Сюжеты

ДИРЕКТОРА ЗООПАРКА ХОТЯТ СЪЕСТЬ ВМЕСТЕ СО ЗВЕРЯМИ

Этот материал вышел в № 43 от 25 Июня 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Принято считать, что директор зоопарка должен любить и понимать животных. Утверждают, что Иван Корнеев, вот уже одиннадцать лет директорствующий в Питерском зоопарке, может договориться практически с любым зверем. Но вот найти общий язык с...


       

  
       Принято считать, что директор зоопарка должен любить и понимать животных. Утверждают, что Иван Корнеев, вот уже одиннадцать лет директорствующий в Питерском зоопарке, может договориться практически с любым зверем. Но вот найти общий язык с чиновниками ему не удалось. Точнее, даже не с чиновниками, а с супругой действующего губернатора Ириной Ивановной Яковлевой, основательницей и патронессой благотворительного фонда «Зоосад»
       
       Зоопарк в северной столице появился в 1865 году. Сегодня по количеству и составу коллекции он является одним из крупнейших в СНГ и одновременно одним из самых маленьких по занимаемой площади, которая составляет всего 7,4 гектара. Однако эти гектары, расположенные в самом центре Санкт-Петербурга, в парке рядом с Петропавловской крепостью, можно считать воистину золотыми. Многие бизнесмены готовы были бы выложить крупные суммы за право построить здесь, скажем, гостиницу или суперэлитный дом... Впрочем, мы сейчас говорим вовсе не о бизнесе, а о благотворительном фонде. Ну так вот, фонд этот был учрежден в 1996 году, сразу после избрания Владимира Яковлева губернатором Санкт-Петербурга. И задачу он перед собой ставил суперблагородную: построить новый, просторный зоопарк. Такой, где в больших-больших вольерах живут на радость посетителям много-много зверей, привезенных со всех концов света.
       Кто бы возражал? Иван Корнеев был только «за». Правда, он напоминал о том, что первый проект переноса зоопарка на более просторные территории рассматривался еще в 1909 году. Однако и тогда, и позднее, в 30-е, а затем в 60-е годы от идеи отказывались из-за непомерных расходов. Даже если предположить, что сегодня мы стали неизмеримо богаче и можем позволить себе такую роскошь, нельзя забывать о сроках строительства: оно займет не два года, как обещала Ирина Ивановна, а минимум десять. Все это время животным надо где-то жить, а старый зоопарк рушится на глазах, и надо вкладывать деньги в его реконструкцию.
       Корнеев надеялся, что руководители фонда — люди здравомыслящие и, стало быть, его аргументы воспримут. Но уже к середине 1997-го иллюзии рассеялись. Директор зоопарка отказался от должности консультанта «Зоосада» и разорвал всякие отношения с благотворителями. Буквально через пару месяцев его вызвали в комитет по культуре и сказали: «Нам приказано вас очень быстро уволить. Как это сделать?» Предполагалось, что после такого заявления рука директора потянется к перу и он покорно напишет заявление об уходе по собственному желанию. Но у Корнеева был неплохой опыт работы с крупными хищниками, и сдаваться без борьбы он не пожелал. Хотя и понимал, что борьба будет совсем нешуточной...
       Впрочем, его оппоненты, не ожидавшие отпора, до поры до времени особой активности тоже не проявляли. Видимо, затаились в засаде. Но в конце прошлого года разговоры «как вас снять?» начались заново. А затем в зоопарк нагрянула ревизия. Проверяли звериное царство долго и старательно и, как и ожидалось, выявили грубейшие нарушения в виде отсутствия одного из противопожарных щитов и наличия входных билетов «неустановленного образца», то бишь не соответствующих новой инструкции. Корнееву объявили выговор и дали три месяца на устранение недостатков: в начале июля он должен был отчитаться о проделанной работе. Любой человеческий директор должен был понимать, что в подобной ситуации надо срочно писать заявление об уходе, дабы избежать позорного увольнения по статье. Но Иван Корнеев — директор не человеческий, а звериный, и вместо того чтобы паковать вещи, он обратился к петербуржцам. Нет-нет, вовсе не с просьбой встать на его защиту (информация о ревизии и прочих «подарках» от благотворителей стала достоянием гласности лишь в конце мая), а с предложением собрать деньги на строительство нового слоновника.
       Дело в том, что слонов в питерском зоопарке нет, и нет уже давно, потому что держать их негде. Правда, в 1996 году Ирина Ивановна обещала решить эту проблему, но, видимо, она имела в виду, что слоны появятся уже в новом зоопарке. Старому же денег на строительство никто не дает. Вот директор и предложил скинуться... «Да, — признает он, — озвучивая эту идею, я действовал с дальним прицелом. Если здесь, в старом зоопарке, появятся слоны, то наш переезд станет куда менее реальным».
       Горожане корнеевскую хитрость не разгадали и уже начали перечислять деньги. (Кстати, если бы разгадали, то, может быть, перечисляли бы еще активнее. По данным опросов, подавляющее большинство петербуржцев выступают за сохранение старого зоопарка.) Чиновники же и представители «Зоосада» правильно поняли маневр директора и решили действовать без промедления... В зоопарке вновь началась проверка: по официальной версии, для того чтобы выяснить, как устраняются выявленные ранее нарушения. А уже 14 июня председатель комитета по культуре представил коллективу нового руководителя. Временно исполнять обязанности директора (официально Корнеев числится на больничном, поэтому уволить его пока нельзя) вначале поручили консультанту фонда «Зоосад» Наталье Гергилович, а затем сотруднику районной администрации Сергею Егорову. Но о них — чуть позже, вначале о «битве идей».
       Может быть, и Иван Корнеев, и горожане не понимают своего счастья? Попусту цепляются за старый зоопарк, вместо того чтобы общими усилиями построить новый? «Крупнейший в мире», как утверждается в бизнес-плане «Зоосада». Такой, где жили бы и утконосы, и панды, и пингвины, и десять видов ластоногих, и слоны, конечно, и всякие-разные крокодилы-бегемоты... А рядом — аквапарк и Диснейленд. И еще подсобное хозяйство, где разводят кальмаров и выращивают мандарины. По самым скромным подсчетам, на это потребуется около 18 миллионов долларов ежегодно!
       То, что обнародовать столь нереалистичный план как-то неудобно, в конце концов поняли даже сами «зоосадовцы». Уже упоминавшаяся Наталья Гергилович стала автором более скромных «Основных принципов создания Санкт-петербургского зоопарка». В соответствии с ними «обиталища» (так в тексте) животных предполагается сделать поменьше, да и численность зверей резко сократить. По г-же Гергилович, на территории в 100 гектаров должен разместиться «минимальный посетительский набор», редкие виды животных, преимущественно российских, и... «этнографические выставки народностей России и зарубежных стран». «Такие выставки проводились в Петербургском зоопарке еще до революции», — отмечает в своей пояснительной записке г-жа Гергилович. «Действительно, проводились, — подтверждает Иван Корнеев. — Как-то в Петербург привезли негритянское племя, и оно целый год жило в зоопарке. Но не знаю, как отнесется мировая общественность, если мы попробуем повторить такой эксперимент сегодня».
       Депутатов городского Законодательного собрания, которые провели специальные слушания по проблемам зоопарка, идея с выставками привела в некоторый шок. Видимо, законодатели живенько представили строгие таблички типа: «Негров не кормить». Но куда более шоковым оказался вопрос о цене строительства. Естественно, вопрос о стоимости проекта хотели задать представителям фонда «Зоосад». Но, поскольку они это мероприятие проигнорировали, в роли эксперта пришлось выступить директору Московского зоопарка Владимиру Спицину. «Могу говорить лишь о собственном опыте, — ответил он. — За семь лет столица вложила в реконструкцию парка 400 миллионов долларов. Чтобы ее полностью завершить, нам потребуются еще четыре с половиной миллиарда рублей. Но если начинать с нуля, как собираются у вас, то эта сумма, естественно, возрастет». Цвет депутатских лиц заметно изменился: ведь годовой бюджет северной столицы — это всего полтора миллиарда долларов. «Почему так дорого? — еле слышно выдохнул один из инициаторов проведения слушаний. — У вас там что, клетки золотые?» «Не золотые клетки, а новые технологии, — с достоинством пояснил г-н Спицин. — Если проводить серьезную реконструкцию, а тем более строить новый зоопарк, то без их использования не обойтись. В противном случае все это теряет смысл».
       Таким образом, для реализации «зоосадовского» проекта требуются средства, эквивалентные трети (если не больше) городского бюджета. Есть ли они в северной столице? Как выясняется, нет. В ответе губернатора на запрос депутата Валерия Назарова черным по белому написано, что «создание городского социально-культурного комплекса «Зоосад» в ближайшие три-пять лет решено считать нецелесообразным». «К реализации данного проекта возможно приступить только после решения более важных для города вопросов, связанных с подготовкой к 300-летию Санкт-Петербурга», — пишет Владимир Яковлев.
       Откуда «через три-пять лет» предполагается взять несколько сот миллионов долларов, Владимир Анатольевич не уточняет. И вообще, в публичных выступлениях он предпочитает объяснять провал проекта ...плохой работой директора Корнеева. «Я в свое время попросил Ирину Ивановну заняться такими вопросами, как зоопарк, создание нового зоосада, — заявил он на одном из брифингов. — Провели колоссальную работу, и только при тормозе директора самого зоопарка работа эта, к сожалению, сводилась не к конкретным действиям, а к конкретной бумажной волоките». В многочисленных отзывах специалистов одиннадцатилетняя деятельность Ивана Корнеева на посту директора зоопарка оценивается в высшей степени комплиментарно. Но глава исполнительной власти, разумеется, имеет право на собственное мнение.
       «Надо посмотреть, что в этом зоопарке оставить, может, каких-то рептилий, — говорит Владимир Анатольевич. — Но таким серьезным передвигающимся животным — парнокопытным, медведям, слонам будущим и другим зверюшкам — мы должны создать условия». Ну с рептилиями г-н Яковлев явно дал маху, потому как сегодня их в зоопарке нет. Из-за отсутствия террариума (старый развалился, на строительство нового город денег не дает) их приходится держать в помещении гауптвахты на Сенной площади. Что же касается «других зверюшек», то, по мнению специалистов из Зоологического музея и Евроазиатской ассоциации зоопарков и аквариумов, им в Санкт-петербургском зоопарке не так уж и плохо: об этом свидетельствует и продолжительность их жизни, и тот факт, что многие из них дают в неволе потомство. Но губернатор, видимо, лучше знает, какие условия нужны серьезным передвигающимся животным.
        А может быть, дело вовсе не в них? Старый зоопарк, напомню, находится на «золотой» земле в центре города. Бизнесменов, желающих ее получить, найдется немало. «Мне открытым текстом говорили: какой террариум? Здесь должна быть гостиница! — рассказывает Корнеев. — Рядом с фундаментом террариума — место, где мы предполагали строить слоновник и загон лошадей Пржевальского. Если их «потеснить», то получится неплохой участок, который быстро может быть передан в долгосрочную аренду». Для того чтобы это осуществить, нужна самая малость: письмо директора зоопарка в КУГИ, извещающее городскую администрацию о том, что в парке завелись излишки территории. А дальше — еще проще. Если не вкладывать средства в реконструкцию, то через несколько лет старый зоопарк просто начнет разваливаться, естественным образом освобождая площади, необходимые для реализации новых бизнес-проектов...
       Разумеется, при Иване Корнееве такое развитие событий невозможно. Но опять же напомним, что на его место уже назначен временно исполняющий обязанности. Сергей Егоров, правда, говорит, что любит животных и даже умеет с ними обращаться: дома у него живут собака и кошка. Опыт, что ни говори, ценный, впрочем, по мнению г-на Егорова, необязательный: он считает, что директором зоопарка в 2001 году должен быть политик и менеджер. Если зверям новая политика не понравится, им же хуже. В конце концов, хоть они и дикие, должны же понимать, что рынок в России еще более дик и свиреп. В крайнем случае пусть проконсультируются «с родственниками» из других регионов. По словам Владимира Спицина, попытки съесть неудобных директоров и приватизировать территорию зоопарков предпринимаются практически повсеместно...
       ...При входе в зоопарк — мемориальная доска, напоминающая о подвиге его сотрудников, сохранивших коллекцию во время блокады. Удастся ли нынешним сотрудникам повторить этот подвиг и сохранить зоопарк во времена рыночных реформ?
       
       P.S.
       Пока суд да дело, назначенный при живом директоре исполняющий его обязанности Сергей Егоров встретился с коллективом. И объяснил суть момента. «Давайте, — сказал, — посмотрим приморский вариант, Приморье. Народ говорит «нет», а выбрали губернатора... Вот как поступает власть и как с ней опасно сражаться».
       Он много чего сказал коллективу, жаль, места в газете мало. «Есть мелочи, которые поднимут лицо нашего зоопарка на невиданную величину», — сказал отставной военный Егоров. И даже предложил свою первую рабочую идею. «Один из спонсоров подарил бассейн, надувной, значит... Вариант может быть такой... Вот, стоит, я зашел, женщина стоит, девочка стоит с удавом... Да, а если он будет в воде, вот так, представьте, просто. Я понимаю, что он может простудиться... Уже необычность, а это ведь старая традиция... Когда входишь в цирк, он на шее висит, а тут он — в воде! Либо там плескаются дети... И так далее, в общем, думайте».

       


       

Отзыв

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera