? С твоим «багажом» программным директором давно уже можно стать.
       — Мне это уже давно предлагали, но я всегда отказываюсь. Совершенно нет тяги управлять людьми. И вообще я предпочитаю быть дисциплинированным подчиненным у умного начальника.
       — В последнее время я в каждом втором магазине слышу «Шансон», ее любят и знают, у людей уже появляются знакомые диджеи, я знаю несколько фирм, где люди остаются специально на час на работе, чтобы дослушать твой эфир до конца. Эти многие клерки ненавидят шансон, но станцию слушают, как они говорят, из-за того, что она создает хорошее, спокойное настроение. Как ты относишься к этому мнению?
       — Я думаю, что это правильная версия успеха станции. У меня дома, к сожалению, нет УКВ, но в машине я с удовольствием, это я говорю без всякого дворового патриотизма, слушаю «Шансон», — офигительное настроение. Здесь нет никакого унц-унц-унц, никакой глупой попсы, никакой депрессивности. Несмотря на то, что текст песен зачастую касается всяких трудностей жизни, это все так легко заканчивается на ноте оптимизма.
       Я считаю, что «Шансон» — это, наверное, лучшая станция, под которую хорошо отдыхать, готовить семейный ужин, выпивать, в конце концов, потому что то настроение, которое несет эта станция, в принципе соответствует тому, к чему стремится житель большого мегаполиса, — умиротворению.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera