Сюжеты

КТО ПОМОЖЕТ ДЕТЯМ ЧЕЧНИ ПЕРЕЖИТЬ ЗИМУ

Этот материал вышел в № 89 от 04 Декабря 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Алихану Ахмедовичу Ахильгову 61 год. Он родился в Северной Осетии в ингушской семье. В пятилетнем возрасте, как и все ингуши и чеченцы, подвергся сталинско-бериевским репрессиям. Вместе с матерью был сослан в Северный Казахстан. Отец его...


       
       Алихану Ахмедовичу Ахильгову 61 год. Он родился в Северной Осетии в ингушской семье. В пятилетнем возрасте, как и все ингуши и чеченцы, подвергся сталинско-бериевским репрессиям. Вместе с матерью был сослан в Северный Казахстан. Отец его тогда находился на фронте.
       После возвращения в конце 50-х годов в Чечено-Ингушетию Алихан Ахильгов работал в комсомоле. В 60—70-е годы возглавлял управление механизации треста «Грозгазстрой».
       С 1979-го по 1991-й, до прихода к власти Дудаева, был председателем Федерации футбола Чечено-Ингушетии. В 1993 году создал и по сей день бессменно руководит Фондом репрессированных народов. Его фонд принимает участие в различных акциях по оказанию помощи детям-сиротам разных национальностей
       
       — Алихан, ты неоднократно встречался с Джохаром Дудаевым, в том числе накануне ввода федеральных войск в Чечню в декабре девяносто четвертого. В чем-то пытался его убедить?
       — В 1991 году, когда в Чечне с приходом Дудаева начались националистические тенденции, мне пришлось оставить пост председателя Федерации футбола республики и искать себе место за пределами Чечни. Но моя жена и дети продолжали жить в Грозном.
       В начале декабря 1994 года по приглашению парламента Чечни я приехал в Грозный вместе с другими приглашенными общественными деятелями и депутатами российского парламента.
       Дудаев в приеме нашей делегации отказал, ссылаясь на занятость, но его помощник Мовлен Саламов шепнул мне: «Ты приходи один, Джохар тебя примет».
       Это было за день до ввода федеральных войск, то есть 10 декабря. Я спросил Дудаева: «Неужели дело будет доведено до войны?» Он сказал: «Я все сделал, чтобы войны не было, но остановить ее невозможно».
       «Война, — сказал он, — нужна ельцинскому окружению». И назвал три причины: «В Чечне, где стояла в советское время мотострелковая учебная дивизия, никогда не было столько оружия. Ее наводнили российским оружием разными путями. В основном это оружие шло из Германии, откуда выходила Западная группа войск, часто через третьи страны. Война это оружие спишет. Второе — это фальшивые авизо, в которых замешаны далеко не только чеченцы. И третье — это нефть и интересы нефтяных олигархов и тех, кто от них в российской власти кормится».
       После этого разговора с Дудаевым я свою семью в тот же день из Чечни вывез.
       — Алихан, я знаю, что ни у тебя, ни в твоем фонде нет ни копейки денег. Как тебе удается помогать людям?
       — Дети — самые невинные и несчастные жертвы чеченской войны и безумства политиков. Я помню себя в пять лет. 23 февраля 1944 года нас с мамой вывели из дома и продержали весь день у стены под дулами автоматов, а затем вместе с другими посадили в вагоны и повезли в неизвестность. Поезд шел в Северный Казахстан. Проезжали через разрушенный фашистами Сталинград. Сегодняшний Грозный — это тот же Сталинград, который я видел в феврале 44-го года.
       Если бы не замечательные люди, жившие рядом с нами и помогавшие чем могли (а это были русские, украинцы, выселенные в 30-е годы в период коллективизации, немцы, выселенные в 41-м с Поволжья), многие из нас, чеченцев и ингушей, не выжили бы.
       И еще у меня на всю жизнь осталась благодарность к замечательным русским учителям. Они не только учили, но и сострадали. Жалели и любили нас. Благодаря им в моей душе никогда не было неприязни к людям других национальностей.
       Я с тех пор очень чувствую фальшь и сразу могу определить, кто искренне хочет помочь детям, а у кого другие цели.
       Мы поддерживаем отношения с разными неправительственными организациями, в основном помогают иностранцы. Более двух тысяч детей-сирот из Чечни разных национальностей (это не только чеченцы, ингуши но и русские, евреи, украинцы...) принимали в пансионатах и семьях на Украине, в Польше, Германии, Испании, США. Некоторые дети живут в испанских семьях уже три года. В Польше чеченским детям помогла католическая церковь, в США — неправительственная организация «Международный институт жизни». В Израиле уже пятый месяц проходят реабилитацию дети из 2-й школы-интерната Асламбека Дамбаева. В Литве каждый год в пансионатах и семьях находятся дети из семейного детского дома Хадижат Гатаевой. А чешская журналистка Петра Прохазкова полностью посвятила себя помощи детям-сиротам и во всем помогает Хадижат Гатаевой.
       — А в России кто-нибудь помогает?
       — В России тоже находятся добрые люди. По инициативе Юрия Лужкова московское правительство в этом году оплатило 215 путевок для детей из Чечни в детский санаторий «Прометей» в Евпатории. На июнь—июль крымские татары брали в семьи 110 детей.
       А недавно татарская община из Коломны решила взять на зиму пятерых детей из лагеря беженцев в Ингушетии.
       — И это все — на всю Россию?
       — Пока все. Может, не все знают, что 70 тысяч детей с родителями, а также сироты и полусироты живут сегодня в палаточных лагерях беженцев в Ингушетии, подсобках магазинов, гаражах, коровниках... А сколько их в разрушенной, голодной и холодной Чечне! Многие из них больны. Может быть, после этой нашей беседы найдутся люди в 88 субъектах Российской Федерации и откликнутся.
       Главное, чтобы дети пережили зиму.
       
       P.S.
       Те, кто хочет приютить у себя на зимнее время детей из Чечни, могут звонить в редакцию или в Фонд репресированных народов Алихану Ахильгову по телефону 160-08-70.

       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera