Сюжеты

XXXXXXXX

Этот материал вышел в № 04 от 22 Января 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Вот ведь глупость: никак не отвяжутся два телевпечатления. Проходные, пустячные, позавчерашние; хихикни и позабудь, а поди ж ты... Первое. Шоумен Николай Фоменко делится с Андреем Максимовым (естественно, «Времечко») своим...


       

  
       Вот ведь глупость: никак не отвяжутся два телевпечатления. Проходные, пустячные, позавчерашние; хихикни и позабудь, а поди ж ты...
       Первое. Шоумен Николай Фоменко делится с Андреем Максимовым (естественно, «Времечко») своим культурологическим возмущением. Представьте, говорит, в «Караване историй», журнале, претендующем на интеллигентность (разве?), описано, как Полина Дашкова в 1762 году вербует сторонников будущей Екатерины II, наигрывая Шопена, а тому еще предстоит родиться в 1810-м. Так что никак невозможно, чтобы Полина Дашкова... Полина Дашкова... И т.п., покуда деликатный Максимов, как-никак автор пьесы о Екатерине, по-моему, как и я, слегка от услышанного обалдев (простите фамильярность, Андрей, она продиктована солидарностью), не замечает — почти робко: вы хотите сказать — Екатерина Романовна Дашкова? Ах да, Екатерина, Екатерина, в легком смущении подтверждает Фоменко, кажется, огорчившись, что очевидная домашняя заготовка культурной атаки пропала даром. Из-за его собственной дурацкой обмолвки.
       Кто подумает, будто над ним иронизирую, ошибется. Обмолвка всего лишь обмолвка, а эта к тому ж ни для кого не обидна; это не то что в передаче «Добрый день» ляпнуть, преданно глядя в глаза Вознесенскому: его, мол, не надо и представлять, кому ж не известен Андрей Андреевич Рождественский? Я вообще ни над кем не смеюсь, размышляя с печалью над некоей закономерностью.
       Владислав Ходасевич вспоминал с тайным сарказмом, как играл в карты, сидя между Толстым и Достоевским. И оба были вульгарно-скандальны («— Такую грязную бумажку я не приму. — Может быть, вы сами ее замусолили?»), будучи, впрочем, не Львом Николаевичем и не Федором Михайловичем, а их зауряднейшими сыновьями. Что для Ходасевича было знаком, увы, отнюдь не движения вверх.
       То, с какой естественностью детективщица Полина (кстати: характерно уже и то, как беззаботно в качестве псевдонима взята фамилия не просто аристократки, но одной из замечательных женщин России) вытеснила из сознания Николая Фоменко ту, которую современники именовали Екатериной Малой, сопрягая с Великой... Да что там, признаемся: из нашего, из массового сознания, — словом, это явление бедственное.
       Хотя — как знать? «Мы будем жить, как хотим, потому что мы — поколение без предрассудка-а-ф!» — кричит юная телеведущая, имени которой не помню, на телеканале, который не назову, хотя бы ради того, чтобы от души высказать пожелание, дабы девица наконец помылась. И она, конечно, права. Надо было быть таким простофилей-утопистом, как Баратынский, чтобы в гениальных стихах пробовать втолковать невтолковываемое: «Предрассудок! Он обломок давней правды. Храм упал; а руин его потомок языка не разгадал. Гонит в нем наш век надменный, не узнав его лица, нашей правды современной дряхлолетнего отца».
       Собственно, главный признак зрелости, личной и общественной, — снисходительность к предрассудкам, будь их носитель хоть «анпиловская бабулька», дикая и несчастная, хоть ты сам, весь из себя образованный и демократичный. Бережность к тому, что перед рассудком; что инстинктивно подсказывает: качеству, которое именуется «современностью», означает способность отлично ужиться в обстоятельствах перемен и, понятно, рождает победный настрой, — этому качеству стоило бы хоть малость сверяться с ценностями, каковые тот «дряхлолетний», что вчистую проигрывает молодости, считал вечными. И — вот чудачина! — незыблемыми. В частности, полагал, будто секс еще не замена любви, деловое партнерство — не замена дружбы, а цивилизованность — не замена культуры...
       Или — замена? Ну хоть это последнее? И вот второе из сразивших меня телевпечатлений (ибо девица без предрассудков таковым быть, конечно, не может).
       Среди VIP-ов, по случаю Новогодья приглашенных в игру «О, счастливчик!», представительствует Ирина Хакамада. И (не Шандыбин какой, а интеллектуалка-москвичка) до изумления долго не может ответить, какой из музеев находится в Лаврушинском переулке. Алмазный фонд? Имени Пушкина? Оружейная палата?.. Наконец, слава Богу, перевал одолен: Третьяковка, — и новый затор. Которая из цариц подарила черевички гоголевскому кузнецу Вакуле — Софья? Елизавета? Екатерина? Анна Иоанновна?.. В момент, когда просто обязан сработать автоматизм, раз и навсегда включенный школой, решено «звонить другу» — да опять же не из простых, а из самой, считается, интеллектуальной элиты. Из ворошиловских стрелков, виноват, «знатоков». Но и этот — пас.
       Это притом, что легкость вопросов явно подыгрывала той, кого Дибров представил как «самого стильного» депутата, да и просто «блистательную», — а что, разве по-своему это не так? Кто посмеет сказать, что Хакамада не есть первоклассный продукт и, пуще того, чуть не символ современной цивилизованности? Но в том-то и дело!!! Так что смейтесь над паникером, но в эту минуту меня пронзило сознание... Нет, не нормального рубежа, поколенческого и психологического, но — разлома. Бесповоротного. По Мандельштаму: «Здесь провал сильнее наших сил».
       Отчего б не поумничать, утешительно вспомнив Освальда Шпенглера, еще в начале ХХ века предсказавшего, что произойдет неизбежное: культура будет поглощена цивилизацией? (Сознание неизбежности, да даже и безнадежности — тоже способ утешиться, когда нету иных.) Но лучше припомню того ж Ходасевича, который, как вспоминает Нина Берберова, фантазировал: вот «настанет день, все пропадет», и тогда, дескать, соберутся несколько человек и устроят некое общество. Скажем, «Общество предпочитающих «Анну Каренину» «Войне и миру». Или даже — «Общество отличающих ямб от хорея». Добавлю: на самый худой конец — «Общество читавших «Ночь перед Рождеством». Чем не повод для оптимизма? Несколько чудаков найдутся всегда и будут мечтательно ждать, когда границы их резервации мало-помалу, глядишь, опять начнут раздвигаться.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera