Сюжеты

ПОСЛЕДНИЕ МИЛИ

Этот материал вышел в № 82 от 12 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Дальше счет пойдет на километры То ли на острове, то ли где-то, не доезжая Холи-Кросс. Костер Догреб до какого-то берега. Вообще-то хотел до деревни Холи-Кросс, то есть Святой Крест. Мне про нее нарассказали. Каждая деревня клевещет на ту,...


Дальше счет пойдет на километры
       


       То ли на острове, то ли где-то, не доезжая Холи-Кросс. Костер
       Догреб до какого-то берега. Вообще-то хотел до деревни Холи-Кросс, то есть Святой Крест. Мне про нее нарассказали. Каждая деревня клевещет на ту, что ниже по течению. Льет, можно сказать, словесные помои. А как их отправишь обратно — только ниже и ниже по течению плывет клевета, обливая, наконец, эскимосов. Но эскимосы хитрее атабасков. Чукчи умные. Плох тот чукча, что не мечтает стать эскимосом. Шутка.
       Итак, под эскимосами открыли нефть. И хотели дать эскимосам денег и выкачать ее всю. Кто хотел? Да тот же Дик Чейни, вице-президент. Он налогов 12 миллионов заплатил…
       Но эскимосы говорят: постройте нам лучше школу. И выросло поколение, жившее рядом со школой. Они-то уже баррель от галлона отличат, они уже мягкий вагон по номеру ищут. И эти «новые эскимосские» теперь держат всю нефть, имеют с каждого барреля троицкую унцию. И не в юртах живут, а в домах с тарелками. И детям дают по пятьдесят баксов в день на леденцы. Можно купить три фунта леденцов. Но живут те эскимосы в Барроу — самом северном городе Аляски. Туда даже дороги нет. И баксы особо не потратишь. Там у них заповедник баксов.
       Итак, деревни атабасков.
       Про Калтаг говорят, что там каждый день драка. Стенка на стенку, с бейсбольными битами. Пригребаю в Калтаг — шум за милю, и действительно, вся деревня с бейсбольными битами, играют в софтбол. Объяснять разницу с бейсболом? Правильно, никакой разницы, бьешь по мячу и бежишь по базам.
       Про Грейлинг говорили — там они стреляют друг друга. Но я дотуда греб сутки, поставил палатку, и они уже могли стрелять, я не слышал. А про Холи-Кросс говорят, там стреляют друг друга из «узи». Их закупают из-под полы в Анкоридже, привозят домой и стреляют соседей.
       Но куда-то ведь я пригреб. На последней передаче догреб. Не то остров, не то материк. На карте нету. Карту издали полвека назад. Рельеф меняется. Надо бы как-то назвать этот берег. Вот французы догребли до Африки и нашли там слоновую кость. Так и назвали — Кот-д'Ивуар. А на этом берегу только лосиный помет. Я уже умею отличать лосиный помет. Был бы я скаутом, дали бы значок.
       А волны по Юкону выше сельсовета. Они разрушают берег, и деревья падают в воду. Знали мы, что делали, продавая Аляску. Пусть себе покупают, все равно ее всю Юконом смоет в Берингово море. За семь миллионов баксов, знаете, сколько фунтов кофе можно было купить.
       Можно было урожай в Бразилии купить на корню плюс Рональдо в зародыше. А мы все вгрохали в Асуанскую плотину.
       Такой сейчас ветрило, серая вода кругом, рушится берег. Ура, товарищи!
       
       И океан поднимет нас на плечи…
       Завтра я впадаю в Берингово море.
       Много деревень осталось за кормой, немерено футов протекло под килем. Но ведь так и не описал я свой рафт, надувную лодку. Он неописуем, и очертания его стремительны. В нем есть четыре уключины. И три заплаты уже стоят. И сейчас ведется работа, как приделать к нему парус. Мне тут водопроводчики спаяли две трубы. Будет мачта. Будут ванты, реи и шток-марсель. Один парус — предположительно — верх от палатки. Но пусть уж он будет сток-марсель.
       А деревня эта зовется Котлик. В ней невыносимы комары и дети. Комаров много, потому что тундра. А детей эскимосских — почему их так много? А за каждого ребенка платят две штуки баксов в год. Не так уж много. Значит, надо больше детей. И вот эта толпа окружает мой лагерь и требует шоколада. Полпачки раздал, остальное они сами потом взяли. Да нет, не украли. Вот я трубу для мачты, что, украл? Так, валялась. Тем более что шоколад — с баржи.
       Меня они в реке выловили. Я был дезориентирован и греб вверх по течению. И вот послал мне Бог, послал мне баржу. Это он нытикам только посылает голубя — мол, крепись. А я и не терял духа. Мне сразу — баржу. Застопорили дизеля, пришвартовали меня и взяли до Котлика. Всего километров восемьдесят сачканул. И баржей порулил, кстати. А в Котлик даже первый пригреб. Баржа на мель села по случаю отлива. И спустили рафт на воду, и броненосцем «Потемкиным» прорезал я водную гладь акватории.
       А на берегу уже ждали дети. И один ребенок сразу прыгнул в рафт с заточкой. Это еще у Войновича подмечено. Прилетает в деревню аэроплан, и первым на месте — ребенок с тяжелым предметом. Но я детей направил в мирное русло. «Дети, — сказал, — помогите-ка дяде». И они разгружали рафт, ставили палатку, отгоняли комаров (рацпредложение: использовать детей при разгрузке баржи).
       У них тут сухой закон. Начиная с деревни Рашн Мишн, алкоголь запрещен. Так община проголосовала. Но потом все удивлялись: кто ж это был против виски? В Галене, где военная база, бутылка виски стоит тринадцать баксов. В прибрежном кабаке «Ласт Чэнс» — уже двадцать пять. В Нулато — сорок. В Рашн Мишн — сто. Только вы подумайте, просмакуйте — сто баксов за бутыль сорокаградусной! А потом в полицейских сводках маячит: «Задержана лодка с грузом нелегального виски на сумму десять тысяч ба…» А там и было-то два ящика. Но за Полярным кругом что морозы, что цены — все по Фаренгейту.
       А теперь обращение к россиянам: не стыдно, братья и сестры, перед мексиканцами? Сколько эти латиносы штурмуют границу! Ловят и топят, и бьют их баграми, а они все равно лезут. За Родину, за 5,75 в час минимальной зарплаты! Дальний Восток! Бросаем пить, грузим танкер водки, гоним в сторону Юкона. Отдадим за полцены, а деньги… Как-нибудь инвестируем.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera