Сюжеты

СЛУЧАЙНЫЙ ПОПУТЧИК

Этот материал вышел в № 66 от 13 Сентября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

История от Леси ОРЛОВОЙ В прошлый четверг вашему вниманию мы предложили историю о «почти инцесте»: стихийном романе, вспыхнувшем между свекром и невесткой и протекавшем в атмосфере полной секретности. Тем не менее, как водится, неуставные...


История от Леси ОРЛОВОЙ



       В прошлый четверг вашему вниманию мы предложили историю о «почти инцесте»: стихийном романе, вспыхнувшем между свекром и невесткой и протекавшем в атмосфере полной секретности. Тем не менее, как водится, неуставные отношения были обнаружены и разоблачены матерью героини, после чего семейная история, естественно, получила развитие радикальное.
       ...Увы, финал сюжета вполне ожидаем. Героине пришлось развестись с мужем, который затем — с глаз долой, из сердца вон — отбыл на стажировку в Германию. Его родители (хитрый свекор и простодушная свекровь) совершенно примирились, старательно делая вид, что досадного эпизода в их жизни просто не было. Героиня же вернулась под материнское крыло... и продолжает встречаться со свекром, теперь, правда, уже бывшим
       
       Войдя в свое купе, она испытала почти настоящий ужас. Ее соседи, трое отвратительных типов, уже вовсю полировали водку пивом. Поезд еще не тронулся. Вонь стояла невыносимая, но что там вонь по сравнению с радушными воплями: «О-о-о, какая девушка, садитесь с нами». Она даже не могла понять, кто из них опаснее, — бритый «браток» в кожаной куртке, толстый дяденька в стиле «обладминистрация» или худой агрессивный монстр с татуировкой на руке. Только усилием воли она сдержала визг: «Милиция!!!».
       И вот, значит, выслушав еще пару сомнительных, но многообещающих комплиментов и вытерпев еще две секунды алкогольно-чесночно-носочного смрада, она не выдержала и помчалась к проводнице с просьбой переселить куда угодно, хоть в туалет. Проводница пожала плечами (только что она кокетливо именовала кошмарную троицу «мальчиками» и снабжала их стаканами) и сказала: «Ну, миленькая, где ж я тебе свободное место возьму! Иди ищи, может, кто поменяется...»
       Она точно знала, что никто не поменяется. И точно знала, что не может вернуться туда из элементарного страха. Ни на что не надеясь, она ринулась по вагону неумолимо движущегося поезда. И случилось чудо: уже в третьем купе ей повезло. Там, правда, были двое мужчин. Но были и два свободных места. Один из соседей уже залез на вторую полку, а парень, сидящий у окна, сухо сказал: «Да, пожалуйста, какие проблемы». Она проглотила гордость и робко попросила проводить себя в купе за вещами. Он пожал плечами, но пошел с ней, с ходу оценил обстановку, выдвинул ее плечом в коридор и спустя секунду вышел с сумкой. От чувства облегчения она чуть не расплакалась.
       Тут-то их и настигла проводница. По поводу самовольного переселения в купе, на которое у нее были свои виды, она хотела сказать много слов. Но не успела. Новый сосед аккуратно и цепко отвел ее в сторону и что-то достал из кармана, говоря тихо и убедительно. Проводница немедленно заулыбалась и предложила принести чайку или кофе: «Вы такая бледненькая!» Уже идя на новое место, она спросила: «Что вы ей такое сказали?» Он улыбнулся: «Да мне приятель сделал «корку» службы безопасности с моей фотографией, я ей сказал, что все передачи из ее купе конфискую». Она замялась: «Так вы оттуда?!» А он ответил: «Упаси боже, я в компьютерной конторе работаю».
       Когда они вернулись в полутемное прохладное купе, спаситель снова сел было с книжкой к окну. Но она, все еще исполненная благодарности, принялась истерически щебетать, доставая еду и настойчиво его угощая. Он несколько раз вежливо отказался, но она все приставала со своими домашними пирожками. Наконец, тяжело вздохнув, он, видимо, решил, что «проще съесть, чем объяснить, почему нельзя», и отложил книжку переплетом вверх.
       Книжка была про «Бешеного». И она непроизвольно поморщилась, что он заметил. Проследил за ее взглядом, явно смутился. Даже счел нужным объяснить: «Это я здесь, в поезде, купил. Ничего не успел с собой захватить, а ехать долго. Тут как раз продавец ходил, а у него или это, или женские романы... Теперь уже она смутилась оттого, что вынудила человека оправдываться. И поспешно спросила: «А что вы вообще читать любите?» — чувствуя себя при этом полной идиоткой, неспособной даже подобрать адекватную тему для разговора.
       Но он неожиданно ответил. И они разговорились. И всю неловкость как рукой сняло. Это был, наверное, тот самый «эффект попутчика», когда совершенно незнакомый человек, которого ты больше никогда не встретишь, становится на несколько часов самым близким, и ты рассказываешь ему все-все, даже самое сокровенное, даже то, что никогда и никому, в том числе себе самой...
       Ей было тридцать шесть. Ему — двадцать семь. Она, никогда не бывавшая замужем, одна воспитывала дочь. Он недавно и грязно развелся после полутора лет глупого брака. Тем не менее оба каким-то образом избежали презрения к семейным узам, основываясь на отдельно взятой неудаче. Разницу в возрасте они не чувствовали, может, потому, что жизнь в равной степени болезненно побила обоих. Однако, когда она небрежно-весело сказала «тридцать шесть», некий блеск в его глазах погас, зато улыбка стала еще более дружелюбной.
       Они проговорили всю ночь. «А потом меня как-то, знаешь, разом осенило: ни-когда он от нее ко мне не уйдет»... «Прихожу вечером, уставший как собака, а ее дома нет, ужина нет, и мои грязные носки немым укором на кухонном столе»... «Рисует прекрасно для своих десяти, учительница очень хвалит»... «Ну и «деды» меня в туалете зажали, я тогда совок железный схватил, к стене спиной: хотя бы одного убить успею»... В купе было темно, оно освещалось только проносящимися за окном фонарями, на столе позвякивали стаканы, на маленьких полустанках гулкие женские голоса объявляли об отправлениях поездов, на больших станциях он выбегал за пивом, а она волновалась, что он не успеет... Они смеялись и сочувствовали, ощущая такое родство, словно знали друг друга всю жизнь. Оттого, что говорили шепотом, казалось, что у них — общая тайна. Но стоило заговорить громче, и сосед на второй полке принимался протестующе ворочаться. Тогда они шли курить в тамбур, в тусклом свете табачный дым жег глаза, поезд качало, и ей все время приходилось опираться на него, держаться за крепкую руку. В темном вагонном стекле отражались полуобнявшиеся люди — маленькая Она и большой Он.
       А потом они, так и не сомкнув глаз, свежим солнечным утром приехали в Москву. Он — в командировку на три дня. Она — в гости. Ее встречал пожилой дядя. Она кивнула на прощанье и повернулась было уходить, и тут увидела, как из вагона появляются ее бывшие помятые соседи. Того, что с наколкой, вели милиционеры. Тогда она снова подошла к своему спасителю, и они стали смеяться, а потом поцеловались. И прежде, чем он сообразил, что им нельзя расставаться, ее уже увел дядя.
       
       К читателю. Как сладка банальность! Так и хочется запеть голосом певца Малежика «Ах, попутчица...» В переводе с нормального языка на современный «банальность» — это «хит». То, что повторялось и будет повторяться с каждым...
       Но, к делу. Он знал только одно: ее родные обретаются где-то в районе Алтуфьевского шоссе. А сама она живет в одном с ним городе — там она тоже была в гостях. Ее фамилия распространена примерно как «Сидорова». И он больше никогда не встретит такого близкого человека.
       
       Что было дальше? Угадывайте и звоните: 925-41-27
       
       А. В течение трех дней он, как сумасшедший, мотался по Москве, уповая на то, что дядя — брат ее отца и фамилия у него та же. Он поставил на ноги всех знакомых москвичей, мелькала даже бредовая мысль, чтобы не уезжать и продолжать поиски, но это было утопией, работа все-таки была нужна. В состоянии полной депрессии он отправился домой. Примерно через час после отхода поезда она вошла в его купе. Она знала, каким поездом он едет, взяла первый попавшийся билет и шла по вагонам, надеясь его найти.

       Б. Размягченный неожиданными эмоциями, он взялся за командировочные дела. На пригласившей его фирме работала очаровательная девочка-референт, скрасившая вечернюю тоску гостя. Против всех ожиданий их отношения сложились, и спустя год он переехал в Москву к своей референтше. А дама с распространенной фамилией так и жила одна, воспитывала дочку и ругала себя за то, что не взяла номер телефона случайного попутчика.

       В. Она сидела на кухне у дяди, резала салат. И слушала, как по радио каждые полчаса зачитывают объявление: он ее ищет (он заказал такие на нескольких радиостанциях и дал в нескольких газетах — потратил бешеные бабки). Она все думала: позвонить — не позвонить. Но потом вспомнила его дружелюбную улыбку и сказала себе, что ей тридцать шесть, а ему двадцать семь.
       

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera