Сюжеты

КАК ИЗ ТРЕХ БОГАТЫРЕЙ СДЕЛАТЬ ОДНОГО ЗМЕЯ ГОРЫНЫЧА

Этот материал вышел в № 84 от 19 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

«Новый порядок» новой власти Когда два года назад Путина назначили очередным «царевичем», все задавали только один вопрос: «Кто вы, мистер Путин?» Не получив внятного ответа, общество не очень расстроилось, рассудив, что деятельность...


«Новый порядок» новой власти
       

 
       Когда два года назад Путина назначили очередным «царевичем», все задавали только один вопрос: «Кто вы, мистер Путин?» Не получив внятного ответа, общество не очень расстроилось, рассудив, что деятельность наследника рано или поздно прояснит этот вопрос. В результате получилось, как с Онегиным: «…свет решил, что он умен и очень мил».
       Политику не скроешь за частоколом бесконечных сентенций о том, что «жить хорошо лучше, чем плохо». Тем более в наш век информационных технологий. Двух лет вполне достаточно, чтобы, как говорят в разведке, «прокачать на косвенных» деятельность Путина и определить ее истинную направленность. Поэтому, несмотря на то что все это время президент ведет себя предельно осторожно, ответ на искомый вопрос начинает просматриваться.
       Голословные формулировки малоубедительны, соответственно для иллюстрации своих выводов мне нужно было продемонстрировать наиболее характерную «историю нашего времени». С недавних пор президент стал все чаще говорить о необходимости «привлечения иностранных инвестиций», поэтому я искал пример среди историй о том, как у нас обращаются с иностранными инвесторами.
       Тема иностранных инвестиций важна еще и потому, что она демонстрирует видение политики нашей власти чужими глазами. А это очень объективная в силу своей прагматичности оценка российской действительности. В конце концов в качестве примера, иллюстрирующего реальную политику Путина, я выбрал много раз описанную в СМИ и потому хорошо известную историю о том, как с иностранными инвесторами поступают энергетики.
       Они в свое время успешно освоили процесс «кидания клиентов». Схема была такой же незатейливой, как ваучерная приватизация. Только осуществлялась с помощью векселей — энергетики рассчитывались ими с банками или получали под них кредиты. Затем, выждав, когда банки запустят векселя в оборот, объявляли о своем отказе принимать их к оплате. Банки в результате лопались, а вместе с ними уходила на дно и большая часть вексельных обязательств энергетиков.
       Схема работала без проблем до тех пор, пока жертвами кидал были мелкие провинциальные банки и их такая же мелкая клиентура. Прокол случился, когда в начале 1996 года энергетические векселя купили иностранцы — российские компании со стопроцентным швейцарским капиталом. Это, разумеется, случилось не просто так — наше правительство попросило швейцарцев поддержать отечественную энергетику сотней-другой миллионов долларов. Естественно, были предоставлены гарантии, правда, как потом выяснилось, фальшивые. Вот иностранцы и купили на $255 млн векселя трех крупных ГРЭС — Рязанской, Костромской и Черепетской.
       Швейцарцы — народ сверхпредусмотрительный. Про них говорят, что, надев подтяжки, они на всякий случай подпоясываются ремнем. Поэтому процесс инвестирования сопровождался тотальным бумажным обеспечением — делался дополнительный экземпляр каждого документа, даже самого незначительного или второстепенного, который отправлялся в Цюрих. Поэтому когда энергетики, получив деньги, перешли к процедуре кидания и с помощью партнеров в лице правоохранительных органов уничтожили все российские экземпляры документов, это ничего не дало.
       Инвестиции были подтверждены с уникальной не только для нашей, но и для мировой практики основательностью. Даже Генеральная прокуратура, потратив восемь месяцев на экспертизу документов, была вынуждена дать заключение, что швейцарцы по всем статьям являются добросовестными владельцами векселей. К аналогичному заключению пришли и полсотни судов.
       В чем не уступали энергетики швейцарцам, так это в упрямстве. Четыре года они, вставляя в колесо судопроизводства в качестве палки правоохранительные органы, блокируют все попытки швейцарцев вернуть свои деньги. Было возбуждено уголовное дело по факту «кражи векселей», которое регулярно продлевается прокуратурой на основании фабрикуемых следствием фальшивок. Причем в своем вранье наши «правоохранители» потеряли всякое чувство меры — суд установил, что даже замгенпрокурора В. Колмогоров сознательно лгал, чтобы прикрыть незаконные действия своих подчиненных.
       Если такие чины врут открыто, можно представить, что вытворяют рядовые исполнители энергетического заказа? Очередной акт этой «инвестиционной драмы» начался в преддверии намечаемой приватизации энергетики — уголовное дело было возбуждено уже против представителя швейцарцев Е. Федотова.
       Суть обвинений состоит в том, что на полученные от швейцарцев в уставные фонды деньги он «скупил у неизвестных лиц и легализовал украденные не установленными лицами векселя». Это при том, что в предыдущем деле имеется несколько томов документов, опровергающих эту чушь.
       Суть в том, что, получив векселя за 30% от номинала (а такие предложения швейцарцам поступают), руководство РАО сможет оплатить ими, уже по номиналу, выкуп электростанций. То есть реально купить на эти векселя все три упомянутые ГРЭС. Поэтому задача отобрать у швейцарцев векселя стала настолько актуальной, что Генпрокуратура даже отменила как преждевременное собственное заключение о добросовестности швейцарцев.
       Теперь через эту историю, как через призму, разлагающую невидимый по причине своей бесцветности свет на видимые цвета радуги, разложим на видимые составляющие невидимую простым глазом политику нынешней российской власти.
       То есть берем лейтмотив всех выступлений Путина, который он формулирует в виде цели построения в России «нового общества», и посмотрим, во что в действительности воплощается политика президента. Благо, он у нас реформатор широкого профиля.
       
       История постсоветской России — история кидания всех и вся. Так что демократизация и рыночные преобразования выглядят лишь фоном этой «основной» деятельности власти. Поэтому до тех пор, пока Гайдар, кинувший с помощью либерализации цен все население, будет считаться «отцом российской демократии», сущность «старого» общества ни на йоту не изменится. Аналогично пока Чубайс, кинувший с помощью приватизации все общество, будет «хозяином» крупнейшей монополии, пока Кириенко, кинувший иностранных инвесторов, будет полномочным представителем президента и пока все кидалы рангом поменьше будут считаться нашей экономической элитой, «нового общества» в принципе не появится.
       Выбранный мною пример это обстоятельство хорошо подтверждает. Как два года швейцарцев кидали при Ельцине, так уже два года этот процесс продолжается при Путине. Ну и в чем прикажете усматривать «новизну» постельцинского общества? В том, что при нынешней власти Генпрокуратура отменила свое заключение о добросовестности швейцарцев, которое она сделала при прошлой?
       Ни одна из затеянных Путиным реформ не ставит целью изменение нравственной ориентации российской власти. Например, административная реформа вроде бы призвана привести в порядок исполнительную власть. Но такую реформу положено начинать с головы общества, которая представляет собой корпорацию кидал, а не с хвоста, то есть региональных властей.
       У президента есть все возможности заниматься реформированием нормальным способом. У него в руках верховная исполнительная власть. Он имеет послушную Думу. Совет Федерации, главный в недавнем прошлом бузотер, кастрирован и приручен.
       За два года, которые Путин возглавляет общество, простой ротацией кадров можно было бы существенно оздоровить «голову» общества. Умного народа в стране много, причем подавляющая его часть — люди честные. Но Путин не стал делать власти кадровый диализ, а административная реформа только наплодила дополнительных паразитов, правда, верных самому президенту.
       
       Аналогично выглядит ситуация с «экономической реформой». Ее смысл в том, чтобы закрепить олигархическое всевластие в качестве основы экономики, а бандитские понятия в качестве этики экономических отношений. В результате наша рыночная экономика приспособлена только под грязные деньги — лишь их владельцы имеют возможность защитить свою собственность.
       Швейцарские же деньги чистые, поэтому они и оказались объектом нападения. По той простой причине, что швейцарские банкиры неспособны организовывать «стрелки» и скупать на корню правоохранительные органы. Тогда как для криминального капитала это обычное дело и традиционные статьи расходов.
       Разумеется, беспредел в экономической сфере может существовать только под покровительством власти и правоохранительных органов. Мой пример хорошо иллюстрирует, как та же Генпрокуратура неуклонно превращается в типичную «крышу», пусть и самую дорогую. Сегодня она уже наполовину коммерческая организация — законно получает со своих клиентов 10% в собственный «внебюджетный фонд». Именно этим объясняется отмена Генпрокуратурой своего заключения о добросовестности швейцарцев. Когда она давала это заключение, у нее еще не было права собирать «десятину» за проведение разборок между кредиторами и должниками.
       Теперь это право у нее есть, и отмена своего заключения дала Генпрокуратуре возможность получить от энергетиков $1 млн дополнительного дохода. А так как за исполнение наезда на швейцарцев имеется надежда получить от энергетиков еще пару десятков миллионов долларов, то прокуроры и следователи отмораживаются ударными темпами. В итоге сегодня различие между бандитами и прокурорами заключается уже лишь в стоимости услуг. Бандиты выбивают деньги незаконно, поэтому берут за риск 50%. Прокуратура выбивает деньги законно и ничем не рискует, а потому получает 10%. Все по законам бизнеса.
       
       Российские суды только называются «третьей властью». Тогда как на самом деле представляют собой низшую ступеньку правовой иерархии.
       Любой следователь без объяснения причин может приостановить на любой срок любой суд. Нельзя в судебном порядке обжаловать незаконные, по существу, действия следователей по возбуждению уголовного дела. Даже если при этом человека лишают средств к существованию, «изъяв» при обыске все до копейки деньги и парализовав бизнес. По понятиям нашего права это не ущемляет гражданских прав — право на добывание средств к существованию к таковым у нас не относится.
       В истории со швейцарскими инвестициями следователи продемонстрировали свою отмороженность по полной программе. Почему четыре года суды, вплоть до президиума Высшего арбитражного суда, признают швейцарцев правой стороной, а остальные правоохранительные структуры эти же четыре года объявляют их жуликами? Потому что деятельность судов открыта, тогда как всех прочих правовых структур закрыта. Именно поэтому возникла, казалось бы, невозможная ситуация — суды признают действия следствия, включая обыски, незаконными, тогда как Генпрокуратура регулярно дает заключение о законности всех действий следователей. И так как «деятельность» следователей продолжается, то это означает, что де-факто у нас прокуратура уже главнее суда.
       В силу публичности своей деятельности судьи ограничены в возможности безобразничать, им для этого требуется хотя бы малюсенькая зацепка. Тогда как той же милиции или прокуратуре этого не надо — их интересы охраняет тайна следствия.
       Если при таком положении дел президент посчитал нужным реформировать именно судебную систему, значит, именно ее он считает плохой? А цель судебной реформы — в низведении судопроизводства до уровня остальных правоохранительных органов, то есть превращении низшей ступеньки в простую подстилку?
       Похоже, единственная реальная проблема власти в судебной системе в том, что право, в принципе, не совмещается с понятиями «нового общества». Хотя российская правовая система уже сегодня представляет собой на 90% муляж, а законодательство охраняет жуликов лучше, чем Красная книга — редких животных. Так что у правовых и экономических бандитов суды — последнее, не вполне надежно «схваченное» звено в их технологической цепочке. В результате «судебной реформы» эта проблема, видимо, будет решена и вся правовая система станет полноценным чучелом.
       
       Все перечисленные особенности «нового общества» соответствуют понятию криминального государства.
       Ичкерия — не единственный пример такого образования, этот феномен хорошо известен в истории. Как те же пиратские или разбойничьи республики, которые были и в нашей собственной истории, — разинская, Запорожская Сечь. Ельцин ведь, по сути, аналог Степана Разина, а потому именно аналог разинского разбойничьего общества он и создал. Даже чеченские сепаратисты всего лишь шли по стопам нашего «народного героя».
       Поэтому когда президент говорит о «новом обществе», он просто показывает народу «морковку». На самом деле «новое общество» в форме криминального государства властью уже построено, а Путин занимается созданием для него «нового порядка».
       Его суть заключается в новой модели разделения властей — на законодательную, исполнительную и правоохранительную. Создание этой модели «демократии по-лубянски» и предусматривают все проводимые Путиным реформы. Включая судебную «рокировочку» — замену в качестве субъектов третьей власти судей прокурорами.
       В результате наша демократия из «трех богатырей», пусть и выглядящих диковато и непрезентабельно, естественным образом трансформируется в трехглавого Змея Горыныча с Лубянки.
       Не только сама прокуратура открыто плюет на суды, но и клиенты открыто признают ее в качестве высшей, в сравнении с судебной, властью.
       В нашей истории имеется тому характерный пример. Когда энергетикам не понравилось, что в связи с возбуждением очередного уголовного дела арбитражный суд откладывает рассмотрение дела всего на месяц, то есть до окончания срока следствия, они с детской непосредственностью заявили судье о том, что «Колмогоров обещал нам продлевать уголовное дело в течение двух лет, поэтому и арбитраж надо сразу откладывать тоже на два года». Именно такой подход хорошо понимают и судебные приставы, категорически отказывающиеся принимать в производство выдаваемые судами в пользу швейцарцев исполнительные листы. Так что судебная реформа на самом деле только юридически оформит уже происшедшую смену третьей власти.
       О том, что не только швейцарцы, но и другие иностранцы ускоренными темпами избавляются от иллюзий по поводу российской демократии, свидетельствует пример с иностранными инвестициями в самую прибыльную российскую отрасль — нефтегазовую.
       Они выглядят удручающе. За последний год в России не появилось ни одного нефтегазового проекта, в котором приняли бы участие иностранные учредители. Наоборот, уже существующие компании с иностранным участием объявляют об уходе из России, несмотря на достигнутые здесь успехи в нефтедобыче.
       

       ОТ РЕДАКЦИИ. Мы будем следить за развитием событий. Просим читателей информировать нас о фактах прокурорского беспредела.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera