Сюжеты

ЭПОХА ВОЕННОГО БАНДИТИЗМА

Этот материал вышел в № 91 от 14 Декабря 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

ДЕНЬ КОНСТИТУЦИИ В ГРОЗНОМ Помните, с чего все начиналось? С декларации — мол, идем восстанавливать конституционный порядок во второй раз, и теперь уже окончательно. Прошел год и четыре месяца. Полегли тысячи людей. Сотни получили ордена,...


ДЕНЬ КОНСТИТУЦИИ В ГРОЗНОМ
       
       Помните, с чего все начиналось? С декларации — мол, идем восстанавливать конституционный порядок во второй раз, и теперь уже окончательно.
       Прошел год и четыре месяца. Полегли тысячи людей. Сотни получили ордена, медали и новые погоны, а военный бюджет зашкалил за миллиардные отметки... И что? Где там порядок? И Основной Закон?
       Второй военный День Конституции корреспондент «Новой газеты» встретил в Грозном.
       
       Ночь
       Любой день начинается с ночи. Даже День Конституции. Сегодняшний ночной Грозный — это настоящая средневековая декорация, хоть кино снимай. Единственное освещение — газовые горелки, большие и маленькие. Десятки вечных огней, мерцающих на ветру, между которыми ты и бродишь. Это грозненское ноу-хау: когда нет света, воды и тепла, но дали газ, ты простреливаешь газопровод, подносишь спичку к образовавшейся дыре — и да будет свет!
       В результате вышел современный Грозный — гигантский мемориал в факельном обрамлении.
       Если у подъезда дома, даже сильно разбитого и растерзанного, мечется газовый факел, значит, тут живут люди.
       Идем именно к таким в гости. На улицу Киевскую, в дом-девятиэтажку, сплошь испещренную осколочными ранениями. Размытое тусклое мерцание свечей из окон, затянутых полиэтиленовыми пленками, возвещает о жизни поблизости.
       Из полной тьмы на лестнице — приглушенный смех, стук посуды, звуки нормальной жизни... Люди, конечно, есть, но все делают вид, что никого нет. Страх — примета наших дней.
       Квартиры, куда вернулись люди, как правило, перекрыты двумя-тремя решетками до входной двери. И поэтому ощущение не из приятных: будто топаешь не в гости, а в тюрьму. В полутьме и пламени свечей железо лязгает о железо, гремят ключи, со скрипом проворачиваются отсыревшие замки... Люди объясняют так: в городе нет никакой власти, которая помогла бы тебе. Отсюда и главный принцип нынешней грозненской жизни: ты сам себе Конституция. А значит, каждый должен сделать все, чтобы спастись от мародеров и бандитов всех мастей самостоятельно.
       — А вы кто? — в свете факела — грязный, беспрестанно кашляющий, явно туберкулезный человек с мешком в руке.
       — Я — бывший боевик Адаев Ахмет. В марте сдался в плен вместе со своим отрядом под Ведено.
       — И чем занимаетесь?
       Ахмет открывает мешок: там буханка хлеба и пачка сигарет.
       — Купил на дневную выручку. Целый день собираю кирпичи по развалинам, продаю их на базаре, покупаю еду. Сегодня хватило на хлеб и сигареты. Ичкерия это называется... Думали о свободе — получили голод.
       Нищета в Грозном действительно фантастическая. Большинство людей истощены до крайности. Чай и хлеб — вот и вся пища. Дистрофия и постоянный многомесячный стресс делают грозненцев несколько странными и заметно психически неуравновешенными. Они обычно смотрят на тебя исподлобья, косо и недобро. Если смеются — то истерично и неестественно долго. Право на жизнь? На бесплатное медицинское обслуживание? На жилище? На отдых? На труд? На получение образования?
       В Грозном все эти разговоры звучат издевательски. В психически подорванном городе так и нет ни одного психиатра, школы закрылись... А работа? Каждый ищет ее себе сам. Как Ахмет, бывший боевик. Он рассказывает о своих конкурентах по сбору кирпичей среди развалин — это солдаты, находящиеся в Грозном. Они тоже ищут строительный мусор приличного вида и продают его населению. Солдатам давно не платят «боевых», и многие обнищали.
       С наступлением темноты все блокпосты Грозного запираются изнутри и до полного рассвета. Кричи не кричи — помощи не дозваться, кроме как выстрела в упор. Местный фольклор так и вещает: «Грозный — зона случайного выстрела». Кто захочет — тот стреляет. Власть ночью не принадлежит никому. А значит, власть отдана тем, кто ее может взять.
       Грозненское утро расстается с ночью под хаотичное и лишенное смысла уханье обстрелов. Это время бизнеса «новых чеченских бандитов». Так называют тех, кто сменил бандитов времен Масхадова и сейчас задействован в воровстве всего, что плохо лежит и что можно под шумок захватить. Примета предрассветной жизни — тяжелые нефтевозы-нелегалы с подпольно произведенным бензином-конденсатом и грузовики с металлоломом (это разобранные и разрушенные грозненские заводы). Колонны, которые тащатся вон из города в близлежащие к Чечне регионы, — под охраной. Ее и называют «новыми чеченскими бандитами», или «героями эпохи военного бандитизма». Еще «неопознанными вооруженными формированиями» (НВФ).
       НВФ — это здоровые парни в военной форме, без знаков отличия, в черных плотных, хорошо прилаженных масках на всю голову и шею, и сверху всего этого еще и военные фуражки. Конечно же, вооруженные всем мыслимым и немыслимым — лязгающим, стреляющим, отхаркивающим огонь... Эти люди приехали сюда, как и остальные, в боевую командировку — да вот переквалифицировались в «крышу», осуществляющую проводку нелегальных грузов за пределы Чечни. Армейские офицеры уверяют, что это эмвэдэшники. Последние говорят, что это — армейцы. Естественно, сами охранники предпочитают не представляться. Как бы там ни было, ясно одно: коммерческие интересы энной части военнослужащих-федералов и бандитов сомкнулись, и при таком раскладе ждать окончания войны, какого-либо порядка и установления приоритетов мирной жизни не стоит. Бессмысленно.
       Кстати, именно на совести НВФ большинство шоу с ночными перестрелками. Это все то, что происходит, например, в чернореченском лесу, прилегающем к Грозному близ трассы, идущей вдоль леса и дорог, его пересекающих. Тут самые лучшие с коммерческой точки зрения места — удобно «проводить» грузы. Вот и стреляют постоянно — и, что интересно, ни одного погибшего боевика уже никто давно не видел. Функция НВФ — шантаж правительства, их сюда отправившего: как можно дольше доказывать Москве, что это настоящая война, чтобы в столицу летели нужные сводки, чтобы в чернореченский лес боялись соваться и проверяющие генералы, и прокуроры, и журналисты... Эпоха военного бандитизма в полном расцвете творческих сил.
       Дневным Грозным также полностью правят деньги — как ночным и утренним. Нищая разгромленная республика, где все время хочется есть, сгорает на костре финансовых интересов тех, кто пришел наводить в ней порядок.
       12 декабря. Блокпост на Старопромысловском шоссе, у поворота на 8-ю Линию (название улицы). Новехонькие бетонные блоки, которых еще недавно там не было, сплошь в боевой раскраске следующего содержания: «ЗАПЛАТИ НАЛОГИ! И ЕЗЖАЙ СПОКОЙНО!» И помельче: «Пункт приема валюты.»
       В каждой шутке есть доля правды. Каждый блокпост в Грозном делает свой маленький бизнес. Стоит расстаться с военными провожатыми и сесть в обычный автобус (в Грозном нет общественного транспорта — все это частные и нерегулярные рейсы), и ты узнаешь, что происходит с обычным человеком, рискнувшим выйти на любую грозненскую улицу с блокпостом. Нет денег — ты получишь свою порцию унижений сполна. Вкладываешь в паспорт 10—15 рублей — и дальше этого «вкладыша» никто даже и не посмотрит. Кем бы ты ни был! Армия, увязнувшая в окопах и плюющая на дисциплину и устав, — на отхожем промысле... Где интересы боевиков и войск опять, увы, смыкаются... У кого тут деньги? У боевиков. Кому надо беспрепятственно передвигаться? Боевикам. Кому нужны деньги? Военнослужащим. Постоянно замкнутая цепь, когда нет настроя ее разорвать.
       Вот такое 12 декабря, или «восстановление конституционного порядка» образца второго военного Дня Российской Конституции. Одни жулики лишь уступили место другим, а люди как были, так и остались беззащитными перед разгулом бандитизма. Доказательства разгула военного бандитизма на каждом шагу, только зайди в Грозный и открой глаза. А не видит их только тот, кто не желает видеть.
       Каждый, как известно, назначает свои понедельники. Вот придет он, мой понедельник, и не буду курить например. Или перестану стрелять из автомата по всем движущимся целям. Когда же и наша власть, наконец, назначит в Чечне этот самый свой «понедельник»? Час «икс» прекращения тотального беспредела?.. Когда высшим офицерам, ответственным не за «проведение», а за результаты «антитеррористической операции» и «восстановления конституционного порядка», будут заданы главные вопросы? Вы отловили террористов? Нет. И бандиты бегают повсюду вслед за нефтевозами? Да. Взрывают, минируют, убивают? Тоже — да... И к «международным террористам» прибавилось новое племя военных бандитов? Увы — да... Значит, вон со своих постов.
       Это и есть власть. Все остальное — ее риторическая вертикаль.
       
       P.S.
       За оказанную поддержку редакция благодарит военного коменданта Грозного Василия Приземлина.
       
       P.P.S
       В ближайшем номере — интервью с новым мэром Грозного Бисланом Гантамировым.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera