Сюжеты

В НАШИХ ОБОЙМАХ — ИДЕИ

Этот материал вышел в № 37 от 31 Мая 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

На что рассчитывает «Третья сила» в Чечне Ахмад ШАБАЗОВ представляет целый конгломерат организаций, объединившихся для урегулирования ситуации в Чечне. Движение «Третья сила» включает в себя «За гражданские права», «Чеченскую...


На что рассчитывает «Третья сила» в Чечне
       
       Ахмад ШАБАЗОВ представляет целый конгломерат организаций, объединившихся для урегулирования ситуации в Чечне. Движение «Третья сила» включает в себя «За гражданские права», «Чеченскую солидарность», «Клуб выпускников и студентов университета». Они предлагают свой проект решения чеченской проблемы
       
       – Что подразумевается под «Третьей силой»?
       — Это воля чеченского народа. Однозначного отношения к войне и миру нет. Первая сторона намерена воевать до победы вне зависимости от чего бы то ни было. Вторая — это Масхадов и парламент Ичкерии. Есть Кадыров. Есть множество других. Третья сила — это не партия, не поиск политических дивидендов. Это механизм, который позволит консолидировать народ и даст ему возможность выразить свою волю. Какова она будет — такова будет судьба Чечни.
       — Какие шаги намечает ваша организация?
       — Идея состоит в объединении всех чеченских организаций по выходу из кризиса. Мы приглашаем к работе всех. В том числе «Союз согласия в Чечне» Хасбулатова и Аслаханова, «Чеченскую солидарность» Маигова, «Клуб выпускников и студентов университета» Висаева. Цель — остановка боевых действий, проведение выборов.
       Мы предлагаем на съезде избрать переходное правительство и переходный парламент, которые будут заниматься подготовкой и проведением свободных выборов в Чечне.
       Мы разработали поэтапный подробный план, который предложен на рассмотрение всем организациям России — от конституционных до общественных.
       — Когда это реально по срокам?
       — Все зависит от федерального Центра. От него требуется признание того факта, что взаимоотношения России и Чечни не урегулированы юридически. Есть признанные законные власти 1998 года. Они не сложили своих полномочий. Без их участия разрешить ситуацию невозможно. Назначение главы администрации в лице Кадырова — видимость урегулирования. Те, кто не согласен с мирным урегулированием, должны уйти, будь то Масхадов или Кадыров. Они должны передать свои полномочия переходному правительству. А правительство уже будет согласовывать позиции со всеми сторонами конфликта.
       — Вы видите фигуру национального лидера?
       — Нам не нужна фигура национального лидера. Чечня никогда не шла за одним человеком. В Чечне есть внутренние возможности регулирования конфликтов — согласительные совещания, советы старейшин. Мы должны создать национальное правительство.
       — Вас не пугает, что Центр введет в его состав своих людей?
       — Нам не мешают эти люди, у нас не будет разногласий, если они будут соблюдать закон.
       — На какой статус в этом случае можно Чечне рассчитывать?
       — Центр считает, что статус у Чечни есть. В Чечне многие этого не признают. Мы исходим из status quo. Военным путем разрешить это не удалось и не удастся. В этой войне нельзя победить ни одной стороне, ни другой. И федералы близки к тому, чтобы это понимать. Чеченцы защищают свое право на жизнь и именуются террористами. Центр обвиняет чеченцев во всех бедах и усиливает действия, в том числе против мирного населения. Чеченцам не позволено жить в Чечне, их преследуют в любой точке России, их не принимают ни Европа, ни Америка.
       — Воровство людей и работорговля — факт, который трудно отрицать. Чеченцы говорят: воруют с подачи ФСБ. Центр говорит: воруют террористы. А как с этим фактом может разобраться переходное правительство?
       — Факт есть, и началось все в 1994 году с Лабазанова. Дудаевское правительство Лабазанова приняло, а затем отвергло. Лабазанов объединил преступников, кровников. Они пошли против чеченских законов. Когда вошли российские войска, они переняли лабазановскую практику: людей задерживали на блокпостах, требовали за них выкуп. В ответ чеченская сторона стала воровать тех, кто сотрудничал с федералами. Дело встало на рельсы бизнеса. Когда был заключен Хасавюртовский договор, Масхадов предложил декларацию независимости — и это было его единственное предложение, с которым Центр отказался согласиться. Воровство людей — следствие тупиковой ситуации. Будет предложен компромисс — будет ликвидировано воровство. Экономики Чечни не существует с 1994 года, кроме воровства людей и нефти, бизнеса нет.
       — Как вы оцениваете нынешние действия федеральной армии?
       — Это уже давно попытка заработать. Пригнали контрактников и новобранцев. Они торгуют людьми и ждут окончания службы. А кроме того, зачистки и действия против мирного населения. Полномасштабное военное присутствие при непризнании военных действий. Мы понимаем, что войска не выйдут, и это сейчас второстепенный вопрос, если их присутствие будет введено в законные рамки.
       — Кто вас поддерживает в высших эшелонах власти?
       — Мы ни на кого не ориентируемся, мы всем предлагаем диалог. Пока самое конструктивное отношение проявил Шараев с его движением «Гражданин», Бородай, депутат от «Единства». Мы выходим со своими предложениями и готовы говорить со всеми. С «ЯБЛОКОМ» с СПС. С КПРФ готовы разговаривать. Мы встретились со всеми правозащитными деятелями — от Ковалева до Орлова.
       — Приказ Рушайло о препятствии чеченскому присутствию в экономике и обществе вы видели?
       — Да, там расписаны все чеченские фирмы, банки, организации. И до этого приказа такие бумаги были.
       — И на таком фоне вы надеетесь, что съезд будет проведен и правительство будет избрано?
       — Мы не надеемся. Мы работаем. Когда Путин пришел к власти, нам казалось, что начнется поиск путей выхода.
       — После призыва «мочить в сортирах»?
       — Есть разные способы повышения рейтинга. Мы надеялись, что эту команду волнует вопрос сохранения страны и государственности. Чеченцы поставлены перед чертой, за которой уже будут невозможны переговоры. Вопрос об уничтожении народа, включая очень богатых и нищих беженцев. Когда народ ставят к стенке, он готов на непредсказуемые шаги. Не надо доводить до такой степени озлобленности.
       — Почему вы исключаете, что вас используют против чеченского народа как пятую колонну?
       — Мы не будем пятой колонной. Мы придем только на период свободных выборов. Мы не будем решать никаких политических вопросов, баллотироваться в правительство, делать себе имя, получать должности. Наша задача — восстановить порядок и обеспечить выборы.
       — Как вы объясняете то, что Чечня лишилась поддержки мусульман, в том числе на Кавказе? В частности, мусульман Дагестана?
       — Это не так. Нас не поддерживает верхушка, но кавказцы не отказались от солидарности с нами. Деньги разъедают сознание, безусловно. Кто ведет восстановительные работы в Чечне? Дагестанцы. И эта ситуация выгодна — там тоже безработица. Сегодня в Чечне они могут заработать.
       — Есть понятие уммы. Это не работает в чеченском случае?
       — Нет. В России религия стала модной. Люди учатся молиться и укоряют друг друга — неправильно молишься, не так стоишь. Мусульмане только начинают осваивать ислам. Много невежества, много мелких разногласий. Пока рано говорить о российской части уммы.
       — Шариат имеет шансы утвердиться в Чечне?
       — Я так не думаю. Шариат не противоречит адатам, чеченским законам. Их никто не отменял. Но ни один чеченец не вынесет битья палками, отсечения рук.
       — Вы хотите остаться в рамках правозащитного национального движения, отказавшись от единства с уммой, отказавшись от тех, кто, опять же в рамках уммы, шахиды, герои? С чем вы останетесь?
       — Мы не отказываемся от героев, если они не преступники, не торговцы оружием, людьми.
       — Чеченская диаспора велика, есть поддержка с ее стороны в вашем деле?
       — Есть громадное недоверие друг к другу. И мы его преодолеваем. Каждый ощущает себя под колпаком. Это трудный момент. Мы работаем уже год, с прошлого мая, и сдвиги есть.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera