Сюжеты

ГОЛЛАНДСКИЕ ВЫСОТЫ НИЖЕ УРОВНЯ МОРЯ

Этот материал вышел в № 34 от 21 Мая 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

В эту страну прут косяком, но косяком тут никого не удивишь Скандалы европейской печати всегда вызывали легкую усмешку отечественных акул пера. Разве сравнятся скандалы, связанные с «семьей», «Мабетексом», Банко дель Готтардо, бывшим...


В эту страну прут косяком, но косяком тут никого не удивишь
       
       Скандалы европейской печати всегда вызывали легкую усмешку отечественных акул пера.
       Разве сравнятся скандалы, связанные с «семьей», «Мабетексом», Банко дель Готтардо, бывшим главой «Минатома» Адамовым, с недавней темой центровиков голландской печати: почему местные жители категорически не хотят покупать мобильники одной из фирм, в то время как аппараты двух других очень даже в ходу ?
       Между тем эти факты совершенно не означают, что в тамошнем обществе ничего не происходит, как заключают мои коллеги, а совсем напротив — происходит то, что должно происходить в здоровом, спокойном и богатом обществе, в котором профессионализм журналиста заключается не только в умении пощекотать нервы читателям.
       Русские туристы, вернувшиеся из Нидерландов, вспоминают о доступных проститутках обоих полов, размеров и возрастов, стоимость которых равна стоимости ужина в маленьком кафе, и доступных легких наркотиках в кофишопах Амстердама.
       В то же время Нидерланды — это маленькое королевство, сумевшее достойно решить те проблемы, которые пока еще только будоражат покой европейских парламентариев. В России же эти проблемы кажутся еще недостойными внимания…
       
       Королева
       Если Нидерланды — королевство, то в нем должен быть король или королева.
       По Конституции глава государства именуется королем независимо от пола коронованной особы.
       С 1980 года королем Нидерландов является королева Беатрикс (Beatrix).
       Функция королевы — представительская. Она произносит только те речи, которые ей написали сотрудники аппарата премьер-министра. И подписывает только те документы, которые они же ей положили на стол.
       Официальные документы королева подписывает так: «Мы, Беатрикс, волей Божьей Король Нидерландов, Принцесса Оранская-Нассау, и т.д., и т.д., и т.д.» Три «и т.д.» — это титул Принцессы ван Липпе-Бистерфельд и несколько титулов, которые раньше носили Оранские.
       Функция королевы — не только подписать документ, но и понять, что в нем написано. А написано может быть все что угодно — от медицины до сельского хозяйства. Здесь она не обходится без советников, функции которых — научить королеву разбираться в тематике вообще.
       Королева может отказаться подписать документ, но этого, как меня уверяли, никогда не произойдет. Хотя такой прецедент был: королева-мать Юлиана (Juliana), когда она была просто королевой, отказалась подписать закон о смертной казни, который до сих пор так и не принят.
       Она же сымпровизировала речь перед американцами на тему холодной войны, чем повергла в холодный пот премьер-министра. Никакого наказания в принципе это не повлекло.
       Вообще королева-мать символизирует во дворце ту самую раскованную Голландию: курит одну за одной (сигареты), закрепила за собой День королевы, самый веселый праздник в Голландии, который отмечается именно в день ее рождения.
       Ходят слухи, что покуривает (сигареты) и престолонаследник (говорят, что есть даже его фотография с сигаретой в зубах), но официального подтверждения эта информация не нашла.
       Появилась в королевском доме и своя Диана. Именно так именуют голландцы Максиму Соррегьету (Maxima Zorreguieta).
       Любовь Максимы и наследного принца Вильгельма-Александра (Willem-Alexander) омрачается прошлым ее отца Хорхе Соррегьеты (Jorge Zorreguieta), который во времена аргентинского диктатора Хорхе Виделя (Jorge Vidеl) исполнял обязанности министра сельского хозяйства.
       Вопрос о прошлом отца Максимы почему-то превратился в голландской печати в вопрос о будущем монархии.
       Маартен Моурик (Maarten Mourik), бывший посол Голландии в ЮНЕСКО, обвинил г-на Соррегьету в преступлениях против человечества, и Голландия начала исследование темного прошлого отца Максимы.
       Свадьба между наследным принцем и Максимой оказалась неизбежна, и расследования темных дел отца Максимы закончились просьбой не приглашать его на свадьбу.
       Королевский двор Нидерландов не скандален, что отличает его от двора британского, например. Это, по всей видимости, и делает монархию популярной среди голландцев, более 90% которых согласны с ее существованием.
       
       Экзотический Амстердам
       Причина, побудившая нидерландские власти легализовать наркотики, проста. Однажды Амстердам стал центром контрабанды наркотиков в Европе. Этому помогло и географическое расположение города, и традиционный космополитизм голландцев.
       Конечно же, транспортировались не только легкие наркотики. Но когда узаконили один вид — марихуану и гашиш, проблема с героином стала не так остра.
       Однако если раньше ставили вопрос о том, как достать марихуану, то теперь, после легализации, пытаются достать ее бесплатно — выращивают прямо на террасах и верандах собственных домов, чем загружают полицию, которая пытается успеть искоренить очередной урожай и оштрафовать владельцев посевов.
       Узаконить проституцию — это способ обезопасить первую древнейшую, сохранить жизнь и здоровье «специалистам». Что тоже кажется вполне гуманным.
       При этом Нидерланды — не «прогрессивная» страна, где к проституции и наркотикам относятся как к явлениям «нормальным», это страна, где они просто не выходят за рамки закона.
       Но есть одна деталь такой либеральной политики, которая меня смущает. И законная торговля наркотиками, и проституция облагаются налогами. И вот здесь должен встать вопрос о том, насколько государство имеет право наживаться на «дури» и «шлюхах».
       
       Парламент
       Парламент Нидерландов публичен, то есть заседание может посетить любой желающий. Причем кресла гостей расположены так, что они находятся прямо над головами депутатов. Как говорят старожилы, несколько раз гости пользовались расположением своих кресел, чтобы «выразить неудовлетворение работой народных избранников».
       Трибуна выступающего стоит вполоборота, так что ему не приходится становиться задом ни к депутатам, ни к коллегии.
       Палата представителей состоит из 150 членов, 20–40% которых — левая оппозиция. Именно взаимоотношения «правых» и «левых» делают парламент Нидерландов уникальным.
       Дело в том, что в то время как в Москве элдэпээровцы с кулаками лезут на «яблочников», а в Лондоне — консерваторы на либералов, в Гааге все спокойно решается путем переговоров.
       И если у нас принимают ту формулировку закона какой-нибудь партии (а она может сильно отличаться от формулировки закона другой), за которую проголосуют большинством голосов, то в Голландии формулировку делают такой, чтобы «угодить» представителям разных партий.
       Так, например, когда «левые» имели большую силу в парламенте, эфтаназия была незаконна. Но, выслушав мнение «правых», эфтаназию сделали незаконной с оговорками.
       Теперь, когда наибольшая сила принадлежит «правым», эфтаназия стала законной, но, учитывая мнение «левых», опять-таки с оговорками.
       То же самое произошло и с другими «экзотическими» законами. Гей-браки разрешены, но не разрешено усыновление гомосексуалистами детей, что отличает гей-браки от традиционных.
       В отличие от соседей Нидерланды не феминизируют общество искусственно. Так, в парламенте нет квоты на число женщин-депутатов, как в Германии, например, но число голландских политиков в юбках растет естественным путем.
       Депутатов строго контролирует государство. Любая провинность не влечет наказания, но вызывает недоверие.
       Недавно одна женщина-парламентарий, отчитываясь перед государством, указала, что в предыдущем месяце она сделала 53 поездки (проезд до рабочего места и домой оплачивается государством). Расследование установило, что на самом деле она проделала 50 поездок ровно. Хотя многие поверили, что 3 лишние поездки — это не злой умысел, а просто недочет, на всякий случай второй раз ее не выбрали.
       В местной прессе это событие стало скандалом.
       
       Пресса
       Кстати, тамошняя пресса работает отменно и вполне составляет конкуренцию интернету.
       Небольшая городская газета Гааги Den Haagsche Courant выходит столько раз в день, сколько того потребуют новости.
       Нормальный режим работы газеты — 1 раз в день. Но в экстренном случае выпускаются дополнительные номера. При этом, если они выпускаются ради одной новости, новость ставится центровиком, а весь остальной материал берется из предыдущего выпуска.
       Желтой прессы в Голландии нет, да и откуда ей появиться — практически все «пороки» легализованы.
       Политик не может быть наркоманом, но похаживать в амстердамский кофишоп в выходной день — запросто. У некоторых из них на этот счет есть даже своя философия. Вместо того чтобы выбегать из здания парламента покурить (а бесконечное ожидание перерыва снижает работоспособность), как его коллеги, он в выходной день спокойно выкуривает косячок в амстердамском кофишопе, а в рабочий так же спокойно трудится.
       Фотографировать политика в бане с девушками, разоблачать его «неправильную» сексуальную ориентацию — бесполезная работа для голландского репортера.
       
       Министерство иностранных дел
       В Министерстве иностранных дел живо интересуются тем, что происходит в России и чем они могут ей (то есть нам) помочь. Две темы наиболее остры — Чечня и свобода слова.
       Однако ожидать, что голландцы приедут к нам выяснять эти проблемы на местах (а летом состоится визит Ее Величества), как ни странно, не приходится. Как мне объяснили, Королева исполняет только представительские функции, а следовательно, не вольна обсуждать эти проблемы с Путиным.
       Министр иностранных дел г-н Йозиас Йоханнес ван Аартсен (Jozias Johannes van Aartsen) четко обозначил цели, которые преследует визит Королевы в Россию. Речь будет вестись прежде всего о культурном сотрудничестве. Королева посетит Москву, Санкт-Петербург и Нижний Новгород, потому что именно в эти города пригласило Беатрикс российское правительство.
       
       Космополитизм
       Космополитизм голландцев — это факт, а не стереотип (я не знаю наций, которые не гордились бы своим гостеприимством — русское гостеприимство, таджикское, норвежское и т.д. до бесконечности, между тем это отличительная черта далеко не всех наций).
       Нидерландское посольство в Москве организовывало эмиграцию советских евреев в Израиль.
       Голландия помогала евреям и в фашистские времена. Нидерланды по уровню иммиграционного потока ничем не уступают США, хотя в несколько раз меньше Штатов.
       Увидеть араба или афганца с тремя женами в парандже уже не в диковинку даже в скандинавских странах, которые не имели собственных колоний ни в Азии, ни в Африке. Расовое разнообразие — это результат социальных программ: в 70–80-е годы приглашали жителей третьих стран для выполнения грязной работы, на которую не соглашались скандинавы. В обмен на это им предлагали гражданство этих стран. В результате в Северной Европе на одного светловолосого голубоглазого ребенка приходятся три черненьких кареглазых неевропейского происхождения.
       Голландия не считает это проблемой, среди голландцев не бывает националистических выступлений (в отличие опять-таки от некоторых соседей). Но происходит другое. Появляется поколение без исторической памяти.
       День Памяти (когда вспоминают убитых во всех войнах граждан Голландии), который одинаково чтится и пожилыми голландцами, и молодыми, уже не их день.
       Голландия для них — не более чем экономически развитый рай.
       Голландцы в принципе согласны с такой теорией, но осознают, что это проблема без решения.
       А между тем в последний день моего пребывания в Голландии из этого рая были депортированы в Москву несколько человек «кавказской национальности» (употребляю этот термин, поскольку не могу быть столь же категоричен, как мои коллеги, — «конечно же, они чеченцы»). После того как с них сняли наручники, тщательно обыскали, их посадили на ближайший рейс компании KLM. В эконом-классе свободных мест не оказалось, поэтому их посадили в бизнес-класс.
       Пока один мой коллега удивлялся такой наглости (чеченцев с ним рядом посадили) и посматривал сквозь желтые с трещиной очки, не сперли ли у него костюм, кавказцы что-то весело обсуждали, выпили весь мини-бар, съели почти все запасы. В Москве их ждала иммиграционная служба и разборки в милиции. А здесь, в воздухе, они себе устроили чудесный «этап». Голландские стюарды с ними смеялись, что-то им объясняли и взгрустнули, когда за кавказцами пришли пограничники, в отличие от моего коллеги, который облегченно вздохнул и пожелал им за что-то самого сурового наказания.
       

       Амстердам — Гаага — Роттердам — Москва

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera