Сюжеты

ЛЕПОТА СЛЕПОТЫ

Этот материал вышел в № 26 от 12 Апреля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

«Молли Суини» Брайана Фрила. Малый Драматический театр — «Театр Европы». Режиссер Лев Додин. Сценография Давида Боровского. Актеры: Татьяна Шестакова, Петр Семак, Сергей Курышев «Задумываться над универсальными проблемами естественнее...


«Молли Суини» Брайана Фрила. Малый Драматический театр — «Театр Европы». Режиссер Лев Додин. Сценография Давида Боровского. Актеры: Татьяна Шестакова, Петр Семак, Сергей Курышев
       
       «Задумываться над универсальными проблемами естественнее всего на материале собственной жизни. Когда работаешь с западной драматургией, есть огромная опасность оказаться декоративным», — говорил Додин в своих интервью. Но, получив главную театральную премию Старого Света «Таормина Арте» и вступив в Союз театров Европы, поставил пьесу современного ирландского драматурга Брайана Фрила об онтологических сложностях коммуникации: визуальной, тактильной, вербальной.
       Спектакль «Молли Суини» не декоративен в том смысле, которого опасался Додин, — там нет попыток воссоздать национальный колорит чужой ментальности. Есть очень рациональная, тщательно выстроенная конструкция, хирургически отстраняющая человеческую боль осознанием пропасти между видением и знанием, зрением и пониманием.
       Три человека живут впритирку в ирландском захолустье. Мы так и не поймем, почему они мучились и кто из них был действительно слеп: потерявшая в десятимесячном возрасте зрение Молли, ставший незрячим от беспросветной депрессии доктор Райс или муж Молли Фрэнк, ученый-неудачник, ослепленный странными, одна другой нелепее, идеями. До появления Молли он занимался сыроварением и разводил иранских коз. Слепота жены стала последним и самым сильным увлечением — его всегда привлекало все самое странное и безнадежное — раньше он мечтал поднять экономику Эфиопии, теперь мечтает о возможности нового мира для любимой.
       Непрерывные метаморфозы мироощущения Молли до и после операции перетекают в неподъемные глыбы монологов, и проступает парадокс: Молли жила полной жизнью только потому, что у нее был серьезный недостаток. И, ощупывая пространство руками, понимала про жизнь что-то самое главное. И, пока Фрэнк (Сергей Курышев) цитирует Беркли и Локка, зритель волен разгадывать философскую загадку о кризисе зрения как способе понимать мир. «Увидеть — не значит понять» — эта фраза станет ключом к изматывающим нагромождениям текста, самодостаточного в своем существовании и буквально использующего для своего появления на сцене произносящих его людей.
       Уже третий спектакль Додин не хочет расстаться с образом бассейна: в «Пьесе без названия» герои купались в нем, как в купели, стараясь смыть с себя налипшие грехи; в «Чевенгуре» искатели коммунизма топили в бассейне, как в проруби, «лишних людей», еще не рожденными эмбрионами, в полиэтилене; в «Молли Суини» бассейн мертв уже изначально, усыпан палыми желтыми листьями и сух, как хороший гроб.
       Мотив ослепленности становится центральным: в «Пьесе без названия» герои ослеплены иллюзией любви и верой в лучшую жизнь, программку «Чевенгура» предваряла евангельская притча о слепых. В «Молли Суини» героиня слепа физически, но видит гораздо лучше тех сердобольных, что пытаются приобщить ее к своему миру зрячих.
       Словно обессилевшие от невероятной тяжести бытия, Молли, Фрэнк и доктор Райс не встают с плетеных кресел, похожих на расколотые надвое коконы: спектакль начинается с зарождения благого намерения мужчин сделать мир Молли негерметичным, но не подумавших о ее неспособности жить на ветру. Два кресла-кокона остаются пустыми: зритель волен представить, например, себя, исповедующимся и по-своему незрячим. Художник Давид Боровский, вернувшийся на подмостки Таганки с этим апокалиптическим мессиджем, преподал урок прощения и любви.
       Эстетический выбор режиссера объяснит рассказ Фрэнка о барсучьей норе, разрытой им на пару с другом. Желая спасти зверей от затопления, они вырывают барсуков из норы и переносят в безопасное место. Барсуки вырываются и, полуслепые от рождения, несутся, как им казалось, к старой норе.
       «Прости меня, Молли Суини. Прости», — скажет доктор Райс, когда Молли сознательно откажется видеть и уйдет в спасительную тьму.
       В тот краткий миг, когда она видела после операции, она увидела все как есть. И ей здесь не понравилось.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera