Сюжеты

А ЭТУ ЗИМУ ЗВАЛИ ЗЯМА

Этот материал вышел в № 86 от 26 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Те заморозки, которые наступили после «оттепели» и горбачевской гласности, все же согревали своим теплом люди. Один из них — Зиновий Гердт «Зяма — это же Гердт!». Сост. Я. И. Гройсман, Т. А. Правдина, изд-во «ДЕКОМ», Нижний Новгород, 2001...


       

  
       Те заморозки, которые наступили после «оттепели» и горбачевской гласности, все же согревали своим теплом люди. Один из них — Зиновий Гердт
       
       «Зяма — это же Гердт!».
       
Сост. Я. И. Гройсман, Т. А. Правдина, изд-во «ДЕКОМ», Нижний Новгород, 2001
       
       Эта книга — объяснение в любви. Тридцать три человека объяснились в любви к Зяме — Зиновию Ефимовичу Гердту. Каждый сделал это на свой лад. Но всех роднит одно: никому не хотелось ставить точку, обрывая воспоминания о той жизни, в которой еще недавно дышал, читал стихи, играл, смеялся, грустил этот единственный в своем роде человек. Такие люди редки во все времена, а в эпоху высоких технологий и сплошной унификации — тем более.
       Гердт одушевлял все, к чему прикасался. Даже телеэкран на время «Чай-клуба» переставал быть «ящиком» и становился частью жилого пространства.
       Последнее, что Гердт произнес на сцене, были стихи его друга Давида Самойлова:
       
       О, как я поздно понял,
       Зачем я существую!
       Зачем гоняет сердце
       По жилам кровь живую.
       
       И что порой напрасно
       Давал страстям улечься!
       И что нельзя беречься,
       И что нельзя беречься…
       
       Гердт не берегся. Он щедро тратил себя на сцене и в жизни.
       Петр Тодоровский вспоминает, в каком бешеном ритме жил Гердт, когда приходилось целый день проводить на съемочной площадке, снимаясь в фильме «Фокусник», вечером играть в театре Образцова, а в промежутках записываться на радио или выступать по телевизору. Неудивительно, что он довел себя до предынфарктного состояния.
       «Взахлеб», «запоем» — эти слова кочуют по страницам книги. «Он мог просто заговорить человека стихами», — пишет Роберт Ляпидевский, с которым Гердт много лет проработал в театре Образцова. «Зиновий читал запоем… — вспоминает Петр Тодоровский. — Взахлеб, перебивая друг друга, стоя они (Гердт и Володин) читали Заболоцкого, Мандельштама, Цветаеву, Самойлова». «Он захлебывался сумбурным счастьем общения с людьми, — говорит Александр Володин. — Он неистово любил людей, близких ему по духу, по сердцу. Он так же неистово ненавидел чужих — продавшихся, предавших».
       «Гердт — воинствующий профессионал-универсал», — утверждает Александр Ширвиндт. А еще он обладал свойствами, которые впору занести в Красную книгу: готовность прийти на помощь, умение радоваться чужому таланту и, конечно, детскость.
       Он обладал даром высекать из другого божью искру, извлекать чистую ноту. И книга о Гердте начисто лишена мути. Зато полна искреннего восхищения, благодарности и любви.
       Но вот что интересно. Она не только полна любви к Гердту. Она полна любви к тем, кто о нем пишет. И происходит это благодаря живым и эмоциональным запискам жены Зиновия Ефимовича — Татьяны Александровны Правдиной, предваряющим каждый текст. Когда читаешь ее записки, возникает чувство, что сам Гердт устами бесконечно близкого ему человека объясняется в любви своим друзьям, из которых многих уже нет на свете. Одни — как Виктор Некрасов, Давид Самойлов, Борис Чичибабин, Михаил Львовский — ушли до Гердта. Другие — Булат Окуджава, Григорий Горин, Михаил Швейцер — после. Невольно ловишь себя на мысли, что на том свете скоро будет — а может, уже и есть — гораздо веселее и теплее, чем на этом. Уж больно славные люди там собрались.
       Никто из пишущих о Гердте не пытается заслонить его собой. Все хотят одного — как можно больше вспомнить, ярче сказать, точнее воспроизвести его речь. Но особое удовольствие — узнавать о нем от него самого. Нам дана эта возможность благодаря сохранившейся у Эльдара Рязанова полной записи телевизионной беседы его с Гердтом, которая в сокращенном виде была показана по телевизору в день восьмидесятилетия Зиновия Ефимовича — 21 сентября 1996 года. Там уместилось все: и детство в маленьком городке Себеж, и игра в Театре рабочей молодежи — ТРАМе, и война, и ранение в ногу, и фильмы, и концерты, и стихи, и гастроли. И пронзительный по откровенности эпизод, когда он вдруг вспомнил себя, трехлетнего, и то, как мама брала его на руки и читала какие-то стихи, из которых он помнит только несколько строк: «Бедный мальчик, весь в огне, / Все ему неловко. / Ляг на плечико ко мне, / Прислонись головкой…». «Я так плакал, как в детстве, — говорит Гердт, — а было это, ну, дней десять назад».
       Какие еще слова нужны, чтобы понять, каково ему было в тот последний год, когда он знал, что смертельно болен. В этом эпизоде — весь Гердт с его натуральностью и мужеством. Потому что в мгновенной слабости признаются только сильные люди.
       «С любимыми не расставайтесь», — цитирует Гердт, вспоминая свою встречу с поэтом Александром Кочетковым. Очень не хочется расставаться с героем этой книги. Я листаю страницы, смотрю фотографии и все не решаюсь отложить книгу. Ведь закрыть ее — как выйти из тепла на холод.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera