Сюжеты

КУКУШКИ ЗНАЮТ, СКОЛЬКО ОСТАЛОСЬ ЖИТЬ НЕСВОБОДЕ

Этот материал вышел в № 84 от 19 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Кен Кизи умер легко: лег и посмотрел на небо. Где жил — давно В 1987 году «Новый мир» опубликовал роман Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом» в переводе Виктора Голышева. «Новая газета» не однажды обращалась на своих страницах к этой книге....


Кен Кизи умер легко: лег и посмотрел на небо. Где жил — давно
       

  
       В 1987 году «Новый мир» опубликовал роман Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом» в переводе Виктора Голышева.
       «Новая газета» не однажды обращалась на своих страницах к этой книге. Она для нас — одна из самых любимых. Может быть, потому, что о той «тяжелой точке», которую мы называем в человеке личностью. И о том, что в достоинстве, как и в мысли, надо пребывать — усилием.
       Кстати, только в этом году роман Кизи «Над кукушкиным гнездом» переиздавался у нас несколько раз. И раскупался в мгновение ока.
       Мы попросили Виктора Петровича Голышева рассказать, как он переводил Кизи, о своих впечатлениях от романа и о секрете успеха этой книги
       
       Кену Кизи было двадцать семь лет, когда в 1962 году вышел его первый роман «Над кукушкиным гнездом».
       Год спустя Кизи переделал роман в пьесу. И она шла одновременно в 3500 театрах по всей стране.
       Гонорары на Кизи свалились миллионные. Но говорят, все их он потратил на травку и LSD.
       А потом приобрел «психоделический» автобус. Это был старый школьный драндулет. Кен с друзьями выкрасили его в непотребно ликующие цвета. И колесили по Америке и Мексике. Призывая к культурной революции и употреблению LSD.
       В 1967 году за хранение героина Кен Кизи десять месяцев провел в тюрьме.
       Студентом Кизи принимал участие в экспериментах по применению сильнодействующих наркотиков для лечения душевных расстройств. (Добровольно экспериментировал на себе.) Вмешательство властей положило конец этой рискованной научной программе. Но Кизи не покинул госпиталь для ветеранов войны (судя по всему, вьетнамской). Еще полгода прослужил там санитаром и ночным сторожем. То, что легло в основу романа «Над кукушкиным гнездом», — непосредственно из живого опыта.
        В 1975 году Милош Форман снял фильм «Полет над гнездом кукушки». И опять — абсолютно сумасшедший успех: пять «Оскаров», в том числе за лучшую мужскую роль Джеку Николсону и за лучшую режиссуру. Однако Кизи фильм не понравился. Он даже судился со съемочной группой.
       Известно, что «Полет над гнездом кукушки» — любимый фильм президента Владимира Путина.
       От наркотиков Кизи в конце концов отказался. Преподавал литературное мастерство в университете штата Орегон, выпускником которого был. Продолжал писать. Автобиографическую прозу, эссе, сценарии, рассказы для детей. Один из его романов назывался «А случается, я вдохновляюсь». (К сожалению, никто не вдохновился и на русский язык не перевел.)
       Нет ничего опаснее успеха. Кизи остался автором одного романа. Впрочем, не все им написанное опубликовано.
       А потом он и вовсе перестал писать. Поселился на своей ферме. Все дни проводил в хозяйственных заботах. Иногда рисовал. (Кстати, Фолкнер тоже рисовал.) Там же, на ферме, хранил легендарный автобус «веселых проказников».
       Умер Кен Кизи 11 ноября 2001 года. От рака печени. 17 сентября с.г. ему исполнилось 66 лет.
       Газеты написали, что ушел из жизни последовательный хиппи, представитель знаменитого поколения битников, культовый писатель шестидесятых, автор одного из главных романов века.
       Сын Кена Кизи рассказал, что последние часы жизни отец провел на ферме.
       Погулял немного. А потом прилег и посмотрел на небо.
       
       В застой за такую вещь браться было бесполезно. Переводить ее начал в перестройку: в 85-м или 86-м. Но и тогда не все хотели печатать. Помню, издательству одному предложил. А начальник говорит: «Не-е, я книжку эту печатать не буду, там негры плохо изображены». За негров волновался.
       Почему стал переводить эту книжку? Понравилось, как написана.
       Персонаж замечательный — Макмёрфи. С одной стороны, жулик и хулиган. Не Овод, страдающий за все человечество, да? А человек, который свои личные проблемы решает. В частности, не подчиниться.
       И в карты мошенничает, и дерется по пьянке все время. А потом… это очень сильно показано во второй части романа — сам собой уже не распоряжается. Им движут ожидания людей. Это человек, который к гибели идет. И знает, на что идет и за что.
       Но — не Рахметов. А очень американский тип. О своей выгоде странной в этих жутких обстоятельствах помнит. С одной стороны, хочет, чтобы «самоходы» перестали бояться. А с другой — проститутками интересуется. Живой человек. Не такой противно-хороший, какими мы привыкли видеть борцов за свободу людей, да? Пожалуй, это самое главное.
       И замечательный способ изложения. Потому что рассказывает Индеец.
       Вначале он совершенно сумасшедший. И возникают какие-то сюрреалистические картины — человек явно находится в бреду.
       Но потом что происходит там со всеми? И, в частности, с Индейцем?
       Макмёрфи Индейца излечивает. Изложение становится все более рациональным и внятным. И к концу книжки Индеец — разумный человек. Который принимает довольно ответственное решение. Он убивает Макмёрфи. Потому что не хочет, чтобы его видели психически казненным. Это вполне здравое решение. И даже более чем здравое. Это решение человека, который обладает большой внутренней силой.
       А вначале это просто тряпка. Его и зовут Шваброй.
       Там интересно нарисована ситуация порабощения. Постепенно выясняется, что в этом сумасшедшем доме рабство почти у всех добровольное. Эти люди поступили туда сами. Таким образом они прячутся от жизни. Довольно тяжелой. Или совсем неудачной. Для одних — от рождения. Для других — из-за семейных дел. И вот есть возможность спрятаться. Подчиниться чужой силе. Когда от тебя ничего не зависит.
       Это проблема, которая стоит и перед нами.
       Страна, в которой только 150 лет назад рабство отменили, не очень приспособлена к свободе. Бандитизм, жульничество, коррупция — это оттого, что люди не умеют еще быть свободными.
       Первым свободу дал Горбачев. Потом — Ельцин. Но человек не должен свободу получать. Человек должен свободы добиваться. Или быть от рождения свободным.
       Заколотый, замученный лекарствами, сломленный психологически, Индеец освобождается.
       И вот как раз это исчезло из фильма. Фильм снят шикарно. На американский манер. С замечательными типажами. Но рассказ идет все время объективный. Я думаю, потому Кизи и судился с ними: идея искажена.
       Кизи сам переписывал роман несколько раз, пока не дошел до этой идеи: Индеец будет рассказывать. А в фильме конфликт происходит стандартный. Это не конфликт в душе. Просто Старшая Сестра воплощает Зло, а Макмёрфи, грубо говоря, Добро.
       В книжке немножко сложнее дело обстоит. Там речь идет про внутреннее освобождение человека.
       Рассказчик есть всегда. У Тургенева часто бывает рассказчик.
       Но обычно рассказчик довольно статичен. А в этой книжке рассказчик претерпевает сильные изменения. Я не помню таких случаев в литературе.
       Макмёрфи тоже развивается. Приходит в больницу как озорник. Как мелкий преступник. Косит от тюрьмы. А потом становится чем-то вроде вождя. Понимает, что речь идет о жизни людей. И берет на себя за них ответственность.
       Любая ячейка стремится к тому, чтобы подчинить индивида. Необязательно только государство или власть.
       Общество тоже не служит индивиду. Общество — это организм, который свои собственные цели преследует. А мы в обществе вроде как кровяные клетки. Или мелкие органы.
       Да, общество говорит, что служит человеку. А на самом деле живет по своим законам. Иначе бы оно не устраивало мировой войны.
       Это что касается Большого Общества.
       Но мне кажется, любая система преследует интересы, не совпадающие с интересами его членов. Неважно, что это — конкуренция, идеологическая война или просто война. Система всегда стремится человека подчинить. Это может быть просто туристическая фирма. Или газета.
       Поэтому книжка довольно универсальная. Ее не надо читать как борьбу с тоталитаризмом или государственным строем. Эта проблема стоит на самом деле перед каждым человеком. Который так или иначе связан с коллективом. Или в коллектив попадает.
       Даже если это фермер какой-нибудь. Он вынужден принимать условия рынка, условия коллег. И насколько себя им подчинит, зависит от его характера.
       Тут довольно трудный выбор — между способностью выжить в неких обстоятельствах и себя не потерять. Эту точку равновесия каждый для себя находит сам. Что он готов платить за то, чтобы выжить?
       Макмёрфи готов был жизнью платить за то, чтобы его не подчинили.
       Часто говорят, что у нас много государства и не хватает общества.
       Но какое общество мы видим, помимо государства? Бандиты к государству не относятся. Пошлые песни, левака возьмешь — гадость типа Шуфутинского — к государству не относятся. Жулики — тоже. Бюрократы — это не только продукт государства, это продукт и личного подонства, когда взятку от тебя ждут. Да что ни возьми — полно дерьма от общества происходит.
       Пошлость глянцевых журналов, заглядывание в ширинку — это не от государства идет. Это идет от людей.
       Книжку приятно было переводить. Редкая книжка. Потому что искренняя. В смысле — подлинная.
       И вся дальнейшая жизнь Кизи подтвердила то, о чем книжка.
       Поколение, которое вместе с Кизи сильно гуляло, как-то быстро с травой и бунтами завязало. Ушли в брокеры. Успешными уоллстритовскими людьми стали. Оказалось, что цивилизация — вещь более уютная, чем шататься в толпе беспризорных людей.
       А Кизи, видимо, не смирился. В благополучного писателя не превратился. Вообще это дело бросил.
       Видимо, элемент бунта был в нем самом. И опять же не с государством или чужой властью боролся. Просто хотел вести себя так, как он хочет. И так себя и вел.
       Он мог продолжать что-то писать и не становиться фермером. Но взял и отошел от литературных дел. И уединился на ферме. Наверное, была в этом какая-то внутренняя необходимость. Как когда-то в бунте.
       Бунт бывает наносным. Связанным с конъюнктурой. Или данью модному веянию. А у Кизи то, что он исповедовал и проповедовал, совпадало.
       И с его книжкой тоже все совпало.
       Сейчас вот часто читаешь книгу и понимаешь, почему она написана. Потому что человек — писатель. А когда внутренняя необходимость в книжке возникает, это ей придает совсем другой вид.
       Давно я таких книжек не читал.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera