Сюжеты

ДЕНЬГИ ПЛЮС И ТАНЦЫ МИНУС

Этот материал вышел в № 52 от 26 Июля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вячеслав ПЕТКУН: Цинизм — форма самозащиты общества от самого себя Всякое поколение, чтобы считаться поколением, должно иметь героя. Когда место пустует, на него стремятся залезть. Для этого нужно соответствовать параметрам. Любая попытка...


Вячеслав ПЕТКУН: Цинизм — форма самозащиты общества от самого себя
       
       Всякое поколение, чтобы считаться поколением, должно иметь героя. Когда место пустует, на него стремятся залезть. Для этого нужно соответствовать параметрам. Любая попытка соответствовать — искусственна.
       Героем станет тот, кто им не сможет не стать. Потуги тщетны.
       На роль того, кто поведет за собой, претендуют не все, но многие. Часто замахивается на звание героя и лидер группы «Танцы минус» Вячеслав Петкун. Который больше не музыкант, а образ. Свободный, тяжелый, конфликтный и немножко легендарный. Потому что легенду создал сам, а это тоже искусство.
       В недавнем фильме о Гребенщикове «Настроение Пси» Петкун сыграл голос, дублирующий гуру. Провел параллель.
       В жизни герой-претендент славится тем, что чуть не женился на Земфире, имеет репутацию скандалиста, на дух не переносящего трудяг пера, поет песни в стиле рокапопс, работает арт-директором клуба «16 тонн» и очень любит рассуждать. Мы дали ему такую возможность...
       
       — Почему модно быть циничным?
       — Я думаю, это не мода, а жизненная необходимость для общества, не готового до конца быть открытым, не готового уважать детей, которых мы воспитываем, и стариков, которые воспитывали нас. Цинизм — форма самозащиты общества в целом.
       — Защиты от самих себя?
       — Ну да, в основном от своей собственной слабости.
       — На Западе общество циничнее, чем у нас? Там люди более слабые?
       — На Западе общество вообще нельзя назвать ни циничным, ни каким— либо. Когда в той же Америке госсекретарь США по телевизору рассказывает о том, насколько у нас в России ущемляется свобода слова, мне смешно, потому что более тоталитарного режима в отношении свободы слова, чем там, я просто не знаю. Ни о какой демократии там и речи нет. И это тоже цинизм, причем цинизм на государственном уровне. А как себя при этом вести людям? Они там просто не обращают внимания ни на что, кроме того, как хорошо выглядит их дом, как велика их заработная плата и в каком колледже или университете учатся их дети.
       Потому что их отучили думать о возможности делать что-то в этом направлении.
       Но я думаю, что в любой стране есть очень открытые, готовые к сочувствию люди, а есть циничные, думающие только о себе.
       — В России, по-моему, пытаются приучить. Гласность вот была, перестройка.
       — Это все достаточно искусственно. О какой свободе слова можно говорить, если ее можно купить. Почти все СМИ находятся в частных руках, которые лоббируют свои собственные интересы на уровне правительства страны. Пример — тот же Юрий Михайлович Лужков. Я с удовольствием наблюдал за тем, как его сливали в предвыборной кампании президента, понимая, что в какой-то момент у него были действительно неплохие шансы, чтобы обыграть того же Путина. Конечно, понятно, что это было сделано некрасиво, в издевательской и явно оскорбительной форме, что это было рассчитано на сиюминутный эффект. Это просто частный пример того, как все делается. Поэтому говорить о свободе слова глупо. В советские времена, например, вообще нельзя было купить свободу слова. Можно было пользоваться только тем, что дает тебе режим.
       — Ты сам не считаешь себя циничным?
       — Ну наверное, в чем-то. Что касается политики в этой стране, шоу-бизнеса, то тут я предельно циничен, потому что знаю, из чего все это делается, лепится.
       — Зачем ты вообще туда пошел? Ты же сам не раз говорил, что делаешь абсолютно никакую музыку, а самая лучшая группа в стране — это «Аукцыон». Зачем заниматься тем, что заведомо самому не нравится?
       — Мне нравится писать песни. Для меня это так же естественно, как курить, к сожалению. Вредная привычка творчество или полезная — я все равно этим занимаюсь, потому что мне это необходимо. Что касается своего участия в карманном шоу-бизнесе, то здесь я стараюсь быть предельно независимым и честным прежде всего с людьми, которые нас слушают.
       — Сейчас группы, которые приходят на сцену, интересует больше не музыка, а сколько на этом можно будет заработать денег. Тебе не кажется, что имидж становится важнее самой музыки?
       — Безусловно, есть такая тенденция. А что, ее нет в прессе? Когда я читаю абсолютно независимые статьи в журнале «Афиша», модные и современные, а потом выходит новый номер, и там на обложке Кирюша Толмацкий, в народе Децл. Я-то все понимаю, у меня, кроме улыбки, это ничего не вызывает. Тем не менее я пролистываю дальше это огромное интервью, про «Что ты сделал для хип-хопа в свои годы» и читаю опять же такие же независимые статьи, но относительно других коллективов и понимаю, что это вещь абсолютно покупная, то есть за это хорошо заплатили.
       Что касается музыки, конечно, есть молодые группы, которые хотят только денег. Они есть и среди наших мастодонтов рок-музыки. А есть люди, которые хотят быть независимыми. Вот для меня, например, независимость — самое дорогое, что есть. Я никогда не выбирал между деньгами и своей свободой.
       — Ну ты же все-таки являешь собой элемент шоу-бизнеса и зависишь хотя бы от организаторов своих концертов, директора клуба «16 тонн».
       — Я отношусь с пиететом к тому, что он мой начальник. Но если возникнут какие-то разногласия, я никогда и ни за что не уступлю своим принципам исходя только из того, что он мой начальник. В музыке я сам себе начальник и, наверное, даже это плохо.
       — Вот ты так любишь независимость. Если говорить о любви, то любовь это же сплошная зависимость, которую ты сам себе выбрал.
       — Да, вот именно поэтому, наверное, у меня ничего и не клеится с противоположным полом, именно поэтому я был несколько раз женат, именно поэтому самыми своими плохими делами я считаю те неприятности, которые приносил женщинам, девушкам, которые в тот или иной период времени являлись моими спутницами, именно за это мне будет стыдно до конца моих дней.
       — Но от осознания того, что ты был не прав, ничего в будущем не меняется?
       — Понятное дело, что я делаю какие-то выводы, но когда понимаю, что мне приходится зажиматься и быть все меньше и меньше откровенным, то я стараюсь закончить эти отношения.
       — Почему ты даешь интервью и считаешь журналистов тупыми?
       — Я не считаю журналистов тупыми. Это не так, просто люди, которые пишут, таким меня и видят, считают, что я такой хам. На самом деле есть просто люди несовместимые. Я, например, не могу читать «Звуковую дорожку» в «Московском комсомольце», потому что знаю, что это все абсолютно ангажировано. И потом, если человек выражает свое мнение относительно той же музыки — я не говорю сейчас про группу «Танцы минус», — про любых других исполнителей, только исходя из собственных с ними отношений, — это не журналист. Журналистика все-таки должна быть объективной. У меня много друзей-журналистов, вне зависимости от того, нравится ли им творчество группы «Танцы минус» и нравятся ли мне издания, в которых они работают.
       — Но у тебя же репутация скандалиста.
       — Так сформирован поток сознания. Есть Гребенщиков — вот он должен быть таким одухотворенным, воздушным. К этому все привыкли и пишут только об этом. Есть мнение, что я негодяй, — значит, внимание прессы привлекает только то, что я с кем-то поссорился, послал кого-то далеко, какие-то внебрачные связи. Причем это все придумывается.
       — Хорошо, тогда расскажи, что это на самом деле была за история со свадьбой с Земфирой.
       — Ты считаешь, что это неправда, кто-то считает, что это правда. Я, например, считаю неправдой то, что Пугачева с Киркоровым муж и жена. Но люди воспринимают этот союз нормально, несмотря на то, что Пугачева в два раза старше Киркорова. Вот уже 10 лет это не кажется странным. Потому что в этом случае существует такой понятный, пушистый мир, который все лелеют и облизывают, всем он приносит пользу — и тем, кто писал об этом, и тем, кто ее придумал. Это нормально. А когда встречаются два гетеросексуальных человека, мужчина и женщина, почему-то этот союз, мой и Земфиры, был воспринят как-то очень жестко и негативно — и не в смысле самой сути этих отношений, а в смысле их возможности. Я не понимаю, почему мужчина не может иметь отношений с женщиной.
       — Ты арт-директор клуба, то есть человек, который подбирает музыку. Как ты относишься к отечественной музыке вообще?
       — Я думаю, что музыка в этой стране формировалась примерно следующим образом. В семидесятые годы группы появлялись как протест существующему искусству, потому что говорить в то время о строе и пытаться с ним бороться было невозможно. В восьмидесятые годы, когда это стало возможно, появилась волна социального рока.
       Она появилась даже не потому, что протестовали, а потому, что стало можно. Потому что это был достаточно быстрый способ добиться популярности.
       Потом от этого рока и протеста стало тошнить, и появился «Ласковый май», всякие группы «Мираж» и так далее, потому что в магазинах стояли очереди, на улицах было темно, все было по карточкам и людям не хотелось думать ни о чем, а тем более слушать. О том, что они видят, о том, что является их повседневностью. Поэтому искусство было простым, тупым и прямолинейным, можно даже сказать, дебильным.
       Потом, к середине девяностых годов, люди стали жить лучше, и понадобилось что-то свое, родное, такое, чтобы можно было назвать музыкальным искусством. И оно стало появляться в противовес официально существующему искусству, грубо говоря, студии «Союз». У меня замечательное отношение к тем людям, которые занимались творчеством. Но тех, кто играл социальный рок, я не очень понимаю, а тем более те группы, которые до сих пор являются такими флагманами некоей борьбы с чем-то за что-то. Если бороться за спасение голодных бабушек и бездомных детей — я «за», — давайте говорить об этом, давайте помогать. Есть возможность помочь детскому дому — помогаем, есть возможность выступить в колонии для малолетних девочек — едем, выступаем. Просто мы стараемся не говорить об этом, потому что это неправильно.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera