Сюжеты

ИСПОВЕДЬ МОЛЧАЩИХ

Этот материал вышел в № 65 от 10 Сентября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Каждый год, в августе, в финском городе Тампере проходит международный театральный фестиваль. Это одно из главных культурных событий года как для жителей Тампере, которые покупают билеты на спектакли за несколько месяцев до начала...


       
       Каждый год, в августе, в финском городе Тампере проходит международный театральный фестиваль. Это одно из главных культурных событий года как для жителей Тампере, которые покупают билеты на спектакли за несколько месяцев до начала фестиваля, так и для театралов Скандинавии в целом...
       
       На спектакль Камы Гинкаса «Черный монах» билетов не было даже для аккредитованных журналистов, несмотря на то что вместо запланированных двух организаторы фестиваля устроили третий, дополнительный показ. Это неудивительно — Гинкаса прекрасно знают в Финляндии (до сих пор вспоминают его «Макбет», поставленный в Хельсинки в 1997 году). «Люди купили билеты заранее, и ничего сделать нельзя». — «Ну поставьте стульчик». — «Не принято». — «А посидеть на полу?» — «Нельзя». Протестантское воспитание не позволяет финнам нарушать нормы. Но в конце концов, пошли на компромисс — положили на ступеньки в зале мягкие подушки.
       На «Черном монахе» плакали даже финские театральные критики. А на один из спектаклей специально приехала президент Финляндии Тарья Халонен. Госпожа Халонен вообще известна своим интересом к театру. «Ваш президент делает ошибку, что не посещает ваши спектакли», — сказала она Гинкасу.
       Да, странные люди финны. В зале не кашляют. Даже если очень скучно. Нельзя — а вдруг это помешает артистам? О том, чтобы покинуть зал во время спектакля, речь не идет. И конечно, если спектакль начинается в 18.00, он начнется именно в 18.00, и ни секундой позже. И билетеры, отрывая контроль у билетов, говорят вам спасибо. Странно, что и говорить.
       На хорошем чешском спектакле «Леший» (не самая известная пьеса Чехова) по техническим причинам не было перевода. Публике объявили это перед самым началом. Никто не ушел, все напряженно смотрели, а в антракте читали синопсис.
       В этом году было представлено очень много финских спектаклей. Говорят даже о расцвете национальной драматургии. Любопытно, что все это создано молодыми людьми, которым под тридцать. Как утверждают, это сейчас ключевое поколение в Финляндии.
       О чем же пишут и что ставят молодые финны? О семье. И в пьесе «У них не было имен» Реко Лундана, и в «Ледяных картинах» Кристиана Смедса и Самули Реунанена, и даже в спектакле «Порнография — это...» Катарины Нумминен — всюду «мысль семейная»...
       В пьесе Лундана рассказывается о никому не нужных детях — брате и сестре. Их мать уходит к другому, отец женится и приводит в дом мачеху — та оказывается сумасшедшей...
       В «Ледяных картинах» действуют фотографии из семейного альбома. На сцене висят занавешенные зеркала. Покрывало сдергивают, очередной персонаж — отец, брат, зять — начинает рассказывать свою историю. Люди эти живы, а может, и умерли, кто знает? И какие страсти, оказывается, кипят в финских семьях!
       В «Порнографии...» четверо актеров — двое мужчин и две женщины — раздеваются догола. Но не для занятий сексом. Люди делятся сокровенным — и это все равно что раздеться. Раздеваются долго и подробно: верхняя одежда, рубашка, майка, брюки, носки, трусы... Потом надо одеться. Потом раздеться вновь — на протяжении спектакля несчетное количество раз — ровно столько, сколько потребуется, чтобы излить свою душу.
       Интересно, что в начале «Порнографии...» актеры сидят на лавочке, одетые в финские национальные костюмы, словно в этнографическом спектакле. И предмет за предметом ложатся на пол шапки, пояса, ножи, юбки...
       «Кто мы?» — вот главный вопрос, который волнует сейчас финнов, — сказал один молодой актер. «Когда развалился Советский Союз, мы наконец-то ощутили себя свободными». Оказывается, даже они, живя с нами по соседству, испытывали дискомфорт, на них что-то давило.
       Вообще-то, финны не так уж много времени в своей истории были независимыми. Сначала — провинция Швеции, потом — часть Российской империи. После Второй мировой войны — «особые отношения» с Советским Союзом. Дело не только в политической зависимости. Финнам надо было сохранять себя в культурном отношении. Но вот «большой брат» умер. Перестав чувствовать спиной пристальный взгляд соседа, финны начали копаться в себе.
       Между тем вакуум стал заполняться. Финляндия интегрируется в Европейский Союз — сверхобщество с какими-то новыми правилами, нормами. Наступает культурная стандартизация. На протяжении веков финны, видимо, выработали защитную реакцию — молчать. В этом был своеобразный крестьянский здравый смысл. Но времена меняются.
       Финны, вошедшие в пословицы своей немногословностью, начинают выговариваться.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera