Сюжеты

ИСЧИСЛЕНИЯ И УСТАНОВЛЕНИЯ

Этот материал вышел в № 85 от 22 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Стратификационные и конвертационные тексты Книга Дмитрия Александровича Пригова выходит в издательстве «Новое литературное обозрение». «В этих текстах автор делает упор на такие привычные человеку слабости или, если угодно, страсти, как...


Стратификационные и конвертационные тексты
       
       Книга Дмитрия Александровича Пригова выходит в издательстве «Новое литературное обозрение». «В этих текстах автор делает упор на такие привычные человеку слабости или, если угодно, страсти, как подсчитывание никому не нужных вещей», — предуведомляет «НЛО». Разнообразные абстракции и их процентное соотношение Пригов вычисляет вдохновенно и скрупулезно, как Пушкин — суммы долга, а Велимир Хлебников — даты катаклизмов. И эта таблица логарифмов судьбы хорошо читается
       


       Пересчеты времени (1997)
       Предуведомление
       Все, что ни происходит, происходит, извините, в реальном масштабе времени. Вопрос не во времени, а в реальности. Именно этим мы и хотим заняться, пользуясь вроде бы понятиями и терминологией из области измерения единиц времени.
       
       * * *
       Многочисленные поколения молодых людей по всему свету
       Брошенные в пасть войнам и тому подобным пернатым химерам
       Идут, оборачиваясь молодыми улыбающимися лицами
       Со старых хроник и кинодокументов
       За последний век их погибло, вместе с побочными жертвами войн, около 350 миллионов
       В возрасте примерно 20 лет, не доживших своих законных 50 лет до среднестатистической
       Итого, в сумме, они не дожили 350 млн. х 50 = 16,5 млрд. лет
       Учитывая нынешнее население земли в 4 млрд.
       И в динамике за весь век, условно, принимаем число — 6,5 млрд.
       за вычетом погибших 6,5 млрд. — 350 млн. = 6,15 млрд.
       А также за вычетом примерно трети самих недоживших до 20 лет 6,150: 3 = 2,05 млрд.
       Теперь делим 16,5 : 2,05, мы получаем
       Как бы 8 дополнительных лет на каждого человека
       Из которых, естественно, эту тяжесть несения условно-обозначаемых виртуальных лет способны снести не более 5%
       Так что на каждого способного приходится обязанность в 160 лишних лет
       Я припоминаю, как бессмысленно в молодости терял время
       Растрачивая его на развлечения, попойки и прочую чепуху
       И только потом понял трагичность и невосполнимость этого
       Если принять за норму дневной работы часов 10 для достижения какого-то зримого результата
       То из расчета начала осмысленного бытия от 15 лет в 1953 г. до возраста 35 лет в 1975 г.
       Я работал в среднем исчислении не больше 20% времени, т.е. из должных 365 х 20 = 7300 дней, помноженных на 10 часов, равных 73 000 часов
       Я проработал всего 12 600 часов и недоработал 60 400
       Период с 1975 г. по 1985 г. мы вычеркиваем, так как я проработал его по вышеуказанной правильной норме
       С 1986 г. по 1996 г. я, опомнившись, прибавил 10% в интенсивности
       Сократив недостачу на 3650 рабочих часов, остались 56 250 часов недостачи
       Если в следующие годы мне удастся повысить интенсивность работ на 30%
       То в такой интенсивности мне придется проработать лет 56
       Чтобы, в результате, выйти на чистый нуль
       Ну что же, если прибавить мои нынешние 56 к этим 56
       Получается, что мне следует дотянуть до 112 лет, до 2052 года
       Это далеко не ординарный случай, но в общем-то не невозможный
       Говорят, что в тюрьме год идет за два
       Но при той нервотрепке нынешней жизни год если и не идет за два, то за полтора — уж как-нибудь
       Ну, положим, я стал это ощущать не с детства
       Но лет с 18
       Из моих нынешних 56 вычитаем 18 и получаем 38, и умножаем на полтора, получаем 75, с прибавлением тех чистых 18
       К тому же нынешняя профессиональная художественная жизнь далеко не подарок
       Существование в ней нервно и безумно, с возможным коэффициентом 1,8
       Начал я в ней с возраста примерно 35 лет
       Следовательно, возраст мой уже (75—35) х 1,8 + 35 = 107 лет
       К тому же, учитывая недоброжелательство к моей специфически неординарной личности на протяжении всей жизни, добавим коэффициент психологической сложности жизни в 0,3, получаем 107 + 31,1 = 139,1
       Ну, там то да се, набегает еще годков 10—12
       Так что мой нынешний возраст можно принять за 141 год
       Если взять пушкинские трагические 37
       То при нынешнем измененном представлении
       Включавшем в себя позднее, относительно тех времен, взросление
       То на первые 10 лет, от возраста 15 их взросления, до наших 25
       Приходится коэффициент 1,8 превышения, т. обр. 37 — 10 + 18 = 45
       Ну, конечно, наш ускоренный темп, опрокидывающийся на время включения в деловую активность от примерно 27 лет, имел бы для него, Пушкина, понижающий коэффициент 1,3 (45 — 26): 1,3 + 26 = 15 + 26 = 41
       Однако же осмысленность и влияние на взросление, которое имело их спокойное и вдумчивое проживание, естественно и однозначно обозначается коэффициентом 3
       И если принять эти годы хотя бы за треть его жизни, то получаем 41: 3 х 3 + 41 — 41: 3 = 41 + 14 = 55 лет
       Ну, там еще набегает лет 6—7, а результат — 62 года — неплохо
       И если взять все эти коэффициенты в их обратном значении —1,8 + 173 — 3 = —3,5
       И уподобить годам моей зрелости, то возраст мой будет (56 — 25): 3 + 25 = 35 лет-то мне всего
       Говорят, что за всю историю человечества жило на земле не более 10 млрд. человек
       Это не я говорю, это наука говорит
       И если взять среднюю продолжительность жизни, с учетом чрезвычайно короткой жизни раньше — 30 лет
       То получим 30 млрд. человеко-лет
       И соответственно — 10,095 триллиона человеко-дней
       И соответственно — 65,7 триллиона человеко-часов
       И соответственно — 394,2 триллиона человеко-минут
       Теперь, если взять средний вес человека за все эти времена, учитывая, что древний человек весил совсем-совсем немного — 50 кг
       И если представить себе такого архичеловека, принявшего на себя всю тяжесть жизни
       То получаем нагрузку в 39,4 миллиарда минут на 1 кг живого веса
       И соответственно 39,42 миллиарда лет на 1 г живого веса
       И если представить продолжительность жизни на Земле в 4 тысячи лет
       То получаем 1,013 тыс. лет на 1 г живого веса в год
       И получаем 278 лет на 1 г в день
       И 23 года на 1 г веса в час
       И 0,8 года на 1 г веса в минуту
       И, наконец, 0,013 на 1 г веса в секунду
       
       
       Путешествие из Москвы в Пермь (1997)
       Предуведомление
       Уподобления путешествия жизни — вещь давно известная и имеет под собой, видимо, глубокие основания для того. Но это все — идея. А как всегда, важна конкретика и прагматика. В нашем случае — конкретная топография и конкретная событийность. Вот вам они и суть.
       
       * * *
       Я выехал из Москвы и доехал до Владимира — за это мне полагается поощрение от Министерства путей сообщения.
       Я доехал до Нижнего Новгорода — за это мне полагалась бы денежная премия.
       Я доехал до Шахуньи — полагалась бы еще надбавочка.
       Доехал до Котельничей — думаю, что заработал звание заслуженного деятеля этого пространства.
       Доехал до Генгасово — ой, ой, ой, не дай Бог, обнаружат.
       Доехал до Глазово — ой, ой, обнаружили, бегут с колами и уключинами страшными, дикие, безжалостные.
       Доехал до Балезино — воочию явлено некое странное видение с провалами, дыханием смрадным, простирающимся во все стороны. — Ты о Балезино? — Да при чем тут Балезино? Тут ужас, страсти!
       Доехал до Кеза — полегчало, полегчало, заслужил чайку с сахаром.
       Доехал до Верещагино — думаю, заслужил уважение.
       Доехал до Менделеево — думаю, что вполне заслужил какого-либо влиятельного поста, положения во всяком случае.
       Доехал до Курьи — заслужил всего, ну, буквально всего что ни на есть, и в мировом масштабе.
       Доехал до Перми — Господи, спасения заслужил!
       
       
       Буквы (1997)
       Предуведомление
       Подобное мы уже имели однажды повод описать. Но артикуляционное становление, как бы составление, выращивание из букв-онтологемм стройного растения смысла, поданное как картина, состоящая из исторически-детерминированных, разбросанных по разным временам и народам актов в их квазипроцессуальной выстраиваемости, — как такое может не заворожить взыскующую и тонко чувствующую душу и не заставить возобновлять поиски сходных глубоко волнующих архисобытий.
       
       * * *
       Для произнесения первой буквы едет черт-те куда, меняя поезда, а после дилижансы, укутываясь от дождя и ветра в тяжелую серую крылатку, распахивает дубовую дверь какой-то таверны, забивается в угол и, посматривая через плечо в маленькое темное грязное окно, произносит: Е и обнаруживает себя на польско-литовской границе.
       Для произнесения второй буквы находит, что сподручнее всего обернуться в ударника 2-й пятилетки или что-либо подобное, и на головокружительной высоте монтируемой домны громко, почти вызывающе выдыхает в искрящийся воздух: В.
       Для произнесения третьей буквы обнаруживает себя ребенком в бело-синей матросочке, бродящим по старинному саду, забредшим в неведомую беседку, бледным, тонким мизинцем в глубоком молчании на пыльных мраморных перилах выводящим откуда-то выплывающее А.
       Затем оказывается в бреду, то ли после тяжелых и неудачных родов, то ли принесенный незнакомыми крестьянами с соседнего поля битвы в темную избу, где он лежал, окруженный горой погубленных им врагов, то ли после судьбой, либо агентами тайной полиции, мечется и в горячке выкрикивает: Н-ннн!
       Для произнесения следующей буквы бегает в виде зверя с длинными висящими ушами, завивающимся хвостиком, голубыми глазами, окруженными длинными шелковистыми темными ресницами, оборачивается на чье-то глухое шевеление в темноте кустов и произносит чуть заикаясь: Г-гггг!
       Уже дальше вынужден в виде некоего насекомого переползать многочисленные препятствия, не смея даже приподнять голову, только упорно и неодолимо волоча какую-то неимоверную тяжесть, подвывая: Е-еее!
       Для произнесения седьмой буквы и вовсе оказывается какой-то маленькой клеточкой, стремящейся по потоку крови, достигающей блестящего вздрагивающего сердца, проникающей в него и громко разрывающейся на еще более мелкие, чем сама, крохотная, частичечки с возгласом: Л-ллл!
       Для произнесения предпоследней буквы стоит посреди поляны огромным дубом, поскрипывающим и покачивающимся, и проезжающему мимо князю, проходящему крестьянину, горожанину, беглецу, вору, убийце, ребенку, птице пролетающей, зверю, безумцу, герою, вождю, насекомому, иноземцу, местному духу, русалке, ужу и ежу, таитянке и китаянке местным, философу и антропософу, столяру и маляру, и актеру, и саперу, младенцу и владельцу, клептоману и наркоману, кошке и собаке, и римлянину, и иудею произносит: И.
       Для произнесения последней буквы Е разражается не-
       обыкновенной грозой с грохотом и сверканием, с дикой энергией, но быстро успокаивающейся и сменяющейся картиной немыслимого умиротворения, сверкая влажными травами и листьями под лучами объявившегося солнца.
       И теперь для собирания всего этого вместе забивается в дальнюю уединенную комнату, затворяет дверь, не пуская на порог даже любимую до обморока нежности кошку, склоняется над столом, берет пинцеты и ланцеты, затем какие-то иные приспособления, затем отбрасывает их и только силой раскидистого обжигающего ума, мощью и целенаправленностью воли, неодолимым биением жаркого сердца собирает это все в висящее в воздухе и светящееся посреди всего этого слово ЕВАНГЕЛИЕ.
       
       
       Шесть общественных деятелей нашего времени (1998)
       Предуведомление
       В наших конвертационных и стратификационных усилиях и исследованиях, естественно, мы не могли обойти и общественной жизни, а также ее репрезентантов — общественных деятелей. Поскольку в нашем обзоре действительности мы, как правило, берем ее как некую целостность, то в ее варианте общественной жизни она предстает так называемым коммунальным телом, в котором естественно переплетены все нити и линии наследования и презентации. Так что, касаясь какой-нибудь персоналии, мы стараемся прямо проецировать ее на вышеназванное коммунальное тело, следя за тем, какие нити, волоски, так сказать, прямого принадлежания воспаляются, возгораются ярким красным, почти неоновым светом на плотных небесах.
       
       * * *
       Если слить три ветви наследственности Пушкина, Епиходова и Александра Третьего, то и получаем мы Горбачева как модельный вариант.
       Если слить три других вида наследственности — Достоевского, Собакевича и Маяковского, мы получим Ельцина как вариант.
       Если слить уже четыре ветви наследственности — Ивана Грозного, младших Чингизидов, Матроса Кошки и постсимволистов, то получим Сталина как единственный экземпляр.
       Если к этим пяти прибавить еще Розанова, Лжедмитрия, выкинув Кошку, мы получим Ленина как правильный вариант.
       Если слить три ветви наследственности Тургенева, Дарвина, его обезьян и Рамакришны, мы получим Сахарова как инкарнационный вариант.
       А если слить шесть ветвей наследственности — Менделеев, Мусоргский, затем какой-нибудь старец, Прудон и Надсон, мы получим Солженицына как интересный вариант.
       


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera