Сюжеты

«СЕКРЕТНАЯ ОПЕРАЦИЯ» И СЕКРЕТНЫЕ НАГРАДЫ

Этот материал вышел в № 45 от 02 Июля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

У нас не «Война и мир». На чеченской войне не могу себе представить благородных отношений между смертельными врагами. Благородства войны нет, а политические салоны на манер толстовской Анны Шерер, никогда не видевшие войну, кровь, грязь,...


       У нас не «Война и мир». На чеченской войне не могу себе представить благородных отношений между смертельными врагами. Благородства войны нет, а политические салоны на манер толстовской Анны Шерер, никогда не видевшие войну, кровь, грязь, слезы, пот и еще раз грязь, грязь, рассуждают о стратегии, тактике, хвалят одних генералов, хвалят других, цепляют любимым генералам самые высокие награды.
       Будто большая Россия воюет снова с Наполеоном. Правда, кавказской национальности.
       О чем я? Да все о том же. О Чечне. О той радостной неадекватной истерии начальства по поводу того, что убит полевой командир Бараев. (Подонок, о котором мы не раз писали. Но сейчас — не о нем, а об истерии.)
       Все, даже дети из первого класса школы, научились произносить слово «спецоперация». А мы их еще учим и учим тому, что показанный со всех сторон труп, валяющийся на земле, — это здорово.
       Никогда не писал о том, что происходит в Думе, не ругался публично со своими коллегами. Но главного рабочего страны, ни разу не рискнувшего поехать в командировку в «горячую» точку страны, не могу не процитировать.
       
       Среда. 27 июня. 105-е заседание Госдумы.
       Председательствующий. Так, Шандыбин Василий Иванович, пожалуйста.
        Шандыбин В. И. Уважаемый Геннадий Николаевич, наконец-то спецслужбы России приступили от слов к делу и продемонстрировали величие русского духа. Уничтожен кровавый террорист Арби Бараев. Все мы знаем, что Бараев был врагом чеченского и других народов. Считаю, что газета «Известия» правильно охарактеризовала эту спецоперацию как начало пути к миру в Чечне.
        Предлагаю поручить комитету по безопасности подготовить от имени Государственной Думы приветственную телеграмму на имя министра обороны Иванова, министра внутренних дел Грызлова и непосредственно руководителя этой операции директора ФСБ Патрушева. А также ходатайствовать перед президентом о награждении участников операции государственными наградами. Кроме того, я предлагаю всем депутатам выразить свое восхищение и благодарность нашим спецслужбам за проведенную операцию.
    
       Вот он — наш сегодняшний «Война и мир». Вот они — наши салоны Анны Шерер. Еще одним нашим генералам — по одной звездочке.
       По мнению моего коллеги по Думе, человека, знающего и информированного, Асланбека Аслаханова, генерала МВД СССР, избранного от Чечни, Бараева убили кровники. Те, чьих родственников уничтожил этот бандит. Тому подтверждение: жители его родного села отказались пропустить машину с его телом, родная земля отказалась принимать его. Но почему-то шеф ФСБ Патрушев, которому Шандыбин предлагает вручить высокую награду, специально прилетел в Чечню, чтобы появиться перед телекамерами как автор этой спецоперации.
       Не волнуйтесь за него, Василий Иванович.
       Примерно два года назад по секретному указу (его почему-то называют еще «пьяным») ему, Патрушеву, а также Рушайло и еще нескольким высокопоставленным чиновникам уже было присвоено звание Героя России.
       Может быть, неслучайно Патрушев сегодня и занимает особняк, который раньше арендовал еще один «салонный» герой чеченской войны — Борис Абрамович Березовский.
       Вот она — правда об этой чеченской войне.
       Вот наш нескончаемый роман «Война и мир».
       Гибнущие солдаты и офицеры у нас безымянные.
       Салонных героев не перечесть. (Кстати, за Афганистан Героями стали около 300 человек, за чеченскую, на своей территории, — уже больше 500.)
       Помню, никогда не забуду свою первую чеченскую командировку. Для меня это была первая война. Тогда я написал нервную и злую статью «За Родину. За Мафию». Короткий отрывок оттуда:
       «Люди, с которыми я провел неделю на этой войне, не только не профессиональные военные (кроме, естественно, офицеров внутренних войск, да и то их главное тяжелое оружие — хрупкие бэтээры), но и в самой меньшей степени ответственные за ошибки политиков в чеченском конфликте: дали приказ, сказали «Надо», не объяснив толком, что же ждет их — профессиональных борцов с профессиональной преступностью. Они умеют анализировать, искать доказательства, проводить облавы и рейды, естественно, стрелять, некоторые из них — те же собровцы — хорошо владеть различными боевыми приемами. Их враг — мафия, которая, при всей своей мощи, еще не докатилась до фронтовых операций.
       Но недели, а у некоторых — уже и месяц войны (по количеству проведенных здесь дней можно судить, какая у кого выросла борода) превратили их совсем в других, незнакомых мне людей.
       — Какой мир! Какие мирные переговоры! С кем? С этим бандитом? После того, как столько наших ребят полегло? — слышался всеобщий ропот на мои робкие слова, что не может же так продолжаться еще и еще: тупик, а за ним — пропасть...
       Больше того! Они кричали на меня, как будто я журналист в одном лице, единственный во всей России: «Хватит нас оплевывать! Что, мы самые виноватые?.. Чеченцы — люди, а мы кто? Где же вы были раньше со своими правами человека, когда в Чечне был полный геноцид русского населения? Почему не возмущались, когда русских за бесценок заставляли продавать свои дома?!».
       Я им говорил о разоренном городе, а они мне: «Почему же вы не напишите, как они повесили вниз головой 11 солдат на здании Совмина?» Я о том, как армейский капитан положил из автомата четырех мирных жителей, абсолютно непричастных к тому, что из его батальона в живых осталось только шестеро солдат, а они мне о том, сколько чего они нашли в чеченских домах с ограбленных поездов.
       И я понимал их личную правоту — каждого в отдельности, пережившего за эти дни здесь такое, что в страшном сне и мне бы не приснилось. Но я знал, что где-то в другом подвале другого дома кто-нибудь из моих коллег точно так же, сидя с чеченскими боевиками, слушает о пытках, которыми русские солдаты подвергают чеченцев.
       И возможно, точно так же и мой коллега услышит грозный ропот в ответ на мой вопрос: «Может быть, хватит? Может быть, пора кончать? Может быть, все-таки мир?»А после этого снова — слова о родном, чеченском, доме, вообще о Родине, вообще о свободе?
       Может, война — это зеркало, в которое смотрит человек и не может в нем узнать себя самого?
       Что-то не так в этой российско-чеченской баталии. При всем идиотизме войн в них обычно присутствует хоть какая-то, но логика».
       Повторяю, это написано в январе 1995 года.
       Но ничего не хочу менять, потому что ничего не изменилось. Я не позабуду, да мы все, конечно, как спокойно ушла банда Радуева из Первомайска.
       Я знаю, как и почему отпустили Басаева и Хаттаба из Дагестана. Это ИХ игры. Это ОНИ шлепают друг другу на мундиры свои новые звездочки Героев и ордена.
       Это ОНИ доказывают, что убийство — это хорошо, забывая о том, что это все происходит на нашей единственной Родине.
       
       P.S.
       Наш товарищ Саша Раковицан после очередного ранения снова в госпитале. Трижды представленный на звание Героя России, так и не получил Героя. Сначала от него потребовали ящик коньяка, потом — денег.

       

       
       ОТ РЕДАКЦИИ. Нам известно, что «кровников», бравших приступом дом Бараева, поддерживало (среди других) подразделение внутренних войск. Его боец погиб, собою закрыв командира. Мы расскажем об этом в ближайшее время.
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera