Сюжеты

ЗАЗЕРКАЛЬЕ «НЕБЕСНОГО ЗЕРКАЛА»

Этот материал вышел в № 23 от 02 Апреля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Обрядовый театр «Арвайден». Спектакль «Арвайден» — «Небесное зеркало». Художественный руководитель театра, идея, сценография, костюмы — Виола Ходова У входа в Малый театр, в котором шли осетинские спектакли, зрителей встречали...


Обрядовый театр «Арвайден». Спектакль «Арвайден» — «Небесное зеркало». Художественный руководитель театра, идея, сценография, костюмы — Виола Ходова
       
       У входа в Малый театр, в котором шли осетинские спектакли, зрителей встречали женщины-великаны в красных, черных и белых платьях, что символизировало рождение, жизнь и смерть. Гардеробщица доверительно сообщила, что она такой красоты не видела лет десять: «Так все ярко, как на празднике урожая при пятнадцати республиках!» В немом, чисто визуальном театре выстроенная партитура цветовых пятен эффектнее драматического текста просто в силу своей первородности.
       Но главное в спектакле «Арвайден» даже не это, а немыслимый в традиционном театре живой голос земли, истовая обрядовость, строгое соблюдение вековых традиций и очевидная, абсолютная их актуальность. Об этом, собственно, и спектакль — о жизни как форме обряда и об обряде как форме бытования.
       В «Небесном зеркале» отражается скорбная и страстная человеческая жизнь. В «красном» прологе («Рождение») оплодотворение женщины напрямую связывается с орошением земли. Выпрашивая дождь (или мужское семя), женщины использовали «дождевую куклу» (акыло). Самой высокой связывали косынкой руки, поднятые над головой. Женщина размахивала руками и смешила окружающих. Забеременевшей помогали освободиться магией подобия. Все расплетали волосы, в доме развязывали все узлы. Каждая входящая, оторвав кусок ткани от одежды, произносила: «Роди с такой же легкостью, с какой я оторвала этот кусок».
       В «черной» жизни устраивали танцы плодородия, участвовали в них только женщины и только ночью во время свадеб. Впившись друг в друга глазами, они долго и страстно танцевали, доводя друг друга до экстаза. На танец обязательно созывали детей — сексуально безграмотных не было. Другой танец-соревнование — ерыс-кафт — исполнялся на носках и требовал особого умения и выдержки стоять на пальцах до получаса — выдерживали сильнейшие.
       «Белую» смерть неумеренно, почти напоказ оплакивали. Сыновья умершего ударяли себя плетью по затылку, испуская вопли. Вдова отрезала косу, клала ее в гроб на мужнину грудь — она останется его женой и в загробной жизни. Все обряды-мизансцены, крепко сцепленные между собой, перетекали один в другой естественно и незаметно, как течение самой жизни.
       Музыкальное сопровождение Камерного хора Алании под руководством дирижера Агунды Кокойти заслуживает отдельного разговора — плавность ее внимательных рук заставляла звучать голоса так, что они обнимали пространство зала и заглядывали во все закоулки души. Чрезвычайно самобытные костюмы к спектаклю, сочиненные руководителем театра Виолой Ходовой, представляют собой оригинальную смесь этнического «haute couture» и немного кичевого гротеска, смешного и освежающего.
       Упреки в неизобретательности балетной части и излишне «номерной» структуре действа не представляются обоснованными: если мы пытаемся вернуться к себе через ритуал, то на этом пути неизбежны разногласия между «классиками» и экспериментаторами, припоминающими хорошо забытое старое, — пусть даже их эксперименты похожи местами на народную самодеятельность.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera