Сюжеты

ОВЕЧКА ДОЛЛИ НЕ ВЕРНЕТСЯ К ВАШИМ БАРАНАМ

Этот материал вышел в № 27 от 16 Апреля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Виктор ШЕНДЕРОВИЧ: Мы можем клонировать НТВ Я позвонила ШЕНДЕРОВИЧУ, но не успела задать вопрос. «Извини, — сказал он, — врезался Гусинский. Давай через часик». Через часик естественно было спросить: — Что сказал Гусинский? — Вообще это не...


Виктор ШЕНДЕРОВИЧ: Мы можем клонировать НТВ
       

  
       Я позвонила ШЕНДЕРОВИЧУ, но не успела задать вопрос. «Извини, — сказал он, — врезался Гусинский. Давай через часик». Через часик естественно было спросить:
       — Что сказал Гусинский?
       — Вообще это не предмет для газетного комментария. Если в двух словах — обсуждался вопрос нового вещания.
       — На ТНТ?
       — Видимо, да. Пока.
       — Гусинский видит конструктивный выход?
       — Конечно.
       — А ты?
       — Мы все его видим. Вернее, чувствуем.
       — Ты считаешь, что возможен клон канала?
       — Практически да. Ушли почти все, кто может клонировать НТВ.
       — В полном объеме?
       — Ну, без Парфенова вещание, разумеется, пострадает. Парфенов — человек штучный, то, что мог он, — не может никто.
       — Твое отношение к его поступку? Не отношение звезды к жесту звезды же, а Вити Шендеровича к жесту Лени Парфенова?
       — На самом деле я уже все сказал. Я очень высоко ценю Леню, он, возможно, самый яркий, самый тонкий и самый высокий профессионал на канале и вообще-то очень неплохой человек. Я не могу его осуждать. Но и в прежних отношениях, наверное, остаться с ним не смогу.
       — Когда он сделал свое заявление — тогда, на «Антропологии» — ты понимал, что он уходит, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ?
       — Конечно, понимал. Это все понимали. Но я еще надеялся...
       — Вообще, насколько оправдались твои собственные прогнозы в отношении разных людей?
       — Ну, знаешь, это не бином Ньютона. Например, с группой утреннего вещания все было ясно с самого начала. Они ходили на встречи с Йорданом в «Пенту» и вообще вели себя сепаратно. Вчера напоследок убрали из новостей заключительный титр. Кричевский отстранил Белову от эфира. Но этого можно было и не делать. Достаточно того, что она села вести утренний эфир — после ночных событий.
       — Если будут писать историю НТВ, ваше массовое увольнение назовут, наверное, «Бунтом Страстной субботы». По твоим личным ощущениям — у этого бунта был лидер?
       — Нет, каждый решал за себя. За мной в четыре утра приехал шофер, и я уже по дороге понял, что буду делать. На НТВ я застал уже стадию Йордана. В корреспондентских комнатах наши ребята обсуждали тему увольнения. Я написал: «По собственному желанию в связи с невозможностью работать в новых условиях».
       — Помнишь, вы с группой «Итого» решили оставаться до «первой крови» — до первой цензуры. Почему изменили решение?
       — Потому что это было бы возможно при цивилизованном раскладе. Понимаешь, было внутреннее располюсование даже для себя. Если бы Верховный суд принял сторону наших оппонентов — в этом случае многие остались бы. Но своим хамством они у приличных людей отняли выбор.
       — Стало быть, те, кто остался, не совсем приличные люди?
       — Ярлыки — не мой жанр. Будем исходить из того, что бригада Норкина, Осокина, Дибров, Сорокина — люди приличные. И хватит об этом. Да, насчет Диброва. То, что его не было сегодня, кого-то может насторожить. Все в порядке. В это время Дима летел в Нью-Йорк.
       — Ты говорил, если встретишь Кулистикова в коридоре — дашь ему по морде? Дал?
       — Сдержался. Не хочу устраивать из всего этого шоу. Один слишком жалостливый корреспондент пытался с ним говорить, но товарищи его не поддержали. Чтобы говорить с Кулистиковым и о Кулистикове — нужно время. Я не могу на бегу выразить свое отношение к этому человеку. Тем более что он-то его знает. Можешь написать, что наша встреча была предельно корректной. Мы молча вручили ему заявления и ушли. А он остался руководить. Думаю, этого достаточно.
       — Почему ты решил все-таки дать субботнюю программу в эфир, хотя вначале заявил, что снимаешь ее?
       — На НТВ это было бы невозможно. Но не вижу причин не дать ее на ТНТ — с некоторым предуведомлением.
       — Появление Добродеева: твой комментарий?
       — Он чувствует свою ответственность за произошедшее. Олег Борисович не предполагал, что окажется разрушителем НТВ. А теперь ему хотелось бы остаться и на государственной службе, и приличным человеком.
       — Урок ситуации?
       — Мина была заложена в 96-м году, когда Гусинский начал играть в политические игры — поддержка Ельцина и все такое. Основной урок: необходимо создавать чистое информационное телевидение без политики. В смысле — без политических игр. Нельзя брать деньги у власти. Но у нас нет среднего класса, который платил бы за правду. В нищей стране свободное телевидение создать очень трудно. Власть — олигархи, бюрократия — всегда ставят вопрос так: я девушку ужинаю, я ее и танцую. Вот чтобы этого не было — задача жутко сложная, но главная сейчас.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera