Сюжеты

МУЖЧИНА НА РЕБРЫШКАХ

Этот материал вышел в № 16 от 05 Марта 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Прекрасная дама против Адама Наш дорогой дружок Вадим Жук рос младшим братом в компании четырех сестер. С одной стороны, это многое дало ему в плане понимания женской природы, у которой он впоследствии пользовался неизменным и...


Прекрасная дама против Адама
       

 
       Наш дорогой дружок Вадим Жук рос младшим братом в компании четырех сестер. С одной стороны, это многое дало ему в плане понимания женской природы, у которой он впоследствии пользовался неизменным и сокрушительным успехом. А во-вторых, развило в нем способность смотреть со стороны на мужчин, чем и объясняется его поистине редкая способность к большой и стойкой дружбе.
       Когда был Вадик совсем еще маленький с кудрявой головой, буквально лет трех с половиной, он купался и загорал со своими сестричками и их подружками на пустынных пляжах Финского залива, омывающего предместья Ленинграда, его любимой родины. Девичий веселый плеск, писк и валяние на песке происходили в силу возраста и однополости нагишом, включая крошечного Вадика, в ту пору считавшего себя скорее девочкой.
       Если в их русалочью зону ненароком забредали враждебные элементы, девчонки с визгом: «Мальчишки! Мальчишки!» — хватали свои незначительные тряпочки и прижимали к худым блокадным животам. Причем Вадик тоже натягивал до подмышек парусящие трусы и кричал вместе со всеми: «Мальчифки, мальчифки!»
       
       Потом он вырос в отменного мужика толщиной с карандаш, стал актером, режиссером, театроведом, шоуменом и телеведущим, прочел сорок тысяч книг, породил сына Ивана и прославился своим веселым нравом и душой как в Петербурге, так и далеко за его пределами.
       Когда Ване Жуку, сыну Вадима, было пять лет, он написал такой, можно сказать, манифест:
       Девочки говорят с презреньем: «Танки идут!».
       Они нас не понимают.
       Потому что девчонки к матери готовятся,
       А мы, мальчишки, к войне!
       Крошка-сын избывал недостаток самоидентификации отца.
       С тех пор мужчины не сильно продвинулись вперед по части самосознания (если не считать готовности никогда не взрослеющих мальчиков к войне).
       Говорю об этом с уверенностью, потому что знаю их так же хорошо, как Вадим Жук — женщин. Если у Вадика было четыре сестры, то у меня, грешной, — четыре мужа. Почему так много? — спросите вы, и вопрос ваш правомочен: мужья, чай, не сестры. Отвечаю: потому что при ближайшем рассмотрении никто из моих прежних мужей мужчиной не оказывался. Были они болтливы, коварны, лживы и при малейшей опасности натягивали до подмышек трусы с лавсаном и с сиплым воплем: «Мальчифки, мальчифки!» — бросались врассыпную. Это не значит, что они были женщинами. Женщины вокруг как раз то и дело блистают верностью, самоотверженностью, острым умом и общей прекрасностью. Да и пьют намного человечнее, ответственнее и опрятнее.
       «Настоящих людей очень мало, — пел Окуджава, — на планету совсем ерунда. А на Россию — одна моя мама, только что одна может, одна?» Из настоящих мужчин, казалось мне с учетом неудачного опыта, на Россию — один мой папа. Поэтому, когда третий партнер по брачным танцам, почуяв запах жареного («мальчифки» приближались уже на танках), с исключительным проворством свинтил в Северные Американские Штаты, я твердо решила, что буду искать такого, как папа. Честного, веселого и храброго. И я его нашла, и кое-кто его знает.
       Этот человек, в свою очередь, написал, надо признать, препаскудные стишки:
       Женщины носят чулки и колготки
       
       И равнодушны к проблемам культуры.
       20% из них — идиотки, 30% — набитые дуры,
       40% из них — психопатки, Это нам в сумме дает 90.
       10% имеем в остатке, Да и из этих-то выбрать непросто.
       
       Как вы понимаете, он тоже не раз побывал в переделках.
       Но теперь, когда путем болезненных проб и трагических ошибок мы решили проблему своих десяти процентов, я с тем большим основанием могу говорить об оставшихся девяноста. О мужчинах, гнездящихся по городам и селам, горам и предгорьям, эстрадным площадкам и генеральным штабам, по теплым местечкам, холодным баракам и горячим точкам нашей столь женственной родины. Об этих бравых персонажах, которые решительно «готовятся к войне», путаясь под ногами у тех, кто, сжав зубы, вдумчиво «готовится к матери».
       Что характеризует мужчину, за исключением «глупостей», как говорили в нашем с Жуком детстве? Мне, например, понравилось, как герой Баталова (так называемый Гоша) в знаменитом фильме заявляет о своем праве решать, «на том простом основании, что он мужчина».
       Я давно не хожу ни на какие выборы, потому что понятно: ни один человек-мужчина у власти в этой стране решать ничего не будет: реформы, как выяснилось, не наш жанр, а к совсем уж людоедскому прошлому такой туше, пожалуй, не развернуться.
       Стало быть, отщелкнем мужчин в Кремле и Думе. В парламенте выдать на каждое койкоместо вязание и проверить, что изменится. Кремлю отключить связь, оставив самому главному горячую линию с виртуальным штабом армии и гонять по кругу военные сводки о захвате Басаева и его побеге из-под стражи.
       В штаб армии, прокуратуру, МВД запустить десант хорошо обученных, отборных девчат всех цветов кожи от молочного до горько-шоколадного и наладить бесперебойную поставку водки, пива и горячей закуски.
       Дальше — ФСБ. Этим дать на развод пару шпионов, кого не жалко, — пусть резвятся.
       Олигархам разослать приглашения на ужин к испанскому королю, королеве Англии, принцу Датскому, Папе Римскому, дожу Венеции и в теннисный клуб швейцарских банкиров; на трапе повязать и в наручниках отправить в «Синг-Синг».
       Журналисты пусть себе пишут, на них все равно все забили.
       Солдаты отродясь ничего не решали. Их накормить, вымыть, вычесать вшей и первым же бортом — по домам.
       А генералов оставить один на один с боевиками. И вот когда они, не снимая портупеи, натянут до горла свои пятнистые штаны и закричат во все сорванные на плацах глотки: «Мальчифки, мальчифки!» — и дунут через границу, не останавливаясь до самого метро «Арбатская», тут мы и подсчитаем: сколько же там в остатке? Кто не спился, не сидит, не валяется на диване, не лупит жену, не мечется под фанеру по сцене в перьях, обтянувши попку парчовыми портками, не тянет ручонки к различным портретам в усах и фуражках, заклиная: «Приди и володей!», не делит дачу, не отсуживает у семьи квартиру и не совершает иных подвигов Геракла...
       Подсчитаем — и возьмем их в мужья. Испечем им пирог по рецепту Клары Цеткин и произнесем, наконец, фразу, о которой мечтает любая из нас от Москвы до самых до окраин: «Как скажешь, дорогой. Решай сам. Мужчина ты или кто?»
       Потому что мы не феминистки, упаси Бог. А прекрасные, очень прекрасные дамы. И сделаны из вашего ребра, а не наоборот. И мы очень устали без вас.
       Включая Аню Политковскую, которая тоже, небось, к матери готовилась. А не ко всяким там гадостям, которые придумали для нее мальчифки.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera