Сюжеты

СТРАДАНИЯ — ДЕЛО ДОБРОВОЛЬНОЕ

Этот материал вышел в № 81 от 05 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

У всех, кроме России, после каждой войны и революции — перерыв на обед В 1998 году я вдруг резко бросил свой достаточно успешный бизнес и занялся совершенно новым для себя делом — проблемой формирования и смены идеологий. И вот почему. Я...


У всех, кроме России, после каждой войны и революции — перерыв на обед
       

   
       В 1998 году я вдруг резко бросил свой достаточно успешный бизнес и занялся совершенно новым для себя делом — проблемой формирования и смены идеологий. И вот почему.
       Я через бизнес и на примере своей личной жизни почувствовал, что в мире назревает небывалый системный кризис, который может привести, как это бывало и раньше, к мировой войне, а в стране ситуация, как накануне революции 1917-го, помноженная на перестройку-1989. Просто я, наверное, раньше других пришел по жизни в точку, которую называю «личным концом света». Я потерял семью, первый раз в жизни попал в больницу — и сразу на операционный стол, а бизнес стал настолько опасным, что почти все силы уходили на то, как остаться живым.
        И пройти через эту точку придется практически всем, только с разной степенью сжатия. Если у вас одновременно наступил кризис на работе, в семье и со здоровьем, то вы уже в ней. Нарушения нарастают, и они все менее совместимы с жизнью. Грубо говоря, ваше программное обеспечение (сознание) стало настолько неадекватно, что вы практически самоуничтожаетесь. Например, уже зима, а вы еще одеты, как в Сочи на пляже. И каждый день ждете, что лето вот-вот вернется и все будет, как раньше.
       Это невозможно обойти, это объективный закон развития сознания. Как период полового созревания в физическом развитии. Выходов из этого состояния три.
       Первый – смерть. Пока самый распространенный. Каждый год в России минус 1 млн. Пьянство, наркотики и т.п. – это не причина ухода, это только способ.
       Второй – незаметная смена сексуальной ориентации. Энергетика не выдерживает и переворачивается. Но это уже другой путь. Статистики нет, но, судя по СМИ, таких немало. А судя по американцам, это очень массовый процесс, и никакие «виагры» остановить его не могут. Это тоже смерть, только без умирания. Детей-то нет.
       Третий – самый простой и самый трудный – изменить свое сознание (систему ценностей, правила жизни, идеологию), встать на путь гармонизации. Статистики нет, но, судя по косвенным признакам, процесс идет бурно. И я не один такой – это точно.
       Как только наберется критическая масса, произойдет добровольный и естественный переход к новой идеологии. Но за это, видно, всем нам придется дорого заплатить. Мы же не любим легких путей. Практически упрощенно это выглядит так: духовным людям — гармонизировать себя, достраивать недостающую им свою эффективность в материальном мире. А материалистам типа Березовского – почти отсутствующую духовную составляющую половину. И выбор за вами: или вы это делаете сейчас – дешево, или попозже и подороже. Ну и есть, конечно, первый или второй вариант. И не питайте иллюзий: мимо проскочить не удастся никому, даже президенту.
       Старые манипулятивные технологии стали даже тактически неэффективными и стратегически бессмысленными, и все чаще физически опасными.
       Самый яркий пример – Березовский. Несколько раз ему приходилось переходить на нелегальное положение и осваивать технологию собственного физического выживания. Прошел, как теперь говорят, курс школы полного беспредела. И понял на практике, что быть победителем и побежденным в итоге одинаково плохо. Война всех против всех делает победу или временной, или бессмысленной с точки зрения затраченных усилий и загубленных жизней. И отсутствие денег, и большое их количество не спасают от страданий душевных и физических. Стало невозможно жить. (Раньше можно было на время спрятаться и передохнуть от грешной мирской жизни в монастыре, но теперь заповедников, защищенных от материализма и дарвинизма, не осталось.)
       
       Умирать мне очень не понравилось, и я решил все отпустить и поискать возможности другого устройства своей жизни. И как кандидат наук вспомнил о научном подходе, зачислился в Российскую академию наук. И с друзьями организовал рабочую группу под названием «Центр проблем развития сознания и новых технологий». И приступил к изучению и постоянным испытаниям на практике — в бизнесе и политике — всего, что наизучал. Одновременно заново учился честно зарабатывать честные деньги.
       В первую очередь занялся вопросом, почему периодически меняются общественное сознание, обслуживающая его идеология и тип экономики. Так как идеология – это добровольно принятые большинством жителей страны правила жизни, значит, в ее основе лежит вера. И поэтому, кроме веры в деньги, пришлось мне, крещенному, но по сути не верующему, разбираться с другими типами веры. Так как наша страна состоит в основном из двух частей — православной и мусульманской — и небольшой, но очень активной иудейской, пришлось изучать их все. Я нашел и познакомился не с начальниками, а с реальными глубоко верующими носителями живой веры.
       В православии это были старцы и молодые служители, в исламе — прямой потомок пророка в Турции, а в Израиле — идеологи церкви. Я должен был практически познакомиться с их путями к Богу. И был удивлен и шокирован тем количеством уже заложенного во мне отторжения, и, если честно, даже страха, агрессии и ненависти к иным...
       С большим трудом разобравшись трезвым умом со всеми специально понастроенными нами самими искусственными препятствиями и противоречиями между верами, я перестал их воспринимать как иных, чужих. Я вдруг перестал их бояться и ненавидеть. Я как ученый-практик честно и добросовестно изучал их веры, сравнивал их технологии работы с душой, а для этого молился вместе с ними, просил их показать свой закрытый внутренний мир, их веру, их путь. Понимание пришло вдруг и очень простое. Я перестал бояться других, потому что сам стал верующим. И оттого, что молился рядом с ними в их храмах, не перестал быть христианином, не стал мусульманином или евреем. Я стал верующим. И понял, что есть единый Бог и разные дороги к нему. И как похожи душами друг на друга верующие разных религий, и как похожи неверующие друг на друга. И какая между ними пропасть. Настоящие неверующие — это голые материалисты, они тоже верят, но только в деньги и власть.
       Чего стоило мне первый раз переступить порог мечети, не говоря о синагоге! Даже не представляю, что бы на моем месте испытал генерал (ныне губернатор) В. Шаманов после своих двух инфарктов на войне в Чечне. А вдруг, а может, даже и не вдруг, он станет президентом этой страны. Что ему тогда делать, если у него есть такие же страх и ненависть, какие были у меня? И что ему остается? Русский фашизм?
       Сейчас в России происхо-дит очередная смена одного типа сознания другим, как это было в 1917-м и в 1991-м. А значит, уходит старая идеология. А пока невидимо, но очень бурно идет процесс создания условий для формирования новой идеологии (правил жизни) и соответствующего ей типа новой экономической системы.
       
       Ельцин как интуитивный политик сам почувствовал приход своего времени и его окончание. Уходил он вместе с идеологией своего десятилетия. Ему не надо хорошо мыслить, потому что он хорошо чувствует. Потому и приход Путина, и выбор его Ельциным и народом абсолютно неслучайны. Путин в совершенстве владеет всеми современными манипулятивными технологиями: и кагэбэшными, и олигархическими, и бандитскими. Поэтому на выборах каждый реально видел в нем своего. «Семья» — своего директора их АО, армия — своего спасителя, а народ – своего защитника.
       Но реальным президентом Путин стал тогда, когда утопили «Курск». На встрече с матерями погибших его сознание реально попало в кризис. Это была его точка личного конца света. И он несколько часов искал выход. Надо было там, на месте, решать, с кем ты. Путин выбрал народ. И вышел оттуда другим, в другую сторону, как Горбачев с Фороса. Но команда прежняя, технологии и цели те же. Отсюда и фраза из глубины души: «Выть хочется».
       Всем хорош Путин – и молодой, и за народ, и почти развелся с «семьей». А что делать – не знает. Потому что ищет ответ в области политики и экономики. А его там просто нет.
       Он — в идеологии. Поэтому не до конца понятно мне еще – новый он лидер или, как другие, будет только сопровождать наш переход. Но времени для осознания этого и принятия решения уже почти нет. Либо мы с Путиным переходим к новой идеологии, или этот период затянется, и мы пройдем через военный переворот, диктатуру, лет пять будет очень плохо и больно. Потому Путину мы должны помогать. Помогая ему, мы уменьшаем нашу цену перехода.
       Путин жестко отрезал себя от всех. Он, как истинный «главврач нашей больницы», всем больным и себе тоже поставил правильный диагноз, но пока не знает, как лечить. Желающих бороться против Путина будет в достатке. И из самых близких и преданных вырастают самые опасные предатели. Мы это уже видели, и не один раз.
       
       Я думаю, что главное историческое предназначение России – изучить и испытать на себе все тупиковые пути развития и найти для всех новый путь и первой сдать этот экзамен. Недавно один французский ученый – специалист по истории России — сказал: «Ваша история уникальна. Это непрерывные страдания и испытания. Все остальные народы страдают с перерывами. После каждой революции и войны – перерыв на обед».
       Так как Россия – это часть мира, состоящая из основных типов восприятия мира (сознаний) и основных мировых конфессий и культур (христианство, ислам, современный иудаизм), то идеология, которая здесь будет выработана и добровольно принята, необратимо, естественно и быстро будет не навязана, а добровольно перенята сначала большинством стран с таким же интуитивным восприятием мира. В первую очередь это исламский мир и весь Восток, кроме Китая. А после этого мы все вместе будем уже не воевать, а помогать выбираться из кризиса (тупикового типа сознания) заблудившемуся в материализме Западу. Спасать от самоуничтожения и самоизоляции Америку и лечить ее, как наркомана, с любовью и терпением. А Китаю — избавиться от иллюзий, что он сможет занять место США в мире.
       Сейчас это может казаться смешным, но мы будем обязательно помогать Западу, особенно США, а без войны или после большой войны – это сейчас и решается. И учиться тому уникальному и так нужному нам, тому, что есть только в западном мире, – их умению эффективно использовать материальные ресурсы, но уже без колониального воровства, и делать нашу частную жизнь такой же удобной. Мы принципиально разные потому, что это два разных типа мышления. Рациональный у них и интуитивный, чувственный у нас («умом Россию не понять»), отсюда и страх, переходящий в агрессивность и даже ненависть друг к другу. «Спасутся все или никто». Придется всем нам этому учиться.
       Время сильных и жадных заканчивается, приходит время эффективных и честных. Очень скоро будет стыдно быть нечестным или бедным. Особенно в России с ее-то ресурсами.
       
       Последние события показывают, что Путин быстро обучается профессии президента. Он одновременно и работает, и учится, и сдает экзамены. Путин очень старается. Он твердо знает, что надо обязательно сближаться с Западом, но не по их «правилам игры». Поэтому он сближается, не сближаясь. Он уже стал гроссмейстером политических разводок и может выиграть тактически (пример с Грузией и Абхазией и военными базами), научился говорить правду народу (сбитый украинцами «Ту-154»), но без стратегии и идеологии он может только отодвигать пока неизбежный политический кризис или военный переворот.
       Путин первый из наших лидеров уже вылечил свое личное политическое «я». Его уже не посадишь в истребитель. Лесть уже не действует на Путина и выглядит смешным и дешевым приемом. Он не надувается от счастья от встречи с самим американским президентом. Это для него просто работа. Он очень точно сказал: «Идет тяжелая борьба за наши национальные интересы».
       А главный вопрос Путина «Что делать?». Как сделать этих иных — чужих, прежде всего мусульман, — своей надежной опорой? И точно уже не «мочить» (Чечня, как капкан на ноге, как открытая рана, болит днем и ночью). А сложность ответа — в его простоте. И находится он только внутри сознания самого Путина. А чтобы его найти, рано или поздно, но неизбежно Путину придется проделать путь, похожий на мой.
       Я говорю обо всем этом так уверенно только потому, что раньше многих прошел этот путь изменения своего сознания. И добровольно сделал свой выбор — жить по новым правилам. Вы не представляете, как быстро после этого жизнь начинает изменяться и улучшаться. Теперь я точно знаю, что страдания — дело абсолютно добровольное.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera