Сюжеты

ИТАЛЬЯНЦЫ В РОССИИ? СКОРО БУДУТ

Этот материал вышел в № 31 от 07 Мая 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

ИТАЛЬЯНЦЫ В РОССИИ? СКОРО БУДУТ Олимпийский чемпион Сеула о ситуации в российском футболе С Алексеем Прудниковым, олимпийским чемпионом Сеула-88 и еще недавно одним из тренеров команды Южной Кореи, я обычно встречаюсь на тренировке...


ИТАЛЬЯНЦЫ В РОССИИ? СКОРО БУДУТ
Олимпийский чемпион Сеула о ситуации в российском футболе
       
       С Алексеем Прудниковым, олимпийским чемпионом Сеула-88 и еще недавно одним из тренеров команды Южной Кореи, я обычно встречаюсь на тренировке футбольного клуба “СТАРКО”. Каждый раз, возвращаясь ненадолго в Москву, он поддерживает свою игровую и тренерскую форму именно в этой компании. Не вдаваясь в подробности, какая ему самому от этого выгода, могу лишь констатировать, что в его присутствии тренировки всегда проходят лихо и весело. Мыслей об интервью с ним у меня не возникало до тех пор, пока при выезде с Оленьих Прудов я не попал тремя колесами в глубокую ледяную полынью и вытаскивал меня именно Алексей на своем корейском джипе. Тогда мы и разговорились
       
       — Первая команда, куда я пришел, был “Спартак”. Там я играл с 1978-го по 83-й, потом по 88-й — “Динамо” , 88—89-й — “Торпедо”, мы тогда с Димой Хариным поменялись местами, еще полгода опять в “Спартаке”, а потом уехал в “ФК “Сараево”, в Югославию. Через полгода меня там же, в Сараево, перекупил другой клуб, чтобы остаться в высшей лиге...
       — Там тогда было еще тихо?
       — Как раз все начиналось.
       — А если не секрет, какая трансферная сумма?
       — Хм, одиннадцать тысяч марок.
       — Н-да. А как ты относишься к совершенно бешеным суммам нынешних контрактов? Согласен ли ты с тем, что все это идет в “минус” нашему футболу?
       — Нет. Именно в определенной степени благодаря этим бешеным деньгам народ сейчас пошел на стадионы. Если так пойдет и дальше, то очень скоро ведущие игроки итальянских клубов будут играть у нас.
       — Ты серьезно?
       — Да. Кроме чисто специальных моментов, во многом все зависит от экономической ситуации. Футбол требует очень больших денег. К сожалению, у нас пока еще не налажена налоговая система, но к этому идет. Я долгое время работал в Южной Корее и могу сказать, что там крупные корпорации, например “Самсунг”, очень большие деньги вкладывают в футбол, потому что это им выгодно. С одной стороны, хорошая реклама, а с другой — все эти деньги вычитаются из налогов как благотворительная деятельность.
       — А сколько наших сейчас играют в зарубежных клубах на мировом уровне?
       — Играют? Человека три-четыре. Остальные сидят.
       — В чем проблема?
       — В агентах. И в менталитете. Наши просто не умеют себя правильно поставить, они не могут себя даже правильно оценить ни в игровом, ни в денежном отношении! На Западе существует институт футбольных агентов, их сотни. Вот они и помогают игрокам найти свое место, а у нас их просто нет. Пока мы не научимся готовить своих футбольных агентов, дело не сдвинется. А еще проблема в том, что у нас пропали нормальные нападающие. Индивидуальной игры просто нет.
       — Я помню, как в 70-е годы все комментаторы в один голос хвастались, что у наших — блестящая командная игра!
       — Вот-вот! Туда — пас, обратно, тыр-пыр — и все захлебывается. Настоящий нападающий — индивидуалист, а их у нас воспитывать разучились. Даже в “Спартак” черных парней берут! Вот сколько сегодняшних футболистов ты можешь назвать уровня Газзаева, Старухина, Грачева, Шенгелия?
       — Н-да...
       — Вот в этом-то и беда!
       — Значит, и это не тянет на национальную идею...
       — В смысле?
       — Ну после того, как французы “сделали дубль”, взяв за один цикл чемпионство и мира, и Европы, у нас в очередной раз активизировались поиски национальной идеи. Наверное, увидели, как такой триумф действует на всю нацию. У нас тоже активность народа резко возросла. Тогда кто-то шибко умный решил в качестве национальной идеи предложить футбол.
       — О какой объединяющей народ национальной идее можно говорить, когда фанаты “Спартака” и ЦСКА убивают друг друга? Кому-то очень нужно, чтобы этого не произошло. Убивают друг друга не болельщики, а специально вклиненные туда люди. Раньше такой ненависти не было никогда.
       — Ты тоже считаешь, что туда лезут такие группы, как, например, боевики РНЕ?
       — Ты сам это сказал. Но деньги в эту ненависть кто-то вкладывает немалые. Это уже не спорт, а политика.
       — А вот раньше, в 30-е или даже в 60-е годы, народ битком забивал стадионы, даже кадры помню, когда к стадиону “Динамо” ехали трамваи, как виноградом, обвешанные людьми... Все мальчишки тогда мечтали стать знаменитыми футболистами, и многие становились. Была настоящая массовость, почему это прекратилось?
       — Все очень просто. У людей тогда не было других развлечений, даже телевидения не было, вот все и старались попасть на единственно возможное шоу. Ко всему прочему большая толпа всегда привлекает к себе, таким образом туда попадали и люди, футболом, вообще-то, не интересовавшиеся, а потом и они втягивались. В 80-х модными стали совсем другие вещи, например поп-музыка, и народ стал ломиться на концерты. Если раньше мальчишки мечтали стать футболистами, то теперь — поп-звездами. К тому же огромная проблема с полями. Ну какие поля сейчас есть в Москве? Пальцев на руках хватит, это на десять миллионов людей!
       — А дворовый футбол?
       — А ты сегодня видел площадки во дворах? Я — ни одной. Все заставлено машинами, даже в волейбол играть негде, где уж тут футбол.
       — А что касается честности нашего футбола?
       — В каком смысле?
       — Ну хотя бы допинг?
       — Знаешь, когда я играл на чемпионатах, допинг-контроля вообще не существовало, и вроде бы употребляй, чего хочешь, но у нас тогда просто денег на все это не было. В лучшем случае для сердца давали по одной таблетке рибоксина, да и то только одиннадцать штук на основной состав. Но и сейчас такой проблемы нет. Футбол — это ж не бег, не велоспорт... Там тебе вкатят дозу — и давай работай ногами до посинения, что в это время у тебя в голове — никого не волнует. А футбол — совсем другое дело! Тут думать надо, и с вареной головой много не наиграешь!
       — Много лет назад мне рассказали случай. В ГУВД Москвы узнали, что несколько игроков “Динамо” получили деньги за то, чтобы “сдать” игру. И вот перед игрой в раздевалку проходят люди и говорят: “Если проиграете, то всех на уши поставим и каждый получит столько лет, сколько тысяч он взял!” В раздевалке — тишина. И вдруг из дальнего угла голос одного довольно известного игрока: “А у нас столько не дают!” Наверное, анекдот, но мы же знаем, что так бывает. Скажи, а как сами футболисты относятся к тем, кто сдает игру? Ведь коллегам это же видно!
       — Видно. Знаешь, к таким людям не просто уважение теряешь, а всяческие отношения прекращаются. Наверное, до конца жизни.
       — А если он поделиться предлагает?
       — Такого вообще не может быть.
       — А что может?
       — Н-ну-у... Ты помнишь, раньше было ограничение ничьих в чемпионатах? Ну и чтоб ничьих не было, команды могли договориться: дома — выиграл, на выезде — проиграл! Если две ничьих, то ни очков, ни премиальных, а так — все довольны, два очка в кармане, а это особенно важно, если есть шанс из лиги вылететь... Вот так и сидели умные люди, весь чемпионат расчеты строили.
       — Вот тебя долго в стране не было, ты приехал, и какое у тебя ощущение: сейчас что честнее в стране — политика или спорт?
       — Спорт. Иначе просто быть не может: в спорте выходишь — и все лицом к лицу. К тому же еще есть такое понятие, как репутация. А в остальном... Ну ты все сам видишь.
       — Скажи, а есть сейчас люди с большими именами в спорте, которые потеряли свою репутацию?
       — Есть. Я не буду называть имена, но есть люди, с кем лично я никаких дел иметь не буду. Да и не только я.
       — Вот раньше было очень популярное выражение: “рыцарь мяча”. А сегодня ты можешь назвать людей, обладающих в футболе абсолютным авторитетом?
       — Могу. Это в первую очередь Галимзян Хусаинов, Геннадий Логофет... Из старых, конечно, братья Старостины, троих я лично знал. Вообще из того “Спартака” — почти вся команда. Ну в “Динамо” — Лев Иванович Яшин, он просто вне конкурса. В “Торпедо” — Шустиков-отец. Вообще, в каждой команде был такой человек.
       — А из тренеров кого ты можешь назвать?
       — Я знал двух таких людей: Лобановский и Бесков.
       — Скажи, а ты можешь объяснить, почему в России происходит такой непонятный бойкот Валерия Непомнящего? Почему он до сих пор не входит в “головку” наших тренеров, несмотря на его достижения за рубежом?
       — Беда еще и в том, что этих достижений в России просто не знают...
       — Да хотя бы давний взлет сборной Камеруна!
       — Знаешь, когда я работал в Корее, я ведь видел, как он работает: не только с Камеруном, но и с Китаем...
       — Мастер?
       — Великий мастер. Только у нас его взлет попал на тот период, когда тренерами становились не те, кто имеет право, а те, кто имеет возможности. Вот, скажем, я стал президентом клуба и могу любого, кто мне приглянулся, тренером назначить. Ни курсов кончать не нужно, ни авторитет у игроков зарабатывать...
       — А сейчас этот период закончился?
       — Заканчивается.
       — Ну и что с Непомнящим, мы можем надеяться на его появление здесь?
       — Нет. Он сейчас работает с японской командой, и, по-моему, его сейчас весь мир будет брать нарасхват, только не мы.
       — Но почему?!
       — Знаешь, у нас сейчас, как в Корее. Происходит просто ротация тренеров. Одного выгоняют — другого назначают... И так по кругу. Новому человеку в этот круг попасть просто невозможно. А если в него вдруг попал бы Непомнящий, то всю эту тусовку можно было бы разгонять. Они этого не допустят.
        — Скажи, а что ты думаешь по поводу ситуации, когда один и тот же человек — и президент клуба, и главный тренер, и тренер сборной? Что здесь хорошего, а что плохого?
       — Я считаю, что на каждую должность должен быть свой человек: президент отдельно, тренер отдельно, менеджер отдельно. Учти, что во всех зарубежных клубах менеджер — очень сильная фигура, практически второй человек. Это у нас он, как администратор, футболки выдает. Но ты же про “Спартак” говоришь, так вот что касается Романцева, то он, пожалуй, просто не может найти себе помощника.
       — Про него сейчас многие говорят очень непочтительно. Это из-за того, что команда проигрывает, или из-за его неправильной политики?
       — Знаешь, если команда проигрывает, всегда будут про тренера гадости говорить.
       — А не лучше ли ему самому как президенту клуба нанять нового классного тренера?
       — Я думаю, он сейчас к этому придет. Для того чтобы изменить сегодняшнюю ситуацию, нужен сильный ход какой-то сильной фигуры, как, например, в Корее, когда они закон приняли не брать иностранных тренеров, так вот тогда “Самсунг”, главный спонсор всего спорта в стране, сказал: а нам надо, мы видели, как он работает!
       — Это про кого?
       — Про меня.
       — Ну-у! А почему ж ты ушел?
       — Во-первых, контракт закончился. Они хотели продлить, но меня Милутинович в сборную Китая позвал. Боюсь, что тоже не смогу. Только наездами.
       — Но почему?
       — Надо уже с семьей побольше бывать.
       — А что, с собой брать нельзя?
       — Ну, знаешь, младшему парню — тринадцать лет, старшему — шестнадцать... Он у меня за “Торпедо-ЗИЛ” сейчас в воротах играет.
       — Как зовут?
       — Алан.
       — ?..
       — А у меня жена осетинка.
       — Скажи, ты его сам тренировал?
       — Только в Корее, последний месяц. До этого я вообще не знал, что он у меня играет в футбол.
       — Приятно?
       — Они сейчас Турнир Игоря Нетто выиграли, он капитан. И вот когда те же Симонян, Парамонов ему приз вручали, конечно, отцу приятно.
       — А на тебя в воротах похож?
       — Знаешь, иногда даже странно... До смешного!
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera