Сюжеты

ПРОВИНЦИАЛЫ

Этот материал вышел в № 89 от 04 Декабря 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Прочел книгу режиссера Адольфа Шапиро «Как закрывался занавес» — с наслаждением. И с горечью. Что до первого ощущения, оно даже несколько ревниво. Мало того, что рассказ увлекателен, разборы Чехова и Булгакова тонки, но и написано с таким...


       
       Прочел книгу режиссера Адольфа Шапиро «Как закрывался занавес» — с наслаждением. И с горечью.
       Что до первого ощущения, оно даже несколько ревниво. Мало того, что рассказ увлекателен, разборы Чехова и Булгакова тонки, но и написано с таким литературным изяществом, что, право, автор мог бы оставить попытки на этом поприще нашему брату, писаке-профессионалу. А горечь... Как иначе воспринять книгу о погроме легенды — Молодежного рижского театра, некогда и в Москве знаменитого больше, чем иные московские?
       Читаешь, как всесоюзный эстрадник Паулс осуществлял погромную акцию, выгравшись в шутовскую роль «национального» министра культуры в фарсе провинциального самоутверждения («Будут, будут у нас свои, латышские режиссеры!»), — читаешь, и сжимаются кулаки. Сердце сжимается, хотя не посмел бы сказать, что делю с автором книги его боль на равных. Я-то — что€ потерял? Любимое Рижское взморье. Он — дело тридцати лет своей жизни, отчего мы с ним такая же ровня, какой оказался когда-то один знакомый Василия Гроссмана. В дни, когда убивали гроссмановский роман, он решил проявить сочувствие: дескать, у меня тоже задерживают статью в «Учительской газете» — и был изгнан из дома.
       Драма убитого детища непреходяща; тем удивительнее способность автора-режиссера к аналитике происшедшего.
       Например, он сличает две труппы своего былого театра — латышскую и русскую. Их менталитет (слово настолько модное, что им щеголяют и те, кто, по-моему, полагает, будто оно от «ментов», — а может, по-своему правы?). Латыши были организованны и точны, даже романы, ссоры, соперничество не мешали актерскому братству быть спаянным. А русские... Ну, ясно: «заявления об уходе, исповеди, слезы... Непредсказуемость и непоследовательность».
       И вот — свобода. «Латышей будто подменили... Каждый ринулся куда мог: в политику, в деньги, в освоение наследства». Талантливые —сникли, бездарности — раздулись. А у русских наоборот. «Они отгородились от всего и упорно вкалывали. Отторжение от улицы, которым раньше восхищали латыши, посетило их».
       «И никакого тебе менталитета...» Вот!
       Да, вот очередной повод задуматься «о национальной гордости великороссов», как политик, популярный ныне разве что у зюгановцев, озаглавил статью, где есть небесполезная мысль: раб, гордящийся своим рабством, — холуй и хам.
       Итак, о гордости. В дни недавней Олимпиады (о которой всяк, кто хотел, уже высказался, значит, и Стародуму-тугодуму пора) я, как все, ревниво следил за недобором медалей, радовался их внезапному урожаю, и вдруг обожгло: а вдруг случилось бы так, что мы опередили Америку? Вот был бы ужас! Вот уж явили бы мы свой воспрянувший менталитет! Вот уж поизгилялись бы над слабаками-америкашками!..
       Не забыть нелепейший гол, пропущенный Филимоновым от полуудара Шевченко, — да не сам гол, но взрыв патриотического восторга, обуявшего ближнюю заграницу. «Показали москалям!..» Что ж? Стали от этого лучше жить? Преисполнившись национальным достоинством, прекратили тырить российский газ?.. Потому, когда слышу: нам нужны победы на футбольных полях, дабы поднять дух народа, это, соображаю, не менее дико, чем надежда «снова стать великой державой». (Что на устах даже у совсем неглупых людей.)
       Снова! А мы — были? То есть, разумеется, да, если величие понимать как страх, который внушала миру огромная и бедная страна. Но коли зашла речь о спорте, то, во-первых, всей болельщицкою душой желая нашим футбольно-хоккейных триумфов, пуще всего не хочу их ценой воскресения гениальных тиранов вроде Тарасова, бывшего плоть от плоти той эпохи и той страны. А во-вторых...
       Когда-то я видел фильм-монолог знаменитого в прошлом венгерского чемпиона по пятиборью Андраша Бальцо. Объясняя, чему вопреки и благодаря в нем возникла воля к победе, он сказал: венгр рождается битым. А мы? Так и будем рождаться с реваншистским: «снова стать»?
       Не занесемся перед теми же латышами или украинцами. Мы — все! — получили духовный провинциализм в наследство от общего имперского прошлого, еще не ставшего прошлым. Одни болезненно-жалко самоутверждаются, другие... Однако и у других (у нас), путающих величие с величиной, идет самоутверждение на уровне пошлейшей из всех пошлых телереклам: «Кофе пить будем и державу подымем!»
       Ежели есть о чем тосковать, так о том, сколь задерживается на пути к нам оздоровляющее самосознание. Да, мы проиграли — не только в спорте. Мы — побеждены, что печально и стыдно, но из чего необходимо извлечь пользу, для начала избавившись от комплексов реваншизма. Что, кстати, спервоначалу и произошло с русской труппой помянутого театра (спервоначалу — не их вина, что окончательно выздороветь не дали националисты в лице белосмокингового маэстро): «Надвигающиеся испытания и неуверенность в завтрашнем дне сделали русских артистов вдумчивее. Ни злобы, ни мелкого раздражения. Спокойное приятие жизни и готовность достойно встретить любые сюрпризы».
       А то еще: «Все-таки молодец. Улучшил свое личное достижение», — записываю за спорткомментатором, который оправдывает нашего пловца, занявшего восьмое непочетное место. «Для спортсмена главное — победить себя самого».
       Забавно, конечно. И опять ассоциируется с всплеском латышской гордости, запечатленным книгой Шапиро: «Янис оставил позади себя спортсменов двадцати трех стран». (Утаено, что и Яниса обставило больше тридцати человек.) Но применительно к обыденной — и исторической — жизни так и есть: себя надо побеждать, себя. Что самое трудное.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera