Сюжеты

ПРОДВИНУТОЕ ЧТИВО

Этот материал вышел в № 54 от 02 Августа 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Глянцевый журнал призван отменить голову и душу — за счет расширения потребностей С пугающей быстротой мы сменили толстые журналы на глянцевые. Справедливости ради надо сказать, что их не читают, а смотрят. Куда, спрашивается, смотрит...


Глянцевый журнал призван отменить голову и душу — за счет расширения потребностей
       

       С пугающей быстротой мы сменили толстые журналы на глянцевые. Справедливости ради надо сказать, что их не читают, а смотрят. Куда, спрашивается, смотрит Россия?
       Наряду с резиновыми женщинами рынок предлагает потребителю глянцевых. Глянцевые журналы учат правильно пахнуть, правильно любить и правильно одеваться. Если судить о народе по чтиву, которое он читает, то очень странным стал этот некогда думающий народ.

       
       Глянцевый журнал чарует публику роскошью своих страниц и восхитительным обаянием героев. Модели, супермены, актеры, специалисты по макияжу, футурологи, модельеры, бодибилдеры (по-русски — культуристы), готовые придать вашему аморфному телу модные очертания, — все они тут, и все они жаждут вам помочь.
       Помочь в чем? О, это странный вопрос — помочь в том, чтобы соответствовать новой эпохе, быть правильным членом общества, покупателем с точным нюхом, потребителем с неутомимым аппетитом...
       И где же еще вы увидите Мадонну в неглиже? Где еще услышите, каким кремом от загара пользуется Николь Кидман? И откуда еще вам узнать тысячу самых удивительных и полезных фактов, без которых вы жить не можете? Тут, именно тут, на этих роскошных страницах, у вас есть шанс стать королем своей судьбы, любимцем девушек, приманкой для мужчин, владельцем ботинок Paul May и правильно вылепленного брюшного пресса!
       Так вперед же! Так возьмите в руки это глянцевое чудо, пахнущее стерильной пластмассой, и откройте, и насладитесь восхитительной жизнью, так и прущей с цветных картинок, так и повизгивающей из маленьких, кратеньких текстиков (это чтобы вы не устали. Ведь читать тяжело). Тут воспеваются только самые необходимые человеку вещи: плавки с термометром (а как иначе вы узнаете температуру воды, в которой купаетесь?) и автомобиль ценой 200 000 долларов, золотые часы с изумрудами и коллекция ремешков из крокодиловой кожи....
       Тут даются советы, без которых невозможно обойтись: как правильно смешать водку с соком, выбрать сапфир и съесть устрицу. Однако разве правильно съесть устрицу — это все, что должен уметь джентльмен новой эпохи? О нет, это еще далеко не все — вы должны уметь «подцепить проститутку», «склеить девушку на пляже» и «соблазнить простую девушку». Это азы. Это школа жизни. Это способ сделать себя прекрасным... В общем, глянцевый журнал научит вас всему: правильно жевать, правильно носить брюки, правильно пахнуть и правильно заниматься любовью...
       Еще десяток страниц бредового чтения — и в вашей голове плавно возникает ощущение явного несовпадения, обмана. На вид это вроде бы журнал, а по сути что-то другое. Слова потеряли смысл. Произошла подмена: родилось новое нечто, что нам еще предстоит понять и оценить.
       
       Журналистика предполагает взгляд, убеждения, интерес к жизни, умение писать. Так, во всяком случае, следует из традиционных, классических понятий. В соответствии с этими понятиями журналы и газеты пишут о жизни, о том, что в ней происходит. Журнал и журналист свободны: свобода есть часть профессии, несвободная пресса уже не пресса. Так это выглядит в виде идеальной конструкции, которая, конечно, не всегда осуществляется на деле. Не все журналисты в равной степени умеют писать, не все издания умеют защитить свою свободу от посягательств власти или денег. Есть плохо пишущие перья и продажная пресса. Но эти естественные в жизни удаления от идеала не меняют суть понятия и смысл существования прессы...
       Но то, что существует сегодня в глянцевых журналах, журналистикой назвать невозможно. Эти пересыпанные диванами, парфюмерией и лобстерами страницы представляют собой супермаркет, по которому с одинаковыми улыбками ходят сладко пахнущие гомункулусы — люди развитого капитализма (при развитом капитализме люди, как известно, отличаются один от другого не убеждениями, взглядами или хотя бы выражением лица, а маркой одеколона и цветом носков). Эти гомункулусы, эротично обнажив грудь или бедро, берутся за работу: с интимным придыханием описывают пылесосы, без которых вам не прожить ни дня (задохнетесь от пыли), взахлеб рассказывают о раздвижных шкафах, преобразивших их жизнь, ласково пишут о пуфиках в форме женской груди и страстно — о песке пляжей Карибского моря.
       Как в хорошем турецком караван-сарае, здесь есть все: рубашки и майки, юбки и блузки, часы и выпивка, рюкзаки и духи... (про устриц мы уже говорили). И все это, похоже, надо продать. Сегодня же. Вам. Или это не так? Но отчего тогда эти люди объясняются с вами таким заботливым, птичьим, высокомерным и одновременно заискивающим голосом — голосом продавца-зазывалы, живущего на проценты?
       За горами вещей, за всеми этими блузонами с мокасинами и холодильниками с лосьонами, за всеми этими Кордильерами барахла, которые щедро громоздит перед вами глянцевый журнал, встает нечто большее, чем просто полка магазина, — встает мечта! Это мечта о безбрежном потреблении всего, что можно потреблять — бифштексы, орехи, женщин, мужчин, автомобили, компьютеры, прокладки, — мечта желудка, с хрустом и чмоком пожирающего весь мир и раз в час забывающегося на три минуты в истоме правильного пищеварения.
       
       Эпоха глянцевой журналистики требует нового языка, соответствующего новым задачам. Этот язык любой человек, имеющий навык чтения, отличает сразу же — в нем нет жизни и крови, он не дышит, он искусственный, сделанный. Фразы на этом новом эсперанто чаруют. Это смесь рекламного проспекта и порнографического лексикона.
       «От шопинга я получила незабываемые впечатления...» (говорит она).
       «Когда я не в духе, то представляю, как насилую ее, а она визжит» (отвечает он).
       Экстаз от покупки сливается с сексуальным экстазом — в глянцевом журнале это одно и то же.
       Индивидуальный стиль тут, на этих гладких, как паркет, страницах, не нужен, даже вреден — это архаика! В глянцевом журнале невозможно отличить автора от автора — все тексты выправляются по одному лекалу. Да и авторов, собственно, нет — все тексты мастерят, как правило, несколько человек, а потом бригадир (по старинке называющийся главным редактором) лепит бирочки с псевдонимами. Псевдонимы в глянцевых журналах точно выражают суть тех выдуманных существ, которыми тексты якобы создаются. Это гибриды, в которых девственная Московия сливается с продвинутым Западом-колонизатором, а гречневая каша — с французским бутиком — Иванна Иванова! Петр Депп-младший! Илона Игнатович! и ангел небесной красоты Мэри Дэй (с серьезностью идиотки раз в месяц обучающая доверчивого читателя тому, как мыть волосы шампунем).
       Эти тексты написаны, естественно, не по душевной потребности — какая, к черту, душевная потребность в продвижении пудры и в изложении двадцати пяти способов соблазнить начальника? Личного взгляда и отношения тут тоже нет — какой может быть личный взгляд на крем для ног? Журналист в глянцевом журнале из творца, пусть небольших и невеликих, но своих текстов превратился в поденщика, в фабричного рабочего, который с девяти до шести в цеху на станке обтачивает болты и гайки, только вместо болтов и гаек тут заметки о проститутках, швейцарских часах и эротике в стиле фэнтэзи.
       
       Глянцевых журналов множество, но перечень их тем на удивление скуден: еда, секс, покупки, курорт, гигиена. Они отличаются не направлением (оно у всех одно), не стилем письма, даже не дизайном, а по половому признаку — журналы для мужчин и журналы для женщин. И это неудивительно: никаких иных индивидуальных признаков у существ новой синтетической эпохи не бывает. Они не думают. Они не имеют политических или моральных убеждений. У них (бедолаг) остался только пол.
       Как же живет выдуманный герой глянцевого журнала — потребитель многочисленных товаров и услуг? О, его день наполнен самой настоящей, самой подлинной жизнью!
       С утра, втирая в щеки крем после бритья, он обдумывает, чем удивит и порадует вечером свою подругу. Затем в офисе он говорит секретарше босса заранее вычитанный в глянцевом журнале и вызубренный наизусть двусмысленный комплимент. Он мечтает о флирте с ней. Вечером он на своем новом «Пежо» спешит в бутик: он услышал по радио, что в продаже появились модные трусы расцветки беж, и эта новость сильно волнует его — у него таких еще нет...
       Покупая трусы, он опять же говорит продавщице вычитанный в глянцевом журнале двусмысленный комплимент. Флирт с продавщицей — его мечта. Затем он едет к подруге, переодевается в только что купленные трусы цвета беж и предстает перед ней в новом, ошеломляющем виде. Она смотрит на ярлык: подлинный Версаче! Она потрясена. Он говорит ей вычитанный в глянцевом журнале и вызубренный наизусть двусмысленный комплимент, и затем они двадцать семь минут подряд (дольше — вредно) занимаются любовью.
       Лежа в постели, оба старательно принимают позы, которые рекомендовала им в последнем номере их любимый автор Иванна Иванова — и, о чудо, именно на двадцать седьмой минуте — с помощью Кама Сутры и бельгийских простыней — они достигают экстаза!
       Вы думаете, на этом день заканчивается? Ничего подобного! У нашего героя еще полно дел: ему осталось натереться кремом от Lancome, побрызгаться одеколоном от Kenzo, съесть йогурт от Danon, прочитать в глянцевом журнале и выучить очередной комплимент на завтра, посмотреть по телевизору фильм с Памелой Андерсон (какие роскошные силиконовые груди! Естественно, он мечтает о флирте с ней), в то время как его счастливая подруга, стоя в ванной, бреет ноги новой бритвой от General Electric и восхищенно восклицает: «ЭТА БРИТВА БРЕЕТ С НЕЖНОСТЬЮ! ОНА ИЗМЕНИЛА МОЮ ЖИЗНЬ!»
       
       Существование глянцевых журналов — десятков одинаковых изданий с одной идеологией и одинаковыми текстами — наводит растерянного пешехода, в недоумении стоящего перед лотком с прессой, на мысль о заговоре. Как понять это тупое однообразие, имеющее целью отключить у страны мозги? Где, в каком тайном центре создаются все эти журналы с голыми красотками на обложках? (ЦРУ? Штаб-квартира Coca-Cola? Объединенный центр колонизации евразийских пространств?) Из какого единого распределителя хлещет это пойло, обволакивающее Россию и превращающее ее в глянцевую карамельку для мультинациональных корпораций?
       Слово «глянцевый» для этих журналов — основная смысловая характеристика. Глянец здесь важнее всего. Уберите его с этих страниц — что останется? Останется рекламная жвачка, пережеванная сто раз, — серый, липкий, противный комок. Останутся убогие однодневные текстики, смешные и чуждые каждому, для кого жизнь не равна потреблению и не исчерпывается им.
       Именно так — как что-то абсолютно чуждое — воспринимают глянцевые журналы многие люди, отодвинутые с дороги грохочущим бульдозером прогресса. Они, эти люди, придерживаются несколько устаревших, но все-таки освященных традицией взглядов, в соответствии с которыми журналы существуют для того, чтобы читать их. Но в этих журналах нечего читать. В лучшем случае их можно смотреть...
       Люди, не читающие глянцевых журналов, — сироты; они остались в собственной стране без журналов. Пятнадцать лет назад они читали толстые литературные журналы, но теперь нет литературных журналов (а те, что есть, ведут фантомное существование), десять лет назад они читали политическую перестроечную прессу, но теперь такой прессы нет... или почти нет... Дыра, вакуум. И глянцево поблескивающее пойло, низвергающееся с небес...
       Произошли подмена понятий и смена ролей. Журнал в классическом смысле — чтение для читателей, увлекательное и по возможности умное, — отменен. Бизнесу такие журналы не нужны. Они плохо стимулируют пищеварение. Глянцевые журналы по-прежнему делают вид, что они журналы и что они существуют для публики, но на самом деле они существуют для компаний и корпораций. Они — средство промывания мозгов, средство превращения человечества в однообразную, как желе, массу, из которой можно лепить что угодно.
       Первичен для них не читатель. Первична для них реклама. Журналы издаются для нее. Они больше не журналы, они — рекламоноситель. А читатель, что делает читатель? Он, выражаясь на все том же новом эсперанто, хавает. Никаких других ролей для него не предусмотрено.
       
       Глянцевый журнал — новая форма сознания, а вернее, бессознательности, утверждающаяся в России, — призван отменить голову, душу и мыслительный процесс. Голова у читателя и потребителя, конечно, еще есть (еще не отмерла), эволюция так быстро не идет (да и куда же он будет надевать модные черные очки?), но она уже имеет чисто вспомогательное, второстепенное значение. Главное теперь — тело. Груди, зады, бедра, ноги, руки (что там ещё бывает?) теснятся на страницах глянцевых журналов, отпихивают друг друга, лезут и подлезают, пищат и верещат на все лады... Все в этом вымороченном, искусственном мирке подчинено плоти — смачной, ядреной, тупой плоти, которая возведена в абсолют как новое божество. Здесь не любят, а флиртуют — для любви все-таки нужна душа, а для флирта сойдет и тело. Живи во имя тела, ублажай его, лелей, корми английскими ростбифами, пои текилой и соком, снабжай его прокладками и презервативами, вози его на курорт, и пусть это будет единственный смысл твоего бытия!
       Жизни в этом нет. Глянец, густо заливающий страницы с Мадонной в неглиже и поросенком в шампанском, — глянец пластмассы, безжизненной, неживой. В этой продукции есть что-то механистическое, мертвое. Ее не пишут, не создают, не выдумывают — ее штампуют. Эти штамповки предназначены не для человека, который, как известно, не ест пластмассу и не запивает ее глянцем, а для желудка на ножках и полового органа в модной шляпке — для потребляющего механизма, прикидывающегося человеком. Но проблем с различением тут нет. Без всяких долгих споров и научных определений любой, кто еще жив, сразу же отличит фабричную штамповку от рукотворного создания, душу — от глянца, мертвечину — от жизни.
       Живых от этой туфты, от игривых интонаций, от пошлости и фальши, от смазанного кремом, присыпанного пудрой, снабженного противозачаточными средствами, накормленного карасем в сметане, упитанного, своими идеальными ягодицами уже заполонившего весь мир тела, тошнит.
       
       1. Только с кремом After Shave мужчина чувствует себя мужчиной.
       2. Хотите быть такой же сексуальной? Обратите внимание на блейзер, боди и колготки с лайкрой. Список магазинов в конце журнала.
       3. Новая машина для среднего класса, имеющая все черты машины для высшего класса. Список автосалонов смотри в конце журнала.
       4. Только трусы от Версаче сделают вас мужчиной! Их носили Гай Юлий Цезарь, Черчилль и Элвис Пресли. Хотите быть в их компании? Список магазинов в конце журнала.
       5. Простыни, возбуждающие страсть! Магазин «Семь наслаждений» (цена комплекта 79 долларов).
       6. Сеть магазинов «Раковина и Унитаз». Адреса смотри в конце журнала.

       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera