Сюжеты

ПЬЕРО РИШАР, ОН ЖЕ — ДЯДЯ ВАНЯ

Этот материал вышел в № 73 от 08 Октября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

Пресс-конференция знаменитого француза оказалась артистичнее его спектакля Пьер Ришар дал в Москве пресс-конференцию перед премьерой «шоу в скетчах» «Страсти Пьера Ришара». А 5 и 6 октября мэтр, его труппа — актеры чилийского,...


Пресс-конференция знаменитого француза оказалась артистичнее его спектакля
       


       Пьер Ришар дал в Москве пресс-конференцию перед премьерой «шоу в скетчах» «Страсти Пьера Ришара». А 5 и 6 октября мэтр, его труппа — актеры чилийского, аргентинского, арабского и русского происхождения, его джазовые «музыканты со всего света» сыграли в Театре эстрады премьеру, приготовленную «специально для России». На пресс-конференции мэтр кинокомедии блистал. Он говорил:
       — Это шоу в скетчах. В центре которого, простите, я. То, что я люблю, чего боюсь, что меня забавляет... Я там говорю о цирке, потому что люблю цирк. Говорю о Чарли Чаплине, потому что люблю Чаплина: я из-за него и стал делать то, что делаю сейчас. О латиноамериканской музыке: я очень люблю Латинскую Америку! О проблемах в мире — но не о политике, а о том, с чем мы встречаемся каждый день. Вы увидите, как герою дают исповедаться перед залом и с размаху лупят по щекам... Вы, зрители, смеетесь, но я-то не смеюсь! Это ведь не две пощечины! Мы делаем по девять-десять проб. Соответственно — восемнадцать пощечин в эпизоде.
       Московские барышни с диктофонами строго спросили:
       — Если б Бог предложил вам выбирать, какую бы внешность вы приобрели: Алена Делона, Леонардо ди Каприо, другого рокового мужчины?
       Ришар сказал, что не хочет быть Леонардо ди Каприо. Что персонаж его — драматический и трагикомический. Что друзья в Париже зовут его Пьеро. Что он мечтает сыграть чеховского дядю Ваню. Что еще не дозрел до Чехова, но почти готов к нему...
       Напоминал он капитана де Тревиля — с благородным красноватым загаром, приобретенным на поле боя. Пленял изящной и насмешливой речью. Тактом, шармом, достоинством. Окончательно очаровал, вежливо отказав прессе в просьбе рассказать свежий парижский анекдот.
       И это было предусмотрительно. Потому что московское шоу, как выяснилось, состояло больше из старых анекдотов.
       Пьер Ришар выходит на сцену в почти клоунском мешковатом костюме. Его сопровождает русский актер-переводчик Артем Кретов. Девушка, рекомендованная как парижская вокальная звезда, поет полкуплета «Бесаме мучо». Девушка, рекомендованная как звезда драматической сцены, играет с Кретовым короткий скетч.
       Ришар говорит залу, что терпеть не может клише. «Вот «русский с бутылкой водки» — это клише. Правда жизни — это русский с двумя бутылками». Француженка с недотепой-мужем и любовником в шкафу — это тоже клише. В следующем скетче выясняется, что правда жизни — это француженка с двенадцатью любовниками и мужем (Пьер Ришар), настолько недотепистым, что он принимает всю эту братию за новую мебель.
       Ришар говорит о своих обидах. Однажды, когда он сидел в парке, мрачно размышляя об издержках популярности, к нему подскочили девушка и юноша с фотоаппаратом. Они попросили звезду сфотографировать их вдвоем — и умчались, прихватив его зеленое садовое креслице...
       — Такой случай и правда был со мной в Париже, — горько говорит актер.
       Ришар говорит о своих страхах: он боится зубных врачей. Вся очередь к стоматологу (следующий скетч) боится зубных врачей. Кроме одного джентльмена. На него вопли из-за дверей и зуд бормашины не производят впечатления: джентльмен глух. (Думаю, анекдоту лет тридцать. Уж очень много обезболивающих средств появилось у стоматологов в 1970-х и позже.)
       Ришар говорит о Чаплине. О Латинской Америке. О цирке. О джазе. О своей любви к югу Франции, цикадам и игре в шары. Джазисты в мятых малиновых пиджаках ему подыгрывают. Но все выстроено (по тексту, пластике, по какой-то добродушной, фургонной незатейливости гастролей) так, что действо напоминает курортный концерт в Анапе, в основательном военном санатории чуть не хрущевских лет: цикады звенят, а ты, томясь, ждешь французской кинокомедии.
       Наряду с обычными билетами продавались и т.н. «студенческие». Дешевые. По 250 рублей. Юношество, видимо, ждало мастер-класса на сцене. По-умному студентов следовало бы пустить на пресс-конференцию. Это был действительно мастер-класс — такта, шарма, умных импровизаций, перевоплощения в образ Пьеро и парижского дяди Вани.
       
       Самое смешное, что от шоу «послевкусие» осталось действительно абсолютно чеховское. Грусть, конфуз, недоумение, смутная жалость к хорошему человеку. Смутные аллюзии: уездные фокусы Шарлотты с двумя пледами, торжествующим «Эйн, цвей, дрей!» и цирковым прошлым (впрочем, это уже «Вишневый сад»). Реплики дяди Вани: «...Настоящее ужасно по своей нелепости. Чувство мое гибнет даром... Я талантлив, умен, смел... Если бы я жил нормально, из меня мог выйти Шопенгауэр, Достоевский... Я зарапортовался!»
       Может быть, этюды к «Дяде Ване» и были показаны на родине героя?
       Во всяком случае, лейтмотив поведения И. П. Войницкого — невозможность объяснить ни самому себе, ни окружающим: почему он по горло занят тем суетным и житейским, чем он занят по горло? — витал над шоу.
       Но как-то уж очень тонко. Как в старом парижском анекдоте на другую тему.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera