Сюжеты

ПОСАДИЛИ. ТЕПЕРЬ РЕШАЮТ — ЗА ЧТО

Этот материал вышел в № 53 от 30 Июля 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Финансист «Медиа-Моста» Антон Титов по-прежнему в тюрьме Год назад, 26 июля, репрессивная машина по отдельной договоренности выпустила из России создателя ряда российских СМИ Владимира Гусинского. О чем сразу же горько пожалела: его...


Финансист «Медиа-Моста» Антон Титов по-прежнему в тюрьме
       
       Год назад, 26 июля, репрессивная машина по отдельной договоренности выпустила из России создателя ряда российских СМИ Владимира Гусинского. О чем сразу же горько пожалела: его журналисты упрямо продолжали говорить и писать обидные для Кремля слова. Тогда же начались поиски кандидата в соучастники политического преступника № 1. К январю следственная гора под бодрые рапорты родила мышь в виде постановления об аресте финансиста «Медиа-Моста» Антона Титова. Ажиотаж вскоре спал, и судьбой заключенного интересуются лишь адвокаты и следователи. Напрасно. Дело Титова выпукло обозначило реальную физиономию нынешней власти
       
       Многочисленные заявления высших государственных чинов сводятся к одному: дело Титова — не политическое. Налицо хозяйственное преступление. Отсюда и обвинение в хищении займа. В крупных размерах, конечно. Но в целом — ничего особенного. Однако весь ход следствия говорит об обратном. Дело это особенное.
       Оно изначально шло не так, как обычные уголовные дела. Пусть и крупного масштаба. Сразу же после ареста Титова в январе было заявлено, что улики собраны, вина доказана и дело передадут в суд в конце февраля. Весенними рапортами о досрочном сборе озимых нас не удивишь. Вот только обыски, выемки и ревизии с целью сбора доказательств по обвинению Титова начались уже после ареста. А не наоборот, как положено. Ну хорошо. Чтобы не обижать Генеральную прокуратуру, скажем по-другому. Сразу после ареста. Прямо-таки непосредственно после ареста. А до того? А до того был звонок. Добросердечное пожелание в устной форме.
       На юридической тарабарщине это звучит так: «После принятия мер процессуального принуждения следствие приступило к обоснованию принятого решения». Посадили, короче, а потом стали думать, за что. Устинов сообщил журналистам, что вина Титова доказана, а основные экспертизы даже еще не были назначены.
       Не стоит все объяснять злой волей или некомпетентностью следователей. Хотя хватает и того и другого. В данном случае политическое решение требовало юридических методов реализации. И обойтись без процессуальных нарушений могли бы разве только классные профессионалы. А где их взять? Об этом скажем отдельно.
       Нарушения УПК есть практически в каждом деле. Но это — особое. Видно, потому и количество нарушений не поддается учету. Одних жалоб и заявлений адвокатов в деле несколько десятков. Все они в свое время попадут в суд. Некоторые действия следствия в богатой практике московских адвокатов не встречались вовсе. Они немыслимы для специалистов. Просим лишь учесть, что речь идет о следователях по особо важным делам.
       Они не раз отказывались принимать от адвокатов жалобы на себя. И правильно делали, скажет обыватель. Обязаны были, скажет юрист. По закону. Этого просто не может быть. У нас может, как выясняется, может. Нервные отказы в двухминутном свидании с адвокатом, постоянные попытки вести следственные действия без адвокатов, многочисленные отказы в ознакомлении с протоколами — все это нарушения закона, которые для большинства наших граждан пока никакого значения не имеют. Как показала жизнь, и для следователей тоже.
       Но говорить об этом необходимо. Потому что речь идет о главном следственном аппарате страны. Что спрашивать с регионов, если в отношении возглавляющего следствие Каримова надзирающий прокурор издает указание: «Ознакомить... Каримова С.К. с постановлением Конституционного суда и прекратить нарушения закона». Надо же так своих допечь? Да просто Салават Кунакбаевич запретил адвокатам делать выписки. Подготовку к суду запретил.
       Это тот самый следователь, который в ответ на ходатайство адвокатов выпустил постановление от... 1991 (?!) года о назначении экспертизы в... 2011 (?!) году. А потом выпустил постановление об отмене предыдущего постановления. Все знакомые прокуроры, судьи и адвокаты крутят у виска пальцем, когда слышат эту историю. Зря крутят. Пора уже, видимо, привыкать.
       Отметим мотив ареста — Титов может сбежать. При этом мало кто знает, что, будучи еще свидетелем, Титов семь раз выезжал за рубеж. И добросовестно возвращался. В отсутствие Гусинского как воздух нужен был соучастник в России. То есть под стражей. Испания решала вопрос о выдаче Гусинского, и ей надо было показать, что у опального магната на родине уже сидит подельник. Финансист, который и выполнял преступный замысел.
       В ответ на жалобы и ходатайства следствие заявляет о попытках его дискредитации. Измусоленное слово «профессионал» никого уже не спасает. В России успешно дискредитируются целые отрасли человеческой деятельности. Самими «профессионалами» и дискредитируются. Пришел следователь на допрос. Адвоката нет. «И черт с ним!» — кратко замечает слуга Фемиды. Это не шутка, реальный эпизод.
       Сквозь мешанину следственных ошибок, игр с переводами Титова из тюрьмы в тюрьму отчетливо проступает единственное, пожалуй, намерение: по возможности затянуть дело до невозможности. 9 июля следствие закончено. За месяц до этого начальству соврали, что адвокаты уже знакомятся с делом. Но все 142 тома (по 250 страниц в каждом) Титова заставляют переписывать от руки. Хотя по другим делам Генпрокуратура милостиво разрешает делать ксерокопии. Иногда и настаивает. Хорошо, конечно, что не заставляют писать гусиными перьями.
       Генпрокуратура обвинила защиту в умышленном затягивании дела. Здесь есть ведомственные резоны. Это единственный шанс затянуть все до предела, прекратить ознакомление и начать суд, пока адвокаты к нему еще не готовы. Обе стороны понимают, что до 31 декабря переписать вручную более 35 тысяч листов сложных финансовых и бухгалтерских документов невозможно. Защита пять раз подряд просит сделать копии, но понимает бесполезность своих просьб.
       Надо сказать, что успешный опыт такой работы есть.
       Кто сейчас вспоминает о предыдущих делах? Например, в отношении службы безопасности «Моста»? Дело Титова тоже пытаются довести до того момента, когда в головах телезрителей останутся смутные воспоминания: то ли он у кого шапку украл, то ли у него украли.
       Но это дело, повторим, особенное. Сам Титов назвал заложниками ситуации и себя, и следователей. Да, первоначальная задача, которую преследовал его арест (захват НТВ и давление на Гусинского, общественное мнение, испанский суд), выполнена. Но по ходу следствия в нем появилась своя внутренняя логика. Это поначалу Титов был заложником. Сегодня он уже шило в заднице. Ситуация исчерпывающе обрисована в «Кавказской пленнице»: «Или я ее веду в загс, или она меня ведет к прокурору». Нельзя же вот так, ничем, закончить получившее международный резонанс дело, которое начинали многие сотни человек. То есть можно, разумеется. Но очень не хочется.
       Отсюда все нервы и досрочные рапорты. Впереди суд.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera