Сюжеты

У МЕНЯ ЕСТЬ КАПИТАЛ. ПОЛИТИЧЕСКИЙ

Этот материал вышел в № 27 от 15 Апреля 2002 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

У МЕНЯ ЕСТЬ КАПИТАЛ. ПОЛИТИЧЕСКИЙ Мы продолжаем нашу рубрику, посвященную известным политикам и бизнесменам, оказавшимся волей судьбы еще и спортивными функционерами. Слишком уж часто стали употребляться вместе словосочетания «большой...


У МЕНЯ ЕСТЬ КАПИТАЛ. ПОЛИТИЧЕСКИЙ
       

   
       Мы продолжаем нашу рубрику, посвященную известным политикам и бизнесменам, оказавшимся волей судьбы еще и спортивными функционерами. Слишком уж часто стали употребляться вместе словосочетания «большой спорт», большая политика, большой бизнес, чтобы мы могли пройти мимо этого явления. В прошлом номере «Новой газеты» на наши вопросы отвечал президент Федерации художественной гимнастики, помощник президента РФ Сергей Ястржембский. Сегодня наш собеседник – представитель президента в Госдуме и президент Федерации парусного спорта Александр КОТЕНКОВ.
       
       — Как получилось, что представитель президента в Думе оказался на столь необычном посту – президента Всероссийской федерации парусного спорта?
       — Нет ничего удивительного. Я занимаюсь парусным спортом с 12 лет. Был избран президентом в 2000 году, когда после неудачного выступления нашей сборной на Олимпийских играх сменилось почти все руководство Всероссийской федерации. И неслучайно – ведь я выиграл в 2000 году звание чемпиона России в гонках на крейсерских яхтах. В 2001 году подтвердил свое звание чемпиона. Я просто оказался единственным из чиновников, участвующих не только в «бумажной» жизни, но и непосредственно в парусных гонках.
       — В этом году собираетесь бороться за золото?
       — Да, но добиться победы будет сложнее — на гонку заявлено не сорок крейсеров, как в прошлом, а в два раза больше. Постараюсь не отстать. Когда начинается сезон, я стараюсь и субботы, и воскресенья проводить на воде.
       — Чем занят в данный момент президент Федерации парусного спорта?
       — Я занимаюсь разработкой правовой базы. Яхтсмен ведь должен не только управлять яхтой, но и участвовать в движении на водном пространстве. А до сих пор не существовало никаких правовых норм, регулирующих это. Ситуация меняется. В частности, принимая Кодекс о торговом мореплавании, а затем и Кодекс внутреннего водного транспорта, мы включили туда пункт о спортивных судах. Сейчас рассматривается закон о портах, в который мы включили понятие специализированного спортивного порта.
       — А на каком месте Россия в международных рейтингах парусного спорта?
       — Каких-то особых рейтингов не существует. Для меня главный критерий – массовость. Она является залогом успеха выступлений российских спортсменов и на международной арене.
       Когда спорт содержался за счет государства, клубы работали только на результат. И потому они комплектовались лодками по всем олимпийским классам, но в ограниченном количестве. Считалось, что этого достаточно, чтобы сформировать олимпийскую команду. Ни разу не было, чтобы спортсмены не привозили домой олимпийских медалей. Но в таких условиях говорить о массовости бесполезно.
       — И какие перемены произошли за последнее время? Удалось добиться массовости? Ведь парусный спорт – занятие дорогое, посему – элитное…
       — За то время, что я нахожусь на посту президента, численность членов федерации увеличилась с 679 человек до 22 с половиной тысяч. И это не только профессиональные спортсмены, но и просто люди, плавающие под парусами. Членство ВФПС – не просто корочка, это юридическое оформление яхтсмена. Больше нигде нельзя сдать квалификационные экзамены, получить разрешение выходить на воду, государственную регистрацию и т.д. — только в ВФПС. Больше специалистов по парусному спорту нет ни в одном ведомстве страны – ни в Минтрансе, ни в Госкомспорте, в котором вообще уничтожен отдел парусного спорта.
       В последние годы наш парусный флот увеличился. Всего же, по моим подсчетам, в стране около ста тысяч человек занимаются парусным спортом. Когда я провожу соревнования в Таганроге, на параде открытия вижу яхтсменов от шести лет до шестидесяти пяти.
       И поэтому меня коробит, когда парусный спорт называют элитным. Сегодня проводятся масштабные соревнования яхт в детских, крейсерских и олимпийских классах. Собираются на них более тысячи яхтсменов. На старте чемпионата России в 2000—2001 годах присутствовали более 12 тысяч зрителей. Это, с моей точки зрения, — главное. Хождение под парусами должно перестать представляться спортом королей.
       — И все же в нашей стране парусный спорт недоступен многим — он дорог. За чей счет будет достигаться массовость?
       — Бюджетное финансирование весьма незначительно. Если раньше хотя бы лодки покупались на госсредства, то сейчас это запрещено. Госкомспорт выделяет деньги только на несколько тренерских ставок, учебно-тренировочные сборы, на проведение соревнований – только официальных чемпионатов России, оплату приглашения судей, покупку скрепок и трех-четырех карандашей. Членские взносы едва покрывают расходы на содержание исполкома ВФПС.
       В основном живем за счет спонсоров и партнеров. Принимаем помощь в любом виде: либо покупка лодок, либо перечисление финансовых средств. При этом, кстати, имейте в виду, что хорошая яхта мирового класса стоит порою меньше, чем, к примеру, горнолыжный комплект.
       Государство не дает ни копейки на приобретение оборудования даже для олимпийской сборной. Лодки для них мы покупаем сами. Нашей главной надежде в Афинах, трехкратному олимпийскому чемпиону Георгию Шайдуке — лучшему из наших яхтсменов, Олимпийский комитет не смог приобрести достойной яхты. Сорок тысяч долларов нашли мы. Таким образом, парусный спорт имеет возможность развиваться в основном за счет заинтересованных структур — спонсоров.
       — Такая ситуация сложилась не только у яхтсменов. И в связи с этим как быть с проблемой отмывания денег через спорт?
       — Я не знаю, что такое отмывание денег через спорт. Их невозможно отмыть — можно только потратить. Не знаю, как в других видах спорта, но у нас все приходящие деньги тратятся. Если мы что-то получаем, то назад уже не отдаем. Хотя я допускаю, что где-то эта схема может использоваться.
       — Но все-таки, если я вас правильно понял, без помощи государства никак не получится…
       — Я уже беседовал с Тягачевым и Рожковым на эту тему. Смотрите, по фристайлу на Олимпиаде наши спортсмены не получили ни одной медали. Сколько человек в нашей федерации фристайла? Всего тренируются восемнадцать человек. И это сказывается на результатах.
       Далее, у нас в стране нет специального оборудования. Спортсмены тренируются во Франции и США. На это уходят миллионы долларов. Ради чего? Мы тратим огромное количество денег, чтобы вырастить одного-двух медалистов. И не получаем медалей.
       На Олимпиаде в парусных видах разыгрывается 11 комплектов медалей. И выиграть их гораздо больше шансов. Я готов объявить сумму в пятьсот тысяч долларов — этого хватит, чтобы развивать массовый спорт. Пятьсот тысяч — для миллионов и миллионы — для единиц. Разница налицо.
       К сожалению, приоритеты развития спорта определяет чиновничество. Тарпищев в бытность свою советником при президенте продвигал теннис. Когда Госкомспорт возглавлял борец, борцы открывали дверь ногой и получали основные средства. И по сей день существуют 4—5 составов сборной. Им разрешают проводить сборы за рубежом. Нам – нет. Между тем на те деньги, которые нам выделены на проведение сборов в Сочи, за границей я могу провести сборы дважды, в гораздо лучших условиях и непосредственной близости от места проведения афинской Олимпиады 2004 года. Почему борцам разрешены заграничные сборы, а парусной сборной нет? Решают чиновники.
       В последние годы политика государства в спорте направлена прежде всего на получение результата. Эта политика перестает себя оправдывать. Мы побеждаем на Олимпиадах лишь за счет советских ресурсов. Надолго ли их хватит? Вот почему приоритетным направлением, и в парусном спорте в том числе, должен стать массовый детский спорт.
       Прежде всего — забота о детском спорте и сборной. Остальное мы берем на себя.
       — И как в этой связи вы расцениваете последние идеи об «огосударствлении» спортивных федераций?
       — Массовый спорт сразу же погибнет. Вот Рожков, к примеру, говорит: «Широкая общественность может предлагать и избирать президента федерации… госорганы – утверждать кандидатуру, а снимать его может Госкомспорт». Странная ситуация — спортсменов готовят федерации, а лавры пожинают чиновники. Если федерации превратятся в полугосударственные объединения, многие люди из них уйдут. Все, чего мы добились, мы добились сами. Если нам будет навязано чье-то руководство, я уйду первым.
       — И все же политика и спорт сейчас стали рифмоваться… Что должен делать политик в спорте, и должен ли вообще?
       — Поддерживать спорт на дипломатическом уровне. То, что произошло на зимней Олимпиаде, — не вина наших спортсменов, это итог нашей политики в спорте. Спорт и политика – здесь очень тонкая связь…
       В этом году, например, в России объявлен год Украины. Мы планируем новый маршрут: из Таганрога в Ялту, затем Севастополь и Новороссийск, финиш – в Сочи. Украинская сторона не отказала нам, они просто сказали: с каждой яхты таможенный сбор двести долларов в каждом порту. На экипажи мы не можем возложить эти деньги.
       Именно здесь и только здесь требуется вмешательство властей предержащих.
       — Ведь и вы тоже можете причислить себя к этой категории. Помогает ли в вашей деятельности занимаемая вами должность?
       — Конечно. Президенты федераций — например, хоккея, футбола, в которых крутятся миллионы долларов, — сами по себе имеют большое влияние на общественность, в том числе и на, так сказать, околоспортивную. У меня другой капитал – политический. Успешное совмещение этих двух должностей возможно потому, что я сам понимаю, что такое парусный спорт. И что такое политика.
       То, что сейчас происходит в России со спортом, — полный беспредел. От прямых мафиозных разборок в видах спорта, в которых крутятся огромные деньги — хоккей, футбол, шахматы, теннис, — до полного пренебрежения теми видами, от которых нельзя получить большой и немедленной прибыли, таких, например, как парусный спорт. ОКР и Госкомспорт лоббируют свои спонсорские группы. Там, где пересекаются их интересы, начинается не всегда здоровая конкуренция. Пока там идет борьба, на нас никто внимания не обращает. И здесь как раз должны включиться политики.
       Обстановка в руководстве отечественного спорта обусловила необходимость создания Совета по спорту при президенте, который должен разделить сферы влияния, предложить организационную структуру руководства Олимпийского комитета и Госкомспорта. Четко разграничить между ними функции и денежные потоки. Важной функцией совета должно стать информирование президента о ситуации в спорте.
       Сейчас даже я не знаю, куда обратиться, чтобы довести до президента информацию о проблемах своей федерации. (У Ельцина был, по крайней мере, советник по спорту.)
       Главное — в совет должны войти не функционеры от спорта, а профессионалы. Надеюсь, что инициатива по его созданию будет реализована, хотя, насколько мне известно, пока никто этим не занимается. Госкомспорт «забыл», да и невозможно провести реформу в руководстве спорта изнутри — каждый будет держаться за свое кресло. С момента принятия решения прошло уже два месяца. Совет должен быть создан к маю – пока ничего не сделано. Есть опасность, что чиновники будут заниматься дзюдо и горными лыжами, тормозя развитие остальных видов спорта.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera