Сюжеты

АНАТОМИЯ РАЗВОДКИ

Этот материал вышел в № 27 от 15 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Уникальный бизнес в России: торговля ситуациями В России процветает уникальный бизнес — у нас торгуют ситуациями: то есть продают саму возможность получить прибыль. В приличных странах подобные сделки невозможны: расплата сурова —...


Уникальный бизнес в России: торговля ситуациями
       

  
       В России процветает уникальный бизнес — у нас торгуют ситуациями: то есть продают саму возможность получить прибыль. В приличных странах подобные сделки невозможны: расплата сурова — уголовный процесс, штрафы... Но у нас это в крови: Советское государство в прошлом только и делало, что продавало ситуации: не сам товар, а льготы на него — от Госснаба до секретарш, составлявших график встреч какого-нибудь секретаря райкома. И привычка осталась... Тем более что в российском законодательстве ничто этому не препятствует. И ситуациями торгуют все кому не лень. Кому же не лень?..
       
       Прежде всего миноритарным акционерам, потому что для них это единственный шанс получить хоть сколько-нибудь денег за бесполезные бумажки, называемые акциями. Особо ходовой товар — доверенность на голосование на общем собрании акционеров. Цена ее варьируется от нескольких сотен долларов до 120 тысяч. Суть покупки: приобретается возможность свалить генерального директора. Когда же намечается большая война, то появляются и специальные люди — посредники. Они сколачивают более или менее приличный пакет акций, после чего «загоняют» его, то есть право голосования, по астрономической цене. Примеров тому масса: любой передел в среднем бизнесе, как правило, проходит не без подобной схемы. Ну а самое блестящее ее проявление — приватизация: мы тогда все торговали ситуацией, а посредники скупали ваучеры за бесценок, чтобы потом кто-то стал олигархом.
       Еще одна торгуемая ситуация — возможность арестовать какой-нибудь мелкий пакет акций серьезной компании. В условиях экономической войны — весьма действенное средство, поскольку происходит это за несколько дней до собрания акционеров. «Таганроги», все эти металлургические заводы — от Качканара до кого угодно...
       Благодаря такой нехитрой операции можно получить перевес на собрании либо вовсе его запретить. Здесь уже подключаются суды общей юрисдикции, причем географически они расположены, как правило, очень далеко от спорного объекта — в тех городах, которые на карте и с лупой не сыщешь. И неважно, что в судебном решении написана чушь, — судебные приставы ее исполнят. И — нет генерального директора...
       Наиболее доллароемкая ситуация — выставление миноритарного пакета на своеобразный аукцион: кто из участников драки больше заплатит. Примеров сотни: от нефтянки до металлургии и целлюлозно-бумажных комбинатов...
       Крупный бизнес тоже не прочь продать кому-то чужую выгоду, особенно когда речь заходит о банкротстве. Кредиторские задолженности — весьма действенный механизм влияния, а возможность пустить с молотка конкурента стоит очень дорого. И наш банковский капитал с удовольствием нападает сам и на олигархов, и на булочные за углом и делится (не бесплатно) этой возможностью с другими.
       Силовики продают свою возможность повлиять на передел рынка. Это делают приставы, прокуроры, налоговики, суды и всякие ОМОНы, РУБОПы, ОБЭПы... Они ненавязчиво рекламируют сам факт своего существования, виртуальную силу и реальный страх. Конечно, могут ничего и не сделать, но с ними нельзя не считаться, потому как маски никто не отменял. Доход у них, может быть, и небольшой, зато стабильный. А если кошелек опустел, передел можно устроить и на ровном месте.
       Таможня — ария соло. Она способна задержать любой груз (причем на законных основаниях). Для металлургов, например, простой на границе — катастрофа, поскольку от миллионных поставок зависит абсолютно все. А таможня выставляет возможность ситуативной интерпретации закона на торги, в которых участвуют компании-поставщики. И кто-то в итоге срывает контракт, становится ненадежным партнером, подлежащим замене. А замена — вот, уже в дверь стучится: «У меня через таможню все будет проходить на ура».
       Но ведь есть еще и журналисты, способные навести тень на плетень любой компании. Газеты торгуют ситуацией возможного скандала. (Правда, иногда и молчание продается.) Часто СМИ встраиваются и в некую многоходовку: прокуратура ведь сама по себе не всегда возбуждается по поводу чьего-либо бизнеса... А тут — на тебе: проверка или уголовное дело по факту публикации.
       
       Политики тоже в состоянии разыгрывать многоходовки — начиная от местных депутатов, заканчивая Думой с ее депутатскими запросами. Запросы стоят дорого, поскольку на них обязаны реагировать и министры, и Счетная палата, и прокуратура, — ух, какая свистопляска начинается тогда в стане противника. Политики никогда не останутся без дела: к ним всегда придет кто-нибудь из бизнес-соперников. Ну, например, с какой стати в том же Таганроге все решается в кабинете главы местной администрации?
       А губернаторы, в свою очередь, торгуют кризисами неплатежей и веерными отключениями, шантажируют федеральный Центр народным гневом, выбивая дополнительные деньги.
       Последняя группа — но не значит, что самая слабая, — это чиновники. У нас существуют целые ведомства, которые нацелены только на торговлю ситуациями: Министерство по антимонопольной политике, Министерство природных ресурсов, Госкомимущества, регистрационные палаты... Они это делают официально, поскольку для этого и созданы.
       Но, что удивительно, далеко не все резервы исчерпаны. Появилась, например, финансовая разведка, которая молчит уже полгода, что-то там себе разведывает, и чем больше она молчит, тем дороже становится потенциальная ситуация с ее участием. Бог их знает, почему молчат: может быть, делом занимаются, а может быть, увеличивают капитализацию... Но появление финразведчика в какой-либо корпорации уже сейчас приведет к серьезным тектоническим сдвигам.
       До сих пор непонятно, почему не торгуют ситуацией государственные экологи, которые на самом деле имеют все возможности закрыть любое предприятие в России — от прачечной до прокатного стана? Но если кто-то пролоббирует дополнительные подзаконные акты, расширяющие их права, будет создан мощнейший рычаг для передела рынка.
       Также неохваченными оказались и профсоюзы. Какая блестящая возможность диктовать условия хозяину в пользу его конкурента! У нас в отличие от Запада пока только дважды профсоюзы торганули своим влиянием — сняв Рыжкова и постучав шахтерскими касками на Горбатом мосту. Но рано или поздно в них кто-нибудь вложит деньги, и тогда многим придется туго.
       
       Россия — страна не законов, а ситуаций, пик торговли которыми пришелся на наше время. Чем это плохо? Тем, что огромная сумма денег питает не продуктивную часть экономики, а ее теневую сферу, развивает коррупцию и отпугивает чистоплотных инвесторов.
       Чтобы исправить ситуацию, нужно предпринять некоторые усилия помимо набившей оскомину борьбы с коррупцией. Прежде всего необходимо законодательно защитить миноритарного акционера: сделать его положение не идиотским, а прибыльным; он должен хотеть остаться в бизнесе. Ведь до сих пор актуальна поговорка: «В нашей стране маленький миноритарный акционер — это маленький идиот, большой миноритарный акционер — это большой идиот».
       Что будет происходить дальше? Через несколько лет торговля ситуациями в России станет похожа на американский вариант. Там в моде тактика судебных тяжб мосек со слонами. Вспомните шумные суды против, например, табачных компаний...
       Вы — маленький акционер — набрасываетесь на гиганта, подаете в суд. Шанс на выигрыш стремится к нулю. Но, чтобы заткнуть вам пасть и не заниматься ерундой в течение многих месяцев, гигант дает вам отступного.
       Да, у нас пока очень своеобразные суды, и олигархи не любят делать подарков, но время мосек еще придет. И первыми тропинку протопчут западные господа, один-то довел ЮКОС до белого каления... Последователи уже копят силы, и вскоре мы услышим, как кто-нибудь подаст иск на «Газпром» или на нефтяников. Гиганты, конечно, будут сопротивляться из последних сил, но кто-нибудь рано или поздно торганет своим спокойствием.
       Остается верить, что вскоре многие возможности для торговли ситуациями будут все-таки исчерпаны. Законы рынка диктуют необходимость распыления крупных пакетов акций. На Западе «семейных корпораций» фактически не осталось. В BONY, например, самый большой акционер имеет меньше 10 процентов — и предмета торга нет. И есть надежда, что рано или поздно это случится и в России.
       А коррупция и силовики… Ну что с этим поделаешь? Разве что — на горох и в угол…
       

       адвокат, ведущий рубрики «Новой газеты»

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera