Сюжеты

ВОРОНЕЖСКИЙ КЛОП-ЧЕРЕПАШКА

Этот материал вышел в № 89 от 04 Декабря 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

У власти Черноземья вся спина красная Осенью в Воронеже начали считать цыплят и подводить итоги четырехлетнему правлению нынешнего губернатора. В 96-м обком во главе с бывшим первым секретарем победил триумфально простыми, любимыми народом...


У власти Черноземья вся спина красная
       


       Осенью в Воронеже начали считать цыплят и подводить итоги четырехлетнему правлению нынешнего губернатора. В 96-м обком во главе с бывшим первым секретарем победил триумфально простыми, любимыми народом лозунгами: долой Чубайса и Ельцина, хлеб — голодным, бой — коррупции. Новый губернатор имел репутацию человека, точно знающего, когда и что нужно сажать, чем и как полоть, куда и о каком урожае докладывать. С его приходом во власть слова «клоп-черепашка», «яровые» и «дизельное топливо» на планерках в обладминистрации приобрели философское, общечеловеческое звучание.
       Подведем общие итоги. Ельцина Шабанов уволил. С Чубайсом, наоборот, подружился и периодически гордится этим на пресс-конференциях. О коррупции губернатор, не боясь греха, недавно выразился в том смысле, что при нем чиновники вообще перестали воровать. То есть просто абсолютно. Наворованное, видимо, сдали в детские приюты, а на месте тайников в своих коттеджах повесили образа и теперь по вечерам замаливают прежние грехи. ФСБ, правда, утверждает, что нынешняя власть гораздо коррумпированнее, чем прошлая. Но посадить ее пока не удастся: ведь обком — он же памятник!
       Третий лозунг, про хлеб, был особенно близок бывшему первому секретарю обкома КПСС, проделавшему славный трудовой путь от колхозного пастуха до шефа обкома партии, а потом и до целого губернатора. Вот о хлебе и поговорим
       
       Баксоуборочный агрегат
       Возврат обкома к власти в Воронежской области оказался для сельского хозяйства подобным майским заморозкам. Новую экономику губернатор не создал, учеников разбазарил, мертвый социализм не воскресил. Хозяйствование обкома не открыло передовому и прогрессивному человечеству что-либо новое. Арсенал — тот же, но без бубнового туза про «партбилет на стол положишь». А применительно к сельскому хозяйству есть лишь одно старое новшество: к месту и не к месту секретарь-губернатор славит крестьян за их тяжелый труд и от имени всех воронежцев шлет им приветы и низкий поклон. При этом любые попытки крестьян стать на ноги натыкаются на губернаторскую «экономику», которая фактически представляет собой продразверстку.
       Главный экономический инструмент в работе губернатора с сельским хозяйством — долги. Схема проста: организованное чиновничье формирование по имени «Воронежагроресурсы» (статный корпус в самом центре города на площади имени, конечно, Ленина; вдоль корпуса рюшечки из множества частных структур) монопольно заключает договора с колхозами: мы вам сейчас — топливо, а вы нам осенью — урожай. При этом цена обмена хранится в секрете, но даже в областной Думе, где членов обкома больше, чем донов Педро в Бразилии, громко произносят прямо с трибун слова «рабство», «маразм» и «за счет бюджета». Относительно колхозов, естественно, а не «Агроресурсов» или поставщиков ГСМ. Председатель думской комиссии по сельскому хозяйству заявил недавно по этому поводу: «Такое чувство, что идешь под танк. Когда ты ничего не просишь, а тебе все равно дают. По сути, нам предлагают узаконить посредников, которые поставят ГСМ и заберут взамен зерно. При этом никому не известно, по какой цене поставят горючее и по какой цене у хозяйств заберут зерно».
       Ну почему же, очень даже известно. Подумаешь, бином Ньютона! Все колхозники знают, что топливо им дают по цене в полтора-два раза выше рыночной, а зерно забирают, наоборот, в полтора-два раза дешевле.
       Итог работы схемы «топливо-бюджет-урожай» вместо марксовой «деньги-товар-деньги» из года в год одинаков: никаких оборотных средств у колхозов не остается, весь урожай на корню достается чиновникам, да еще и приходится приплачивать им из общественного кошелька — по гарантиям, которые охотно раздает администрация. То есть, если урожая не хватит на оплату товарного кредита (а его всегда не хватает), администрация берется компенсировать убытки чиновников и нефтяных компаний чем-нибудь ценненьким — либо из общенародной собственности, либо деньгами из общественного кошелька. Долг областного бюджета увеличивается по нарастающей, и уже после первой годовщины нового строя в области (капитализм с красным знаменем) на селе активизировалась милиция, в задачу которой входит охрана урожая как от руководства колхозов, так и от крестьян.
       
       Люби, как душу, тряси, как грушу
       Губернатор продолжает кланяться крестьянам за их тяжкий труд, но все чаще отмечает, что на селе воруют слишком много. Клопу-черепашке, яровым и озимым, а также борьбе с временами года за урожай уделяется все больше времени на планерках, но это не помогло решить в Воронежской области великую и смешную задачу — создать продовольственный фонд.
       На воронежских рынках сегодня трудно встретить местное продовольствие. Кур поставляет, естественно, Курск, молочные продукты — Липецк и Москва. Мясо, колбасы — тоже в основном от соседей по плодородию. Такая коллизия в столице Черноземья, почва из которого до сих пор хранится в Парижском музее как эталон плодородности, очень гармонирует с недавним выступлением областной власти по местному телеканалу. В передаче «Исполнительная власть — ответственность перед людьми» вице-губернатор Александр Меркулов рассказал про сельскохозяйственную политику областной администрации следующее: крестьяне слишком много воруют. Все норовят стащить домой то мешок зерна, а то и целую машину. Мы боремся. Вот кое-что новое придумали.
       Отныне милиция будет получать премии за борьбу с хищениями урожая. Тот милиционер, который займет первое место в смотре-конкурсе на лучший отъем у крестьян выращенной ими сельхозпродукции, получит целый автомобиль. За второе место — мотоцикл. Третье — телевизор. Поощрительные премии всем, кто отличится, две тысячи рублей.
       Так что теперь в Воронежской области стартовал новый почин — соцсоревнование милиционеров. Ударников коммунистического отъема определят к зиме. Тогда же состоится и раздача наград.
       О каких-либо экономических методах борьбы за урожай вице-губернатор ничего не сказал, из чего нетрудно сделать вывод, что воронежской власти таковые методы неизвестны.
       
       «Пашаница. Народ кормить»
       Кривое зеркало битвы за урожай разлетелось на тысячи осколков, и в каждом из них можно увидеть целое. Например, самыми печальными в столице эталонного Черноземья оказались дела с хлебом. Тем самым, который представляет собой главную политическую часть лозунга «Хлеб — голодным!».
       В соседних областях голодных кормят адресно. Руцкой, например, в Курске доплачивал малоимущим по 200 рублей. Из бюджета. А они уж сами решали, как им лучше докормиться на эти деньги.
       В Воронеже между бюджетами и социально незащищенными гражданами создана и действует армия чиновных посредников. Прокорм чиновников и малоимущих — это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Однако, помимо зарплат из нашего кармана, они легко и безнаказанно находят добычу между общественным кошельком и малоимущими. Бюджетная река растекается на множество рукавов, и в каждом из них чиновники ведут свой промысел.
       Вот, например, один из рукавов: «гуманитарная» пшеница. Она продается, причем по цене ниже рыночной (гуманитарная же!). Цитирую одну из газет: «Значительное количество продуктов, предназначенных для бесплатной раздачи нуждающимся, продавалось за деньги на рынках по всей России — прямо из мешков с надписью «В дар от народа Соединенных Штатов».
       Ну если душки-начальники решили, что для нашей же пользы надо не раздавать пшеницу, а продавать якобы для пополнения общественного кошелька, — пусть. Надо, значит, надо. Начальству виднее. Но в Воронеже «гуманитарные» дела поставлены очень мудро. Кажется, чего уж проще: продать эту пшеницу на рынке всем желающим, а деньги отдать самым бедным. Нет, на «гуманитарной» пшенице сидит целый отряд сельскохозяйственных чиновников и распределяет ее по «нужным» участникам хлебного рынка. Цель при этом объявляется благая: дать некоторым хлебозаводам дешевое сырье, чтобы они могли печь дешевый хлеб. Однако на самом деле происходит обратное и, увы, традиционное. Бедным в итоге почти ничего не достается.
       Что интересно, существование многих бюджетных «благодеяний» грубо противоречит законам. Электричество, дорожный налог, зерно «гуманитарное», зерно из продовольственного фонда, вода для технологических нужд пекарен, дрожжи, мельницы, местные налоги — на всех этих составляющих цену хлеба сидят сыгранные коллективы людей с авторучками и создают свои собственные правила для участников хлебного рынка. Прокуратура, антимонопольный комитет и прочие структуры, обязанные следить за соблюдением закона на хлебном рынке, старательно от него отворачиваются. Для этого рынка закон в Воронежской области вообще не писан и бороться с чиновным клопом-черепашкой невозможно.
       То есть до смешного: недавно сам Путин вынужден был отменить ряд местных постановлений, связанных с хлебным рынком, и в Воронеже эта тема вызвала большой резонанс. Но вот круги разошлись, и к осени стало ясно, что ничего, собственно, не изменилось.
       В местном антимонопольном комитете состоялся как бы Круглый стол с участием объединения предпринимателей, прессы и чиновников, имеющих прямое отношение к хлебному рынку. И на этом столе господин Сеченых, чиновник из управления переработки, «сидящий» на гуманитарной муке, произнес две удивительные сентенции. Во-первых, он открытым текстом заявил, что как давали особые условия некоторым участникам рынка, так и впредь давать будут. А во-вторых, он лично просто закрыл бы все частные пекарни.
       И никого не потрясли такие заявления. Хотя на самом деле это то же самое, как если уличный грабитель заявил бы милиции: не ваше собачье дело, я как грабил прохожих, так и впредь буду грабить.
       И никого не удивила безграмотность чиновника, от деятельности которого прямо зависит цена воронежского хлеба: нет в нашем городе государственных пекарен, они все — частные!
       И что же мы имеем в сухом остатке?
       Имеем сельское хозяйство, которое можно условно разбить на две части: одна часть жива, но фактически принадлежит большим начальникам; вторая, опутанная долгами, как Лаокоон змеем, считай, прошла предпродажную подготовку и ждет принятия закона о частной собственности на землю и недра. Этой части периодически списывают долги, чтоб она совсем не издохла, но хватку не ослабляют. Причем и списывают-то за наш счет, из общественного кошелька.
       Еще имеем избиение хлебного рынка превосходящей армией чиновников, причем избиение происходит средь бела дня, при всем честном народе.
       
       Лампасные аргументы
       Вот отчет хлебного генерала — директора «Воронежагроресурсов», опубликованный в одной малотиражной газете Воронежа. Интервью это заслуживает отдельного разговора, причем желательно в присутствии РУБОПа и прокуратуры. Пока же отмечу фантастическую коллизию, следующую из текста: оказывается, за предыдущие годы те, кто с сошкой, ничего не смогли заработать своим тяжким трудом (помните, как неистово кланяется им губернатор за этот труд?). А посредники с ложкой, которые никаких материальных благ не производят, помимо своих светлых и темных доходов, сумели затолкать крестьян в долговую яму глубиной в 100 миллионов рублей.
       Вдумайтесь, читатель: производитель весь в долгах перед посредником! И этот посредник сумел прибрать к рукам не только нынешний, но и будущие урожаи. Фантастический бизнес!
       Точно так же в долгах оказался ряд хлебозаводов Воронежа и области. Хлебозаводы, обескровленные дотациями, льготами и диктатом сверху, сегодня не в состоянии сопротивляться внешней экспансии. Как только на воронежском рынке появится крупный инвестор (а он неизбежно появится), областная система хлебного жизнеобеспечения может сложить перед ним свои знамена и отдаться на милость победителю. И тем самым отдать всех нас на милость этому самому инвестору. Вот ему уже никто не посмеет диктовать условия.
       
       P.S.
       Вообще эту власть можно только пожалеть. Ну не в состоянии она понять не только сложные законы, которым подчиняется экономика, но даже и учение своего основоположника Маркса. Стоимость товара как мера общественно необходимого труда — это слишком сложно. А учиться, учиться и учиться поздно. Проще отнять и поделить.
       Жалеть их, однако, — себе дороже. Потому что их хозяйствование (точнее, хозяйничанье) всегда и везде, во все времена и на всех континентах приводит к одному и тому же неотвратимому результату — нищете.

       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera