Сюжеты

«ЗЕЛЕНЫЙ» СКОРЕЕ ЖИВ

Этот материал вышел в № 23 от 02 Апреля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Доллар обесценится, но не более чем на 20—25 процентов. И не завтра — Ну, вот мы и в Хопре! — Yes, sir. (Из готтентотского фольклора первого десятилетия XXI века.) — Лежит в кармане, зеленое, хрустит, но не деньги. Что это? — 50 рублей...


Доллар обесценится, но не более чем на 20—25 процентов. И не завтра
       
       — Ну, вот мы и в Хопре!
       — Yes, sir.
       (Из готтентотского фольклора первого десятилетия XXI века.)
       
       — Лежит в кармане, зеленое, хрустит, но не деньги. Что это?
       — 50 рублей (1991 г.)
       — $50 (2002 г.)
       (Из будущего российского фольклора.)
       
       На вопросы о судьбе доллара мы попросили ответить двух экспертов, обычно избегающих публичности: Михаила Хазина, бизнес-директора аудиторско-консультационной компании «Современные бизнес-технологии», бывшего замруководителя экономического управления администрации президента, и Виктора Сергеева, директора Центра международных исследований МГИМО, эксперта Центра стратегических разработок, автора блистательной книги по экономической теории «Пределы рациональности».
       
       — Происходит ли что-нибудь, чего надо пугаться?
       Михаил ХАЗИН: В США начался классический структурный кризис. Как показывает история, для выхода из него требуются достаточное количество времени (годы) и активное вмешательства государства в экономическую политику. За 10 лет устойчивого роста американцы очень сильно «перегрели» свой фондовый рынок. В случае изменения структуры экономики в первую очередь резко реагируют те параметры, которые рассчитываются, исходя из прогноза поведения модели на долгосрочную перспективу. Иными словами, в случае начала структурной перестройки экономики должны в первую очередь резко упасть цены на фондовом рынке. Причем упасть существенно: если исходить из «нормального» соотношения цена/дивиденд — раз в 10—15, если из оптимистического — цена/прибыль — раз в 6—8. Потом, уже после установления новой структуры экономики, можно снова «греть» рынок, но избежать промежуточного падения практически невозможно.
       А поскольку акции и производные от них ценные бумаги составляют основу активов всех финансовых институтов США, то слишком сильное их обесценивание ставит под угрозу существование всей американской финансовой инфраструктуры.
       Кризис может включать в себя, по крайней мере, два фактора, которые поставят под серьезную угрозу саму основу развития мировой экономики начиная со средних веков.
       Первый из них — разрушение мировой финансовой системы. Кризис 1929 года стал серьезным ударом по банковской системе США, но основной ее костяк сохранился (как и в других странах). В текущих условиях, когда именно банковская система структурирует мировую экономику, ее развал не только серьезно может подорвать общую стабильность, но и существенно затормозит выход из кризиса.
       Второй фактор — резкое падение доллара США и практически мгновенный его уход с позиций мировой резервной валюты и единой меры стоимости. Это последнее представляется особенно опасным, поскольку еще ни разу за свою историю мировая экономика не оказывалась в подобной ситуации. Сначала в качестве единой мерой стоимости выступало золото, потом доллар, обеспеченный золотом (Бреттон-Вудская система), потом просто доллар. В настоящее время мировых запасов золота явно недостаточно, а евро еще не готов для столь всеобъемлющей роли. При этом значительная часть управленческих решений в мировой экономике принимается на основе прогнозов развития (в частности, ценовых), для которых необходимо наличие единой меры измерения.
       Виктор СЕРГЕЕВ: Кризис налицо, и имеет он даже не просто структурный, а некий новый характер: 10 лет американцы, а с ними и значительная часть мира, жили не в нормальной экономике, а в экономике ожидания прибылей. Риски недооценивались, а перспективы рынков необоснованно переоценивались. При этом удивительным образом напрочь отказали механизмы страхования рисков. И получилась экономика пузырей. Значит, американский рынок просядет, пока эти пузыри как минимум не сдуются. И ситуация у американских банков почти как у наших, державших активы в ГКО накануне августа 1998 года.
       Правда, особой глобализации этого кризиса не будет: доллар сегодня — мировая валюта. Объем американской экономики — около четверти мировой, и пузырь в ней — процентов 70. Другие пузыри немного надулись в Европе, в Японии, но они значительно меньше — процентов по 10—15. Так что в целом этот пузырь вряд ли больше четверти мировой экономики. Значит, и доллар, по идее, сдуется именно на эту четверть. А евро — максимум процентов на десять.
       Правда, надо сказать, что приличной теории денег и кредита нет, так что все это — очень грубые и в значительной степени интуитивные оценки.
       — Что же делать мне и нашим читателям?
       Михаил ХАЗИН: Если есть доллары — менять на марки, на франки. Если нет — сидеть и ждать, что же произойдет.
       Виктор СЕРГЕЕВ. Менять доллар на марку. Купив марки по двенадцать с копейками неделю назад, можно за последнюю неделю на росте курса заработать около 7%. И продлится такой заработок еще недели три-четыре, если не дольше. Причем это не краткосрочная спекуляция, а долгосрочный тренд. И никакие риски в Западной Европе сегодня не могут превзойти американские — даже кризис на Балканах.
       — Что должно бы сделать в этих условиях российское правительство.
       Михаил ХАЗИН: В целом показатели последних недель демонстрируют резкое увеличение вероятности кризиса американской, а значит, и мировой, экономики. Но одновременно относительно улучшается ситуация в экономике европейской, что должно только усиливать российские тенденции на интеграцию с Европой. Есть только одна приципиальная проблема — невероятная по масштабам долларизация нашей экономики.
       Действительно, куда мы денем из России после начала острой стадии кризиса те десятки миллиардов наличных долларов, которые сейчас частично находятся на руках у населения (накопления), а частично обеспечивают денежный оборот («черный нал»)? США их у нас не примут, в лучшем случае начнут многомесячную операцию по проверке легального происхождения этих денег — и это в условиях быстрой долларовой инфляции. В результате банки явочным порядком откажутся от конвертации наличных долларов — и население снова потеряет свои сбережения. А «черный нал» Банку России придется на рубли обменять (как ему пришлось несколько раз выдавать СБС-Агро» стабилизационные кредиты для расплат с наиболее «конкретными» вкладчиками этого банка) — и в стране начнется совершенно ненужная и необязательная инфляция. Единственная альтернатива этому крайне неприятному сценарию — быстрый и организованный обмен наличных долларов на наличные евро (марки, франки и т.д.).
       Будем надеяться, что в бюджетном послании президента России, которое будет опубликовано в ближайшее время, найдется место этой проблеме. Потому что, судя по ситуации в США, действовать следует достаточно быстро.
       Виктор СЕРГЕЕВ: Чтобы выиграть миллиардов пять в резервах, надо бы перевести резервы в евро. Про нынешнее правительство я ничего сказать не могу — вдруг да и поведет себя в этой ситуации адекватно. А вот правительства 1994 — 1998 гг. точно перевели бы долги в евро, а резервы — в доллары.
       Разойдясь в деталях прогноза, наши эксперты не разошлись в рекомендуемой стратегии поведения. Так что у нас есть выбор: перейти от кредитования экономики американской к кредитованию экономики немецкой.
       Удивительно, но переводить сбережения в рубли и кредитовать собственную экономику нам не посоветовал никто.
       

   
       ОТ РЕДАКЦИИ.
       Даже в достаточно жестком прогнозе наших экспертов поводов для паники не слишком много. Доллар не рухнет. А большинство нашего ученого населения сделало простой вывод: половину денег держать в американской, а половину — в европейской валюте.
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera