Сюжеты

ДЯДЕ-МИЛИЦИОНЕРУ ДЕТЕЙ НЕ ОТДАВАЛИ — ЗАБРАЛ САМ

Этот материал вышел в № 79 от 29 Октября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Подполковник Романов умрет, если президент не накажет липецких ментов Эта пресс-конференция в «АиФ» была чем-то средним между посиделками на кухне и безнадежными откровениями где-нибудь в коридоре поликлиники. Когда понимаешь, что реальных...


Подполковник Романов умрет, если президент не накажет липецких ментов
       
       Эта пресс-конференция в «АиФ» была чем-то средним между посиделками на кухне и безнадежными откровениями где-нибудь в коридоре поликлиники. Когда понимаешь, что реальных последствий от этих разговоров не будет, но и молчать не можешь, потому что здесь тебя хотя бы слушают с сочувственным лицом и бормочут что-нибудь вроде: это ж надо, бедняга, как жизнь-то тебя не балует
       
       Мы сидели вперемешку: четвертая типа власть и родители погибших детей, теребящие папки с ксерокопиями документов и фотографиями. Подполковник Романов, отец убитого семнадцатилетнего парня и инициатор встречи, сказал, что родители погибших детей создали инициативную группу «Родители против милицейского произвола». И сколько вас таких, осведомилась четвертая власть. «Пока пять, но будет больше», — тихо ответил Романов. Тот факт, что подполковник Романов, на секундочку, с 4 октября голодает, как-то никого особенно не заинтересовал (см. «Новую газету» №77).
       Я как-то не сообразила поинтересоваться, где остановились в Москве приехавшие из Ельца и Липецка родители погибших детей, как устроились и когда собираются возвращаться домой. Их ведь специально на пресс-конференцию вызвал подполковник Романов. И они приехали. Думая, что пресс-конференция — это, наверное, очень солидно и, уж конечно, теперь все пойдет по-другому. Набегут господа из аппарата Уполномоченного по правам человека и именитые правозащитники, президент ответит на телеграммы, причем лично, и менты, убившие детей, будут немедленно наказаны.
       На лица родителей потом больно было смотреть. Они сидели, сами как дети, растерянные, недоумевающие. До начала пресс-конференции подполковник Романов раздал дискеты с материалами, в частности со своим дневником. Напомню: он надеется, что дневник прочтет президент Путин, и только тогда Романов прекратит голодать. И еще напомню: дневник фиксирует хождения по бюрократическим мукам Романова и других родителей детей, убитых елецкими и липецкими ментами или при их попустительстве.
       Я вот думаю: может, и эти родители говорили когда-то своим детям: не будешь слушаться — отдам дяде— милиционеру. Прошло каких-то десять лет, и угроза сбылась. Дяди-милиционеры не стали дожидаться, когда им «отдадут» детей, пришли и забрали сами. Наказали от души, по полной программе. Проще говоря — убили. Или позволили убить.
       Мне не передать вам ощущений, возникающих при взгляде на реальных людей, у которых «так бывает». Выходит, например, мужчина по имени Андрей Рябцев. Хочет рассказать о гибели своего четырнадцатилетнего сына. Достает фотографию. Потом говорит «извините» и снова садится на место, глядя в сторону и судорожно сглатывая, чтобы не разрыдаться на глазах у четвертой власти. А подполковник Романов тем временем глухо информирует собравшихся, как в Ельце развлекался пьяный мент, гоняясь по улице за детьми на машине, и как его машина подбросила на три метра вверх мальчика по фамилии Рябцев, а его подружку провезла на капоте 38 метров. И как потом мент сбежал, и ничего ему не было. Восстановился сейчас в органах, все нормально...
       Или выходит женщина по имени Татьяна Целых, тоже из Ельца. Плачет. Смотрит искательно. Называет даты и фамилии. Ее сыну было восемнадцать. Майор милиции купил машину, обмыл и, еще даже не имея водительских прав, отправился катать двух дам, встреченных в кафе. И шедшего по обочине мальчика по фамилии Целых сбил и провез двадцать метров на капоте, сбросил и не остановился. А подружку мальчика отшвырнул в кювет. Следственного эксперимента не будет. И майору ничего не будет.
       А женщина из Ельца Валентина Теременко потеряла шестнадцатилетнего сына. Его забрали с урока, обвинив в участии в групповом изнасиловании. У примчавшихся в детскую комнату милиции родителей открытым текстом вымогали деньги. После чего сообщили, что их сын из ментовки сбежал. Спустя сутки его нашли на берегу реки повешенным на рукавах рубашки. Мальчик висел на высоте 4 метра, рядом записка печатными буквами: «Мама, прости». Накануне всю ночь шел дождь, но одежда на мальчике была сухой. Челюсть свернута, в области селезенки — опухоль. Менты даже не стали снимать его с веревки, предложили это сделать родителям... Следователь, который вел дело о предполагаемом самоубийстве, был быстро отстранен как «некомпетентный», после чего все быстро замяли. Никто не наказан.
       Инициативная группа «Родители против милицейского произвола» будет собирать информацию о противоправных действиях сотрудников милиции, оказывать помощь родственникам пострадавших от этого самого милицейского произвола... По принципу: если вместе — оно проще. Хотя, по правде говоря, не представляю, как смогут эти люди, и без того сломленные юридической волокитой, справиться с бюрократическими проблемами, поджидающими на каждом этапе регистрации их НЕУДОБНОЙ некоммерческой организации.
       Впрочем, у них нет больше иллюзий, и, наверное, именно это поможет в их безнадежной борьбе. Они больше не верят, что кто-нибудь им поможет — та же пресса, например. И они больше не верят, что в этой стране есть законность. Ведь именно представители закона лишили их детей.
       Милиционер — тот, о ком вспоминаешь, когда беда. Дядя Степа. Полковник Гуров. Майор Пронин. На худой конец, капитан Ларин. Ни на кого больше не рассчитываешь, зажмуриваешься и орешь во весь голос: МИЛИЦИЯ! Но что же, что такое случилось с нами, если ты молишься об одном: не случись на моем пути, не случись на пути моего ребенка, слышишь, милиция!
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera