Сюжеты

«ОЛИГАРХИ» МЕШАЮТ РОССИЙСКОЙ СБОРНОЙ

Этот материал вышел в № 57 от 13 Августа 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Президент «Спартака» Борис МАЙОРОВ о своем клубе и болезнях нашего хоккея Хоккей вновь совершает традиционную летнюю вылазку — Международный турнир «Кубок Спартака». Удивительно, но кульминация этого шоу состоится уже почти в самом начале...


Президент «Спартака» Борис МАЙОРОВ о своем клубе и болезнях нашего хоккея
       
       Хоккей вновь совершает традиционную летнюю вылазку — Международный турнир «Кубок Спартака». Удивительно, но кульминация этого шоу состоится уже почти в самом начале — 14 августа встретятся звездные «Буре-Тим» и «Ягр-Тим». Сам виновник торжества — ГХК «Спартак», неизменный участник турнира имени самого себя — оказался несколько скрыт за праздничной мишурой этого спортивного праздника.
       Для того, чтобы восстановить справедливость, мы решили побеседовать с президентом красно-белых легендарным Борисом Майоровым, принципиально не задавая ни одного вопроса про вышеупомянутый турнир. Поговорить есть о чем. Борис Александрович в кресле президента всего два года. И за это время он успел вывести свою команду в суперлигу.
       Видимо, не зря после окончании чемпионата мира 1967 года тренеры сборной говорили о нем: «...Майоров настоящий вожак, который может поднять команду и повести ее за собой»

       
       — Нынешний «Спартак» не похож на «Спартак» прошлых лет. Да и вообще, с тех пор, как я закончил играть, хоккей очень сильно изменился. Причем не только у нас. И у «Спартака» сейчас совершенно иное лицо, это совсем другая команда с другими исполнителями.
       — Еще два-три года назад кое-кто сравнивал «Спартак» с командой 1956—1957 годов. Тогда красно-белые тоже выступали не особенно успешно.
       — Для того чтобы так говорить, надо помнить хоккей «Спартака» того времени. В конце пятидесятых наша команда была действительно слаба, она занимала седьмые-восьмые места в чемпионате СССР. Поэтому подобное сравнение — полный абсурд.
       —Так или иначе, прошлый сезон «Спартак» провел успешно, попал в суперлигу. Можно ли сказать, что это свидетельствует о возрождении московского хоккея?
       — Об этом говорить еще рано. «Спартак» еще не сделал ни единого шага в суперлиге. Естественно, различные авансы можно выдавать уже сейчас, но лучше немного подождать. Ведь в этом сезоне среди сильнейших клубов страны нам придется весьма непросто.
       — Вы очень осторожны в прогнозах. А как же тогда слова Анатолия Тарасова, что тренер всегда должен быть настроен на победу, тогда и команда поверит в свои силы?
       — Анатолий Владимирович, я думаю, знал и такую истину: каким бы выдающимся ни был наставник, как бы он ни настраивал свою команду, в любом случае все решает уровень мастерства исполнителей, то есть игроков. Тех, кого держит в руках тренер.
       — Недавно в одном из клубов услышал такую историю: по окончании сезона один из помощников руководителя команды случайно увидел хоккеиста, усиленно работающего со штангой. И несказанно удивился. Спрашивает, дескать, что приключилось: весь сезон на тренажер не загонишь, а тут сам пришел и без жалости к себе вкалываешь? Хоккеист отвечает: «Так ведь лето скоро, пляжный сезон». Скажите, неужели действительно настолько изменился в худшую сторону подготовительный процесс спортсменов.
       — Нет. Просто несколько изменились интенсивность и направленность подготовки. А в целом объем тренировок остался прежним. Сегодня хоккеисты, как и мы в свое время, занимаются на тренажерах, легкой атлетикой, играют в баскетбол. Тренировки просто вышли на более качественный уровень. Если раньше мы поднимали штангу весом 30 килограммов, то сейчас хоккеисты работают с 50-ю килограммами.
       С другой стороны, в Европе, например, несколько иной подход к тренировочному процессу. Я долгое время тренировал финские клубы и могу с уверенностью говорить об этом. Там просто другой образ жизни. Иные корни трудового воспитания. В Финляндии человек к работе относится очень ответственно. Не то что у нас. Там я работал на абсолютном доверии к хоккеистам, никого не проверял. Тут же приходится всех контролировать.
       У финнов можно было проводить две тренировки в день вместо трех. Они просто качеством работы компенсируют отсутствие дополнительных занятий. Скандинавам можно было дать задание сделать определенное упражнение и отвернуться, будучи уверенным, что они сделают все точно и как положено. А у нас стоит только тренеру отвлечься, сразу же кто-то пытается, мягко говоря, передохнуть.
       В отличие от нашей страны там соблюдают законы. Российская привычка обходить разнообразные кодексы и указания в полной мере привилась и у спортсменов. Вот, например, им сказано: отбой в одиннадцать. Что они делают? Правильно: либо пытаются после отбоя удрать, либо стараются прийти позже обозначенного времени. Я никак не могу этого понять. Слово тренера должно быть законом. В той же Финляндии, если наставник команды сказал игрокам: «Бежать», —те бегут, пока он их не остановит.
       У нас же игроки вполне могут пофилософствовать по поводу работы тренера: что да как, а вот это неправильно... А если еще и руководители клуба дураки, то их хоккеисты имеют возможность пойти и пожаловаться на слишком жесткого тренера. После этого неумные руководители могут сказать: «Какой плохой и неправильный человек работает с нашей командой. Надо его убрать»...
       — Скажите, почему многие хоккеисты не хотят заключать контракт со «Спартаком» более чем на один год? Это тоже какая-то очередная российская привычка?
       — За последние годы выработался такой стиль поведения в нашем хоккее в целом, а не конкретно в «Спартаке», что неудивительно. Я никого не собираюсь уговаривать остаться в нашем клубе на более продолжительный период по одной простой причине: насильно мил не будешь. Если кто-то не хочет связывать свою судьбу со «Спартаком», это его личное дело. Хотя каждому хоккеисту мы практически всегда предлагаем подписать долгосрочный контракт.
       Никаких претензий со стороны нынешних игроков «Спартака» к клубу нет. Слава богу, за те два года, которые я работаю здесь президентом, все свои обязательства перед хоккеистами мы исправно выполняем.
       — Раньше «Спартак» прочно ассоциировался с игроками Майоровыми, Старшиновым и другими. Теперь то же самое, только, к сожалению, вы с Вячеславом Ивановичем не на льду, а в креслах руководителей. Не жалеете, что нет сейчас в «Спартаке» игроков, которые могли бы стать его символами?
       — Нет. Что тут сделаешь. Надо спокойно, по-философски на это смотреть. У нас подрастают замечательные молодые ребята. Сегодня в «Спартаке» пять собственных воспитанников 1983 года рождения. Мы с удовольствием смотрим на Ковальчука. У нас есть Гоголев, молодой способный Дима Семин. Плюс целый ряд приглашенных и вернувшихся в команду игроков: Болдин, Тюриков, Канарейкин...
       Я что, должен предаваться ностальгии по прежним временам? Тогда мы просто будем заниматься воспоминаниями и стоять на месте. Я абсолютно реально смотрю на вещи: если у меня нет Форсберга, что здесь поделать? Я буду играть с теми, кто есть.
       По сравнению с нашими клубами-олигархами мы немного платим своим хоккеистам. Основной упор делаем на то, что они должны играть, если не наполовину, то уж точно на четверть за идею. У нас в «Спартаке» зарплата адекватна мастерству хоккеистов. Может быть, только у двух-трех завышена. Наверное, прав был Николай Николаевич Озеров, когда говорил, что сила «Спартака» в том, что он — «голый». У других есть все, а у красно-белых — дай бог, если половина от нужного. Мы никогда не шиковали. Поэтому исходим из несколько иных принципов формирования состава и работы с командой.
       Олигархи же нашего хоккея загнали уровень зарплаты хоккеистов слишком высоко. До такой степени, что игроки из благополучных европейских клубов, пренебрегая цивилизованной обстановкой, социальными гарантиями, просто удобством и комфортом, начали приезжать в российские команды и становиться в очередь за длинным рублем.
       Но, заметьте, с высочайшим уровнем зарплаты мы ничего не можем выиграть на международной арене. Я имею в виду нашу национальную сборную и чемпионаты мира, в которых она участвует. Надо что-то менять. Необходимо посмотреть внутрь нашего хоккея, чтобы разобраться в его очевидной болезни.
       Ведь сколько бы ни платили игроку, выше определенного уровня он все равно подняться не сможет. Звезды в команде, огромные деньги — это еще не все.
       — Получается, что мощные провинциальные клубы виноваты в стабильных проигрышах сборной России на чемпионатах мира?
       — Наполовину — да. Игрок получает большие деньги в клубе. В сборной же ему платят мизерную сумму. Скажем так: за идею хоккеисты в национальной команде играть не хотят. Чувство патриотизма, гордости за то, что ты игрок сборной, — в прошлом. Вместе с этим ушла и жесточайшая конкуренция за место в основном составе главной команды страны.
       Может быть, только молодые хоккеисты стремятся попасть в сборную. Но им она нужна исключительно как трамплин, с которого можно будет прыгнуть в НХЛ. Вот и все.
       — Вы в свое время были видным хоккейным чиновником, затем генеральным менеджером сборной. Не хотите вернуться обратно и наладить наше спортивное хозяйство?
       — Нет. В этом году перед отчетно-выборной конференцией, на которой избирался президент Федерации хоккея России, были люди, настоятельно просившие меня выставить свою кандидатуру на этот пост. Я отказался. Хотя не считаю, что мое время ушло. Просто есть причины, которые я бы не хотел озвучивать, из-за них мне и пришлось отказаться. С меня хватает президентского кресла в «Спартаке». Плюс у меня есть другая работа: я — спортивный комментатор.
       — Кстати, а как вы относитесь к нынешним хоккейным журналистам?
       — Ну обид на них нет никаких. К статьям, в которых пишется, что мы кому-то должны астрономические суммы, отношусь абсолютно спокойно. Просто очень бы хотелось, чтобы молодое журналистское поколение более предметно знало то, о чем пишет. Многие не знают глубины хоккея. Я бы им посоветовал чаще встречаться с игроками, тренерами, руководителями.
       Я почти всегда сравниваю то поколение журналистов, которые писали о нас, — Рубин, Лебедев, Федосов и другие, — с нынешним. Последним не помешало бы достичь их знания игры. Кстати, до сих пор не понимаю и не принимаю странного сленга в наших двух спортивных газетах. Когда пишут, например, «попал в «рамку», оказывается, это значит — попал в ворота. Или играет в «основе» — ведь есть же нормальный русский язык. Я одному корреспонденту так и сказал: «Вы скоро вместо «вратарь» напишете «ворОтник».
       — Есть такая история: в свое время вы решили покинуть «Спартак», но Николай Карпов, тренировавший тогда красно-белых, сказал, что, когда будет трудно, обязательно позвонит вам и обратится за помощью. Это произошло очень скоро. Скажите, а кто позвонил вам и попросил помочь «Спартаку» уже в качестве президента?
       — Поправлю: тогда я не решил уйти из «Спартака». Просто тренер посчитал, что я команде больше не нужен. И Карпов решил меня освободить. Решил уходить и освободили — большая разница. Это очень давняя и скандальная история. Я никогда в жизни не ругался со своим руководством, просто так получилось. Дело разбиралось в ЦК КПСС, там и постановили вернуть меня в команду. Соответственно, через неделю мне позвонили и сказали: «Возвращайся».
       А в этот «Спартак» я пришел по велению города. Сам не рвался, меня попросил Шанцев. Ни ему, ни городу, ни тем более «Спартаку» отказать не мог.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera