Сюжеты

Михаил ТАРАТУТА: Я СТРАШНО ХОТЕЛ УЕХАТЬ ИЗ АМЕРИКИ

Этот материал вышел в № 17 от 12 Марта 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Нашей корреспондентке Юле Таратуте частенько приходят письма с вопросами «про папу» Михаила Таратуту. Почему «папа» перешел на РТР? Почему больше не работает в Америке? Не «папа» ли «дочку» надоумил в журналистику пойти, и если «папа», то...


       
       Нашей корреспондентке Юле Таратуте частенько приходят письма с вопросами «про папу» Михаила Таратуту. Почему «папа» перешел на РТР? Почему больше не работает в Америке? Не «папа» ли «дочку» надоумил в журналистику пойти, и если «папа», то почему «дочка» в газете, а не в телеящике?
       Уважаемые поклонники Михаила! Наша Таратута телевизионному Таратуте не дочка. Дочку Таратуты зовут Екатерина Смирнова, она действительно работает на телевидении — корреспондентом в папиной новой программе «Русские горки-2». С Юлей Таратутой у Михаила Таратуты общего только фамилия и жизнь пришельца. У Юли — нежный украинский акцент. У Михаила поклонницы находят «очаровательный американский». Таратуты — они понимают, каково быть чужаком среди своих
       
       — Я телевизионный аутсайдер. Я был в Америке, когда складывалась телесистема. Я не стал ее частью, не вошел ни в одну из сложившихся телевизионных групп. А шансы на выживание у человека, существующего вне системы, невелики.
       — Вот и ваша программа снова сменила канал, и теперь вы работаете на государственном телевидении. Есть разница между работой у Добродеева на НТВ и у него же — на РТР?
       — На РТР у меня вышло всего несколько программ. Пока никакой специфики не проявилось.
       С переменой мест все просто. Когда я приехал в Россию, «Русские горки» должны были выходить на ОРТ. Но разразился кризис, и деньги кончились. Потом программа перешла на НТВ и выходила там полгода. Выходила на деньги международных фондов. Потом кончились и эти деньги, кончилась и передача. В это время Олег Добродеев, с которым мы вместе работали еще в «Международной панораме», перешел на РТР. Добродеев - это единственный человек, что-то решающий сегодня на ТВ, с которым я знаком. И я предложил программу РТР.
       — Вы уже работали когда-то на государство...
       — Да, я начинал на Иновещании. Между собой журналисты называли его «могилой неизвестного журналиста». Всегда была специфическая структура. Работаешь на заграницу, минимум эмоциональной отдачи, никакой оценки аудитории. Меня с Иновещания выгнали за «потерю политической бдительности».
       — Как вас угораздило такую важную вещь потерять?
       — На закрытое партийное заседание пришел корреспондент Associated Press. По тем временам — конец семидесятых — страшный криминал. И мне, парторгу, поручили его аккуратно выставить. А я решил, что выставлять его нелогично. Ну что такого секретного может быть на заседании «Об ответственности коммуниста за порученное партийное задание»? Скука была неимоверная. Корреспондент позевал минут десять и ушел. Уже через двадцать минут об инциденте знали в парткоме. На следующий день главного редактора и меня призвали к «партийной ответственности». Редактор лишился кресла, а я отделался «потерей политической бдительности». И тогда я страшно захотел от всего этого уехать.
       — И вас, «небдительного», выпустили за границу?
       — Внезапно умер единственный корреспондент Гостелерадио в Америке Владимир Дунаев. И меня отправили в Америку!
       У меня не было нашей школы, по счастью. Я учился, глядя на американское телевидение.
       Сначала было сложно. Предполагалось, что зарубежный корреспондент — ас. А я умел очень немногое. Помню, сценарий написан, материал отснят, осталось только сложить. Американка-монтажер спрашивает: «Что сэр желает?» А сэр понятия не имеет, чего он МОЖЕТ желать...
       Я ужасно завидовал своим американским коллегам, что они могут делать программы о своей стране. Главный упор на тамошнем телевидении делают на документалистику. У нас подобных программ практически нет. «Профессия репортер» и другие спецрепортажи — этого мало. Хорошую историю сложно найти, а рассказать о ней просто. И американцы умеют рассказывать обычные истории.
       — Принято считать, что американское телевидение сплошь развлекательное...
       — Как ни странно, американское телевидение не такое развлекательное, как наше. Там очень много умных передач. И неправда, что их много только на общественном канале. Привыкли говорить, что американцы «глупые». А на самом деле они — любопытствующий народ. Программы в стиле Discovery пытаются это любопытство удовлетворять. Это точное попадание.
       Вот, скажем, «60 minutes» — обычная документальная передача о жизни. Например, корреспондент исследует вопрос женского равноправия. Два разнополых человека идут наниматься на работу со скрытой камерой. Первый сюжет — разговор с женщиной. Следующий — разговор с претендующим на эту же должность мужчиной. Разговор уже совсем иной. Дальше — попытка разобраться в причинах.
       В России такой материал сразу назовут «джинсой» или компроматом на эту фирму. В Америке никаких обвинений быть не может: журналист, будучи в ней уличен, моментально получит «волчий билет». Поэтому здравомыслящий журналист никогда не будет рисковать карьерой. Правда, журналисты в Америке получают совсем другие деньги...
       Не бывает заказа и на целые программы. Существование той или иной передачи диктуется исключительно рынком. Американцы очень серьезно относятся к рейтингу, каждый пункт — это стоимость твоей рекламы. А в России выше рейтинга порой ставятся личные связи. У нас нельзя стопроцентно гарантировать, что рейтинговая программа уцелеет.
       — У нас же многие рейтинговые программы страдают дурновкусием. Как вы думаете, что идет сначала — зрительский спрос на ширпотреб или телевизионное его предложение?
       — Дешевое телевидение — гарант дешевого вкуса. Но у отечественных телеканалов нет денег для производства или закупки качественного продукта. И все равно то, что сделало наше телевидение со своей аудиторией, страшно.
       Делая «Америку с Михаилом Таратутой» тогда и «Русские горки» сейчас, мы пошли по сложному пути. Рассказывать «Женские истории» проще — таким программам гарантирована большая аудитория. Но есть мечта делать хорошо то, что трудно.
       Я хотел делать программу, объясняющую, что такое капитализм. Говорить об экономике доступным языком. Ведь наши соотечественники с трудом представляют себе, как функционирует нормальное капиталистическое общество. Мне кажется, что такая программа должна быть безумно интересна.
       Я уже пытался что-то похожее делать в рамках «Америки». Рассказывал, например, как функционирует в Америке система финансовых пирамид и чего от них ждать России.
       К сожалению, пока на такую программу нет денег...
       — Ну если денег на новые программы не будет, можно, наверное, снова снимать Америку?
       — Я очень хотел уехать из Америки. Просто устал от этой страны. Вообще, как ни странно, сейчас в России интерес к Америке падает.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera