Сюжеты

«САМИ ВИНОВАТЫ»

Этот материал вышел в № 10 от 12 Февраля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Президентский советник Андрей ИЛЛАРИОНОВ убежден, что общество имеет ровно такое правительство и ровно такую экономику, каких достойно Взгляды Андрея Илларионова известны всем и находятся на стыке экономики и этики. Государство, как и...


Президентский советник Андрей ИЛЛАРИОНОВ убежден, что общество имеет ровно такое правительство и ровно такую экономику, каких достойно
       
       Взгляды Андрея Илларионова известны всем и находятся на стыке экономики и этики. Государство, как и любой человек, не имеет морального права тратить больше, чем зарабатывает, иначе неизбежен дефолт. Государство не имеет права печатать деньги, то есть выпускать фальшивки, иначе будет инфляция, а впоследствии девальвация. Государство, как и любой человек, должно платить по своим обязательствам, иначе его выбросят из круга приличных стран мирового сообщества. Государство не должно дорого стоить своим гражданам - то есть нельзя изымать из экономики в виде налогов больше 15-17% ВВП. Государство должно быть нейтральным по отношению ко всем бизнесам. История демонстрирует, что в рамках современного открытого мира иных рецептов экономическго роста не существует.
       Российские власти продолжают делать прямо противоположное. Тратят больше, чем зарабатывают: экономика за год выросла на 7,7%, а расходы государства - на 28%. Печатают деньги: за год денежная масса увеличилась почти на 60%. Устраивают дурные скандалы кредиторам Парижского клуба. Изымают из экономики в виде налогов не 15% ВВП, а более 40%. А на этой неделе правительство объявило, что выпустит ГКО на миллиард долларов. Все это, считает Илларионов, - гарантия экономической катастрофы.
       Советник президента уверен, что пока российское общество не повзрослеет и не сформирует спрос на ответственную политику, оно обречено воспроизводить скверную экономику и бедность
       
       - Экономист и философ Виталий Найшуль сомневается, способна ли православная страна с ее традиционным упованием на бога, хозяина и царя стать экономически успешной - ведь экономический рост зависит от способности каждого гражданина стать ответственным капиталистом с протестантской этикой.
       - Тезис о том, что для капитализма важна именно протестанская этика, был выдвинут на рубеже веков Вебером. Но действительность последних 50 лет опровергает это.
       Католические страны Европы - Италия, Франция, Испания, Португалия - в послевоенное время развивались быстрее протестантских. А католическая Ирландия даже превзощла Великобитанию по ВВП на душу населения. Поэтому основной тезис Вебера не выдержал проверки временем.
       Не только различия в христианских вероисповеданиях, но и вообще религиозный субстрат, судя по всему, не оказывает значимого влияния на темпы экономического роста в современном мире. Буддистские Гонконг, Тайвань, Сингапур демонстрировали в последние пол-столетия невероятные темпы роста. Китай оказался мировым рекордсменом по темпам роста в последюю четверть ХХ века. Последние десятилетия показали, что вовсе не обречен Ислам: Турция показывает приличный рост. Малайзия, Индонезия входят в группу наиболее быстроразвивающихся стран мира.
       Что касается православных стран, то по темпам роста в послевоенные полвека Греция и Кипр среди 200 стран мира заняли 10 и 11 места.
       - Если рядового россиянина спросить, готов ли он к сокращению государственных расходов с нынешних 40% ВВП до необходимых 15-17%, то большинство ответит отрицательно - поскольку это означало бы пропорциональное увеличение ответственности каждого за свое будущее - без всяких апелляций к государству, которое чего-то там не обеспечило.
       - Тут важно правильно задавать вопросы. Готов ли россиянин лично платить больше налогов? Готов ли он платить взятки пожарной инспекции, гаишникам, прокурорам и санэпидстанции? Или ему было бы лучше, чтобы государство позволяло ему спокойно зарабатывать, одновременно обеспечивая ему и его собственности адекватную защиту? Тогда мы внезапно увидим, что в стране много людей, выступающих за удешевление государства.
       - Почему тогда в обществе абсолютно легитимны дурные разговоры о том, что государство должно то подкормить угольщиков, то дать деньги в авиапром, то в село, то еще в какую-то отрасль, где они тут же разворовываются?
       - Вы же знаете ответ: в стране немало предрассудков и мифических представлений о необходимом общественном благе. Когда представитель той или иной компании говорит, что государство должно защитить его бизнес, являющийся «национальной гордостью», то это лишь означает, что он просит государство передать ему не заработанные им деньги. На первый взгляд складывается впечатление, что рядового гражданина конкретно это не касается. Но это заблуждение. Людям же не объясняют, что в реальности это их деньги передаются той или иной компании. Мы должны голосовать своими рублями именно за те товары, которые нам более всего нужны. Кажется, это самое демократическое из всех возможных голосований.
       - Оно, кстати, показывает, что развиваются в России только те отрасли, которым государство не помогает.
       - За последние 10 лет государство не субсидировало развитие информационных технологий - этот сектор развивался с нуля. Но это самый быстрорастущий бизнес в стране. За него проголосовал потребитель. А некоторые другие отрасли, производства, бизнесы, несмотря на гигантские государственные субсидии, продолжают загнивать и сокращать объемы своего производства. Таким образом неэкономические способы поддержания этих секторов не в состоянии компенсировать голосование спроса миллионов против некачественных продуктов и неэффективных производств.
       - Где, по-Вашему, главная философская причина устойчиво неадекватной экономической политики в России, устойчиво слабой экономики и бедного населения?
       - Я бы назвал ее «горе от богатства». К сожалению, в стране есть огромные источники рентных доходов, получаемых не в результате собственных усилий, а в результате перераспределения доходов из-за рубежа. Несчастье России - в ее чудовищных богатствах - нефти, металлов, газа и пр.
       - То есть мы не хотим попробовать поработать, потому что и так валюта капает помаленьку?
       - К сожалению, мы не являемся такой бедной в природном отношении страной, как Украина, и потому рискуем в перспективе стать действительно бедной страной. В то же время Украина имеет шанс стать богатой. Это сейчас некоторые свысока поглядывают на несчастную, бедную и коррумпированную Украину. Пройдет не так много времени, и всем станет ясно, что в долгосрочной перспективе Украина, вне всякого сомнения, находится в более благоприятном положении, чем Россия. За примером не надо далеко ходить. Как только на Украине стали проводить ответственную экономическую политику, это сразу же дало свои результаты. Украина закончила прошлый год с более высокими темпами роста промышленности, чем Россия. У нас по году 9%, а у них почти 13%. Причем если темпы роста нашей промышленности замедляются и уже равны нулю, то у них темп нарастает - в январе темпы прироста промышленности на Украине превысили 20%-ную отметку.
       - И это при том, что они платят за газ, нефть и электричество почти по мировым ценам - чего российское правительство так боится.
       - При том, что они почти не получают внешних кредитов, не отказываются от обслуживания своих долгов, давным-давно платят за все ресурсы по мировым ценам. У них вполне здоровый качественный рост. Рост повзрослевшей ответственной страны.
       - Есть мнение, что в России уровень государственных расходов не может быть низким, поскольку страна большая, а население маленькое, и чтобы удерживать такую государственность, придется тратить больше других стран.
       - Международные сравнения показывают, что пропорциональной зависимости между плотностью населения и уровнем государственных расходов нет.
       Уровень государственных изъятий 13-17% - это та оптимальная цена за содержание государства, которая позволяет обществу эффективно развивать экономику.
       - Если учесть, что сейчас наше государство изымает 45% экономики, названные Вами цифры утопичны.
       - Существуют некоторые сомнения, что в пределах жизни поколения это может быть сделано - по этому поводу нет сегодня общественного консенсуса. Вместо этого немало предрассудков, о том, что сокращать госрасходы будто бы нельзя. Это означает, что при изъятии на государственные нужды более 40% ВВП, как это происходит сейчас, надо сразу приготовиться к тому, что экономического роста в среднесрочной перспективе не будет . Нынешний экономический рост обусловлен всплеском мировых цен на нефть. Это означает, что после ухудшения конъюнктуры наступит неизбежная коррекция. Объемы производства начнут сокращаться, уровень жизни будет падать, усилится эмиграция предприимчивых людей т.д. Это верно так же, как математическая формула. Чем меньше ресурсов изымается из экономики, тем интенсивнее ее развитие.
       - Я несколько разочарован и Путиным, и Касьяновым в том смысле, что они крайне слабо определяют направление и идеологию реформ, в результате чего реформы стоят.
       - Не следует переоценивать возможности президента. Потому что первая и самая главная его обязанность - это не задача проповедника, учителя и воспитателя. Президент - это прежде всего политический институт, вектор действий которого результирует многое в течении общественной жизни страны, в большой степени это квинтиссенция состояния общества. Президент не может постоянно противостоять тому консенсусу, который в обществе существует по тем или иным проблемам. Какими бы полномочиями ни обладал президент любой страны - легальными или квазилегальными, хоть диктаторскими - политически любой президент не в состоянии бесконечно идти против имеющегося общественного консенсуса. Задача института президентства в том и состоит, чтобы находить эту результирующую. Президент должен должен чувствовать дыхание элит. И Ельцин, и Путин весьма хорошо чувствуют и слышат эти настроения.
       - Я вас спросил про президента, а вы мне описали очень хороший диктофон.
       - Это не диктофон. До прихода в Администрацию у меня тоже было несколько идеалистическое представление о возможностях высшей власти. В реальности она действует в довольно узком коридоре возможностей. Президент, как ответственный политик, должен чувствовать границы этого коридора, чтобы не сталкиваться с ними постоянно, набивая шишки себе и обществу.
       - Ельцин действительно был гениальным политиком, который чувствовал общество. Но именно потому, что он не делал жестких шагов развития, которые всегда идут вразрез с общественными настроениями, мы имеем скверную экономику. Путин занимается тем же.
       - Дело не в Ельцине. Экономическая политика минувшего десятилетия является ярким отражением представлений, точнее сказать заблуждений политической элиты страны. Достаточно вспомнить 1998 год. Тогда все решения принимались не консерваторами, а «молодыми, энергичными, грамотными профессионалами». Ведь не Ельцин их убедил, что не будет девальвации, а это именно они убедили Ельцина. Правда жизни заключается в том, что Ельцин действительно выбирал, как казалось, самых «грамотных и продвинутых», так что Ельцин сделал максимум возможного и даже больше. Но это не вина Ельцина, а беда России, что даже в лице своих так называемых «лучших и либеральнейших» представителей российская политическая элита оказалась глубоко социалистической и популистской, действия которой привели прямо к экономической катастрофе.
       - Если следовать этой логике, то можно перестать критиковать наше правительство за Парижский Клуб, за дурацкий бюджет, за новые ГКО. Можно сказать, что и это правительство «максимально ответственное и грамотное из возможных».
       - Не стоит опускать руки. Много из того, что делает и говорит в этом мире власть, говорится и делается потому, что таковы заблуждения общества. А общественные предрассудки действительно диктуют политикам порочные шаги. У нас невероятное количество популярных общественных мифов, надуманных фобий.
       Как фобии отдельного человека, так и фобии общества лечатся долго, медленно, терапевтически. Но лечатся. Восемь лет тому назад руководитель российского ЦБ мог позволить себе сказать, что инфляция - это положительное явление. Сейчас это, кажется, невозможно. Предложение бездефицитного бюджета раньше даже так называемых продвинутых либералов кидало в шок. Сейчас большинство понимает, что бездефицитный бюджет лучше дефицитного. Несколько лет тому назад крупными достижениями назывались массовые заимствования в ГКО, валютный коридор, займы МВФ. Значительная часть этих комплексов преодолена. От этого больной в некоторой степени излечился.
       - Как это излечился? У нас де-факто остался дефицитный бюджет, возобновились ГКО, печатают деньги, растет инфляция.
       - Действительно, многое из этого иногда делается, но делается уже со стыдом. И важно даже то, что нынешний дефицитный бюджет, где расходы превышают доходы, маскируется под бездефицитный. То есть сегодня этого уже стесняются. Но я с вами согласен в том, что процесс излечения от заблуждений идет слишком медленно.
       - Почему так медленно?
       - Потому что наличие фактически неограниченного потока валюты от продажи нефти замедляет этот процесс. Доходы от нефти - это наркотик, воспроизводящий экономическую безответственность. Ограничение поступления наркотиков как в человеческий, так и в общественный организм обычно проясняет сознание.
       - У меня тоже есть фобия. Мне кажется, что социалистическое мировоззрение населения воспроизводит скверную экономику и бедность, а бедность опять воспроизводит социалистическое мировоззрение. И это замкнутый круг.
       - Это не совсем так. Китайская экономика 50 лет назад была куда более скверной, чем сегодняшняя российская экономика. Тем не менее, в течение последних 20 лет там удалось совершить беспрецедентный экономический рывок. Таких примеров немало. Когда экономика скверная, людям обычно очень хочется есть и они начинают качественнее работать. Повторяю: этому процессу мешает наркотическая зависимость. А если наркотиков, то есть не заработанных доходов, в стране много, то последствия будут примерно одинаковыми - что в Венесуэлле, что в Персидском заливе, что в России. Когда нефти много, то никто не видит смысла работать.
       - Но есть же страны, США например, не бедные по природным ресурсам, но с сильной экономикой, с сильными несырьевыми отраслями.
       - Это очень важный вопрос. Прием большого количесва наркотиков детским слабым организмом превращает такое существо в идиота. Если организм сформировавшийся, то прием наркотика ему наносит отноительно меньше вреда. В США, Великобритании, Норвегии, Голландии нефть и газ открыли после того, как там сформировались основы рыночных институтов - и потому эти страны не так сильно пострадали. А в Нигерии, Индонезии, Венесуэлле, России, где природные богатства открыли прежде достижения стадии зрелости, последствия оказались куда более тяжелыми.
       - В последнее время много говорят об отсутствии в России тех самых 150-200 абсолютно компетентных по мировым меркам экономистов, которые могли бы занять ключевые посты, подобно «чикагским мальчикам» в Чили. Где их взять, если советская элита не отправляла своих детей в Чикагский университет, в отличие от чилийской элиты, а наше образование не годится?
       - Дело же не только в том, что чилийская элита посылала своих детей учиться в Чикаго, а потом их призвал Пиночет, и они сделали либеральное экономическое чудо. В Чикагском университете учились не только чилийцы, а чудо произошло прежде всего именно в Чили. Дело в том, что уникальная готовность именно чилийского общества к преобразованиям была обусловлена уникальным стечением обстоятельств: 40 лет популизма, три года социалистического безумия, радикальная смена власти, готовность самого Пиночета осуществлять эти меры, но - самое главное - это наличие общественного консенсуса по поводу реформ. Такой же или подобный консенсус сформировался и в Эстонии, и в Чехии, и в Венгрии, и в Словении, и в Китае, и в Грузии... Хорошо, конечно, посылать своих детей в правильные университет, но гораздо важнее, чтобы общество сумело воспринимать эти правильные идеи.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera