Сюжеты

ЗАГАДКА ФЕДОРОВА

Этот материал вышел в № 95 от 28 Декабря 2000 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Заиграла музыка. Сенаторы дружно встали. Кто-то от избытка чувств даже запел. Слова складывались привычно: «Союз нерушимый... партия Путина... сила народная...» В этом месте сенатор осекся, споткнувшись о слова «нас к торжеству коммунизма...


       
       Заиграла музыка. Сенаторы дружно встали. Кто-то от избытка чувств даже запел. Слова складывались привычно: «Союз нерушимый... партия Путина... сила народная...» В этом месте сенатор осекся, споткнувшись о слова «нас к торжеству коммунизма ведет». В самом деле, куда нас ведут-то? Что не к коммунизму, это точно, уже объявлено. Но куда? Пока не сообщили.
       Только один человек не присоединился ко всеобщему ликованию, не встал при звуках нового-старого гимна. Это был Николай Федоров, президент Чувашии. Перед этим он старательно доказывал коллегам, что незаконно принимать гимн без слов, еще раньше подавал иск в Конституционный суд, обвиняя Путина в том, что его реформа власти противоречит Основному закону. Осудил он и войну в Чечне — как первую, так и вторую. А теперь, когда все дружно встали, один лишь Федоров помнил, что музыка Александрова пока не является официальным гимном, — закон еще нужно подписать и опубликовать, только после этого он вступает в силу. Следовательно, играли не гимн России, а просто мелодию Александрова. Вставать же под звуки любого марша как-то неприлично — все равно что прямо при жене приводить в дом любовницу.
       Двуглавый орел тоже произвел на президента тяжелое впечатление. Византийская птица демонстративно украшена православным крестом. Интересно, как это будет смотреться где-нибудь в Татарии?
       Выступления Николая Федорова поставили его в центр общего внимания. В стране чувствуется дефицит оппозиции. На этом фоне единственный открыто бросивший вызов Путину выглядит не то диссидентом, не то донкихотом. Хотя это все же не совсем обычный диссидент, ибо его протестующий голос раздается не с лобного места, а из Дома правительства Чувашии в Чебоксарах.
       

 
       Сын Чудикас
       Николай Федоров родился в чувашском селе Чудикас в 1958 году в семье, где хорошо помнили, как раскулачивали деда.
       Окончив русскую школу, Николай Федоров с легкостью поступил на юридический факультет Казанского университета. Тот самый, на котором учился Ленин (тоже, кстати, имевший долю чувашской крови). Когда об этом совпадении напоминают, Федоров немного обижается. Ленина он не любит, а потому напоминает, что Ленина из Казанского университета исключили и оканчивал будущий лидер большевиков уже Петербургский университет. Альма-матер Путина, между прочим.
       После аспирантуры в московском Институте государства и права Федоров преподавал в Чебоксарах, потом, на волне демократического подъема 1989 года, избрался в народные депутаты, но не присоединился к Межрегиональной депутатской группе, в которую всем демократам полагалось тогда записываться. Главным его делом в качестве депутата была работа над законом о печати. В ЦК КПСС, прочитав закон, очень расстроились. Секретарь ЦК Вадим Медведев вызывал к себе, объяснял, что страна пока к свободе печати еще не готова. Надо постепенно. Позднее Федоров вспоминал об этом с ностальгией: в администрации Путина так интеллигентно не разговаривают.
       Скоро не стало ни ЦК КПСС, ни союзного парламента, а Федоров сделался министром юстиции в правительстве Ельцина. Здесь, однако, он постоянно оказывался в меньшинстве. Законность мало волновала отцов-основателей новой «демократической России». Несколько раз Федорову удавалось единолично блокировать незаконные инициативы коллег, благо Ельцин к нему прислушивался. Но всему есть предел. После того как весной 1993 года Ельцин неудачно попытался ввести «особый порядок управления» страной — черновой вариант государственного переворота, Федоров ушел в отставку и решил посвятить себя адвокатуре. Впрочем, не совсем: указ 1400 застает его в Якутии на совещании с местными руководителями — явно не в качестве частнопрактикующего адвоката. Осудив переворот, Федоров присоединяется к попыткам Конституционного суда вернуть события в рамки закона. Увы, Конституционный суд распущен, Белый дом расстрелян, а Ельцин на странном зимнем референдуме принимает новую Конституцию, которую Федоров сегодня защищает уже от Путина.
       Вместе с новой Конституцией появилась Государственная Дума, куда был избран Николай Федоров. Пробыл он там недолго, ибо назревали выборы президента Чувашии. Господствующей силой в республике были националисты, что пугало не только русское и татарское меньшинства, но и значительную часть чувашей. На втором месте была Коммунистическая партия РФ, что тоже многих пугало. Федоров смог выиграть выборы и успокоить страсти.
       Кремль, несмотря на происшедшее в 1993 году, смотрел на нового руководителя в Чебоксарах благожелательно. Республика получила молодого президента с академической эрудицией, бюрократическим опытом и полезными связями в Москве. К тому же каратиста. Чиновникам правительства было велено ходить в спортзал и качаться. Спортивные увлечения начальника у нас всегда влияют на подчиненных. Когда начался конфликт с дзюдоистом Путиным, кто-то из московских газетчиков предложил решить вопрос в личном поединке. Федоров отказался, сославшись, что бой будет неравным. Даже мастер дзюдо против хорошего каратиста не имеет шансов.
       
       Чувашский New Deal
       Как будет столичный юрист справляться с региональной экономикой? Московские либералы ожидали, что победа Федорова даст толчок приватизации и в Чувашии восторжествует American way of life. Практика оказалась несколько иной.
       Сегодня и сам Федоров, и его премьер-министр Энвер Аблякимов в качестве одного из главных своих достижений приводят то, что, придя к власти в республике, почти сразу остановили приватизацию. Два незаконно приватизированных предприятия легкой промышленности даже были по суду возвращены в государственную собственность. Чубайс звонил из Москвы, пытался увещевать бывшего коллегу, но тщетно.
       В отличие от «демократических» губернаторов Поволжья частную собственность на землю здесь тоже вводить не стали, оправдываясь перед столичными идеологами «малоземельем». Аграрные отношения строятся на основе аренды.
       В отличие от соседнего Татарстана здесь нет ни нефти, ни других полезных ископаемых. В этом отношении республика бедная. Впрочем, Федоров считает, что во всем этом есть положительные стороны. Отсутствие природных богатств заставляет думать, низкая зарплата повышает «конкурентоспособность».
       1994 год был самым тяжелым — в хозяйстве царила депрессия. Республиканские власти, вместо того чтобы сворачивать социальные программы и «удалять государство из экономики», начали активно инвестировать средства в общественные программы. Выжить предприятиям помог республиканский и муниципальный заказ. Стали строить дороги, социальное жилье, прокладывать газопроводы, телефонные сети. В советское время прокладывали 170 км газовых сетей в год, теперь — 400—500 км, раньше газа не было в восьми районах и двух городах, сейчас он подведен всюду.
       Денег не было, а потому долги предприятий казне превращали в инвестиции. Заводы отрабатывали свою задолженность, участвуя в государственных программах. Практиковались и столь ненавидимые либеральными экономистами взаимозачеты.
       Уцелевшие в центре старые здания методом «народной стройки» привели в порядок, церкви отремонтировали. Из нового города в старый провели роскошную эстакаду.
       Трудно сказать, руководствовались ли республиканские власти теорией или просто стихийно находили решения, но избранный подход в общих чертах повторял знаменитый «новый курс» — New Deal — Франклина Рузвельта. Иными словами, классический «левоцентристский» вариант, отказ от надежды на спасительную силу рынка, ставка на государственные программы, смешанная экономика. Разумеется, в той или иной мере подобные методы применялись и другими регионами, причем не только «красными». Но своих бывших коллег по ельцинскому правительству Федоров, видимо, разочаровал. В результате безработица, в середине 90-х составлявшая 7%, теперь сократилась до 2%, промышленный рост в нынешнем году будет 11% — выше среднего по стране.
       Разъясняя свои взгляды на экономику, чувашский президент ссылается на «социализм в европейском смысле слова». Однако классовая борьба его не особенно привлекает, к левым себя не причисляет, а с коммунистами у него постоянный конфликт.
       
       Федоров и оппозиция
       В кадровой политике президента Чувашии прослеживается определенная закономерность. В отличие от коллег-губернаторов, которые своих противников сразу норовят согнуть в бараний рог, Федоров предлагает своим критикам хорошую работу в администрации. Так произошло с профсоюзами. Коммунистам неоднократно предлагали войти в правительство республики, занять различные посты вплоть до премьер-министра. Местные лидеры КПРФ отказывались. Противостояние продолжалось, достигнув пика в 1996 году — во время президентских выборов в России.
       Федоров поддержал Ельцина, но население рассудило иначе. Ельцин в Чувашии провалился, с подавляющим перевесом победил Зюганов. Руководитель республики счел это личным поражением, говорил о возможности отставки. Предлагал Ельцину решить. Ясное дело, Ельцин снимать главу республики не стал, ибо при имевшемся раскладе новый лидер почти наверняка пришел бы из рядов КПРФ. Так что особого риска для Федорова не было. Другое дело, что переживал президент Чувашии зря. Итогами выборов в республике можно гордиться. Не из-за Зюганова, разумеется. Просто это доказывает, что в Чувашии посчитали честно — не так, как в соседней Татарии, где между первым и вторым туром большинство населения вдруг разом «передумало» и проголосовало за Ельцина.
       Вообще-то демократия в соответствии с принятыми в мире нормами считается прочно утвердившейся лишь после того, как правящая партия в первый раз мирно уступит власть победившей оппозиции. В истории России такого еще ни разу не было. В Чувашии пока тоже.
       Далеко не все в республике готовы считать президента «отцом нации». «Да, пожалуй, здесь воровства поменьше, чем у соседей, — признает депутат городского собрания. — Но ведь у нас и украсть толком нечего! А в остальном — все как у всех».
       Критики напоминают, как в республике, где нет нефти, стремительно стали расти позиции ЛУКОЙЛа, — символом этого стала роскошная бензоколонка, построенная в самом центре города недалеко от восстановленных церквей. Другие нефтяные компании позиций в Чувашии завоевать почему-то не могут. Эксперты обещали найти собственную нефть, долго бурили, но ничего не нашли. «Неправильно работали, — говорят местные остряки. — Они вглубь бурили, а надо было вбок, в сторону Татарстана».
       С нефтью связан и свежий приватизационный скандал. «Новая газета в Чебоксарах» сообщает про продажу госпакета акций АО «Чувашнефтепродукт». Победителем конкурса стала мало кому известная «Волжская топливная компания». По сообщению газеты, пакет ушел за 4,6 млн рублей. «То есть итоговая цена практически не отличается от стартовой. И, кстати, обе эти цены так же отличаются от реальной, как Байконур от пейджера». Злые языки утверждают, что деньги на покупку государственной доли были, как у нас обычно принято, взяты из кармана самого «Чувашнефте-
       продукта». К тому же все это явно контрастирует с заявлениями официальных властей республики о том, что приватизация проводится только в совершенно бесспорных случаях, когда выгода для общества и бюджета очевидна.
       В общем, действительно ничего непривычного, исключительного. Обычная российская жизнь. А с другой стороны, чего мы хотим? Трудно поверить, будто можно построить «демократический социализм» в одной отдельно взятой республике, если вся страна дружно строит бандитский капитализм.
       Вообще стандартный набор российских ситуаций повторяется на микроуровне: тут были и конфликт президента с парламентом и его спикером, и столкновение с собственным вице-президентом. Другое дело, что политиков здесь меньше, чем в столице, а потому противником Федорова все время оказывался один и тот же человек — Л. П. Кураков. Сначала он баллотировался против Федорова на президентских выборах. Как уже говорилось, Федоров успокаивает своих оппонентов постами в администрации. Потому Куракову была перед следующими выборами предложена должность вице-президента Чувашии. Это кончилось острым конфликтом внутри аппарата власти. В итоге Кураков пост вице-президента сменил на место спикера республиканского парламента, дававшее больше возможностей для борьбы. С этого поста ему тоже пришлось уйти, но объединившаяся депутатская оппозиция дала бой президенту по вопросу о конституции республики.
       Депутаты потребовали, чтобы правительство было подотчетно Госсовету и уходило в отставку в случае вотума недоверия. Обычная норма в любом демократическом государстве — кроме России, где почему-то в подобной ситуации конституция требует распустить не правительство, а парламент (еще лучше было бы, по Брехту, вообще народ распустить и выбрать себе новый). Идея парламентского контроля над правительством очень удивила президента Федорова. Но все же он пошел на уступки. Зато по поводу права баллотироваться на третий срок Федоров и его сторонники упрямо стояли на своем. Депутаты, близкие к руководству республики, объясняли: президент молодой, популярный, зачем его ограничивать? В американских штатах срок для губернаторов тоже не ограничивают — только для президента страны. Предложение о третьем сроке прошло.
       Федоров повторяет, что баллотироваться в третий раз не намерен. Уйдет в адвокатуру. Если так, спрашивает оппозиция, отчего он так пробивал конституцию, которая этот третий срок обеспечивает?
       
       Загадка
       Вопреки тому, что говорят критики, я не думаю, что Федоров будет баллотироваться на третий срок. Сейчас у него крайне выигрышная позиция: претенденты на президентское кресло в республике деморализованы, Федоров может до последнего держать их в неопределенности. А затем возьмет да и откажется от участия в выборах. И, возможно, продвинет на руководящий пост своего преемника (примеры имеются).
       Но вот в то, что Федоров, уйдя из президентов, перейдет в адвокатуру, не верится ни-
       сколько. Адвокаты в политику уходят, а политики в адвокатуру — практически никогда. Человек, сознание которого сформировано не судебным заседанием, а парламентской трибуной, имеет мало шансов выигрывать дела.
       Да и вообще зачем опытному политику превращаться в начинающего адвоката? Нет, не вижу я Федорова адвокатом, состязающимся в судебном красноречии с Падвой или Резником. Зато легко могу представить его депутатом Государственной Думы, лидером фракции, министром и даже, кто знает, кандидатом в президенты.
       Федоров становится фигурой российского масштаба.
       Никакой «загадки Путина» никогда не было, а вот загадка Федорова есть. Общедемократические принципы, которые он отстаивает с трибуны Совета Федерации, бесспорны, его критика чеченского похода убедительна. Но вопрос «Кто такой мистер Федоров?» остается открытым. Либералы по-прежнему видят в нем своего. С Федоровым связывают свои надежды те, кто недоволен Путиным, устал от коммунистов и разочарован в либералах. Он стремительно вытесняет Явлинского в роли защитника демократических свобод. Возможно, что он захочет и отобрать у Зюганова роль защитника трудящихся, благо Зюганов почти не скрывает, что тяготится ею.
       А с другой стороны, Федоров никак не революционер, не радикал, ОМОН против него не пошлют, смещать с поста не будут. Если же попытаются, то лишь укрепят имидж «единственного настоящего оппозиционера». Пока лидер Чувашии имеет шанс нравиться всем — левым, правым, умеренным, радикалам. Не нравится он только сотрудникам администрации Путина. Но и в официальных кругах немало людей, которые в частном порядке признаются в симпатиях к своему старому знакомому из Чебоксар. Собственно, это одна из причин, почему лидер Чувашии чувствует себя так спокойно. А публичное недовольство Кремля — разве это не лучшая реклама?
       И все же серьезная политика требует делать выбор. И следовательно, наживать себе новых врагов. С чем приходит Федоров в российскую политику? Что нам сулит его взлет? С одной стороны, если он хочет получить массовую поддержку, одновременно сохраняя лояльные отношения с Чубайсом или Кириенко, Федоров может в итоге оказаться на обочине политической борьбы. А с другой — может стать приемлемой и безопасной для элит альтернативой Путину. Особенно если Кремль откровенно провалится.
       У Федорова пока нет четкой стратегии, он еще до конца сам не решил, что делать с ростом собственной популярности. Но, как и положено хорошему каратисту, он быстро ориентируется в ситуации и не упустит благоприятного момента. Вполне возможно, такой момент ему представится.
       Нет, перед нами не донкихот и не диссидент, а политик, хорошо знающий правила игры, готовый и умеющий бороться за власть.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera