Сюжеты

ВРЕМЯ ВОРЧАТЬ

Этот материал вышел в № 84 от 19 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

При вручении премии ТЭФИ среди номинантов, уже попаданием в тройку вознесенных к вершине признания, мелькнула парочка молодых ведущих из MTV. (Премии им не дали, а зря: хорошо бы — для сугубой наглядности.) Тут же вспомнилось: раз я...


       
       При вручении премии ТЭФИ среди номинантов, уже попаданием в тройку вознесенных к вершине признания, мелькнула парочка молодых ведущих из MTV. (Премии им не дали, а зря: хорошо бы — для сугубой наглядности.) Тут же вспомнилось: раз я случайно включил их канал и застыл, не очень веря ушам и глазам. Звонит в эфир сверстник означенной пары, спеша сообщить о потрясшем его сверхсобытии: в туалете престижной (подчеркнуто гордо) гостиницы, в которой он служит, ему пофартило встретить Эльдара Рязанова. И ведущие добрый десяток минут резвятся, расспрашивая о подробностях, причем, хотя бедный Эльдар Александрович всего лишь, как выяснилось, скромно обошелся отправлением малой нужды, фантазию парочки радостно вдохновляют видения унитазно-фекального ряда.
       Хотя чему я, собственно, так удивился? Нормально! Юнцы, как писал Искандер, «скучно гремят порожняком своей молодости», и разве то, что ныне заменило фольклор, — телереклама («Что мы делаем, когда собираемся вместе? Да пиво пьем!») не ориентирована с такой назойливой льстивостью на потребителя в виде вульгарно оттягивающейся нашей, так сказать, смены?
       Лесть и назойливость рождают абсурд. «Забытые мелодии» — звалась передача, где Нани Брегвадзе пела бессмертную «Калитку», а меня озадачивало: кем забытые? Кто знал, тот и знает, а кто рос исключительно с Титомиром и Ликой, тому и забывать нечего.
       Ворчу? (Добавят: по-стариковски.) А почему бы и нет? «С любовью, в коей вера, плейбою от старпера» — так, помнится, я надписал свою книжку молодому журналисту, ныне знаменитому телеведущему; давненько было, когда я гораздо меньше, чем нынче, заслуживал последнего звания. Но почему-то, пусть не без самоиронии, тянуло в другой, пока еще не достигнутый мною возраст, располагающий к ворчливости. Почему?.. Как бы то ни было, а сегодня, сдается, назрела пора поворчать — или назреет же наконец! — для целого возраста. Ей-богу, поменьше бы темпераментности — от надсадного ора а-ля Анпилов до жизнерадостного порожняка «идущих вместе», впрочем, кое-чем начиненного рукой власти. Побольше возрастной оглядчивости, опасения ляпнуться на крутых ступеньках и сломать шейку бедра: не залечим — костяк слабоват.
       Вот и ворчу, даже тренирую свою ворчливость, обходя то, что наиболее на нее напрашивается (скажем, не участвуя в обсуждении типажей «За стеклом»), зато до экспериментальности мелочно придираясь ну хоть к невинному словосочетанию «молодежная культура».
       То есть понимаю, сколь симпатичен или хотя бы симптоматичен протест против «старшего поколения» с его Пушкиным и Мандельштамом, но вот чисто лексическая коррекция. «Молодежная» — о да, но «культура»… Терминологическая неряшливость опасна всегда. Культура как память человечества — это все-таки нечто категорически неделимое. И тот, кто до старости не расстанется с Децлом или Земфирой (против которых, понятно, ничего не имею и иметь не могу по неведению, не зная даже: Децл — это имя или аббревиатура?), будет подобен себе же, и в семьдесят изъясняющемуся: «клево», «прикольно». В общем, престарелый тинейджер, которых и так уже без числа расплодилось в прессе и на ТВ и которые в лучшем случае смешны. В худшем — политически расчетливы.
       Однако не только те очень взрослые люди, кто по духовной несостоятельности или по обдуманному расчету лебезит перед молодежью лишь за то, что она — молодежь, а мы все, скопом — страна престарелых подростков. Надеемся молодо, как в идущий вагон, впрыгнуть в «цивилизованный мир», но не хотим понимать, что, ежели так, мы должны равняться на общий возраст цивилизации — с его опытом, с его правилами, даже с его стариковскими предрассудками.
       Прекрасно быть молодым. Ужасно — стать инфантильным. И разве жестокость гайдаровских реформ не имела в основе откровенное предпочтение тех, кто мог их выдержать? Сильных и молодых. Что в историческом смысле памятно до оскомины: работать на «наше будущее», жертвуя миллионами тех, кто доживает свое в настоящем. А в философском означает рывок вспять — к преобладанию права сильного как фактора биологии над всякой духовностью, человечностью, состраданием и прочей сентиментальной чепухой…
       Впрочем, грех упрощать, все по привычке валя на «младореформаторов». Дело глубже, стало быть, хуже. Гениальный Денис Фонвизин еще эвон когда, понося заграницу, выражал патриотическую надежду: наше преимущество в том, что «они», как дряхлое старичье, заканчивают свою историческую жизнь, «мы» же ее только еще начинаем. Причем русский гений нечаянно откликался французскому, своему тезке Дидро, писавшему Екатерине II: счастлива, мол, страна — понимай: Россия, — где еще ничего не сделано!
       Великие умы. Благородные сердца… Да и Маяковский — не возвышенной ли надеждой был одухотворен, изъявляя «собственную гордость»? «Другим странам — по сто. История — пастью гроба. А моя страна — подросток, — твори, выдумывай, пробуй!»
       И навыдумывали. Натворили…
       Мало знаю строк, мне более близких, чем тютчевские, укоризненно обращенные к Вяземскому:
       Когда дряхлеющие силы
       Нам начинают изменять
       И мы должны, как старожилы,
       Пришельцам новым место дать, —
       Спаси тогда нас, добрый гений,
       От малодушных укоризн,
       От клеветы, от озлоблений
       На изменяющую жизнь…
       Почтительно присоединяюсь к Тютчеву. С оговоркой, сделанной Сергеем Булгаковым, будущим отцом Сергием, в сборнике «Вехи»:
       «Кто радеет о будущем, тот больше всего озабочен молодым поколением. Но находиться от него в духовной зависимости, заискивать перед ним, прислуживаться перед ним, брать его за критерий — это свидетельствует о духовной слабости общества».
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera