Сюжеты

МЫ И В ЖИЗНИ ИГРАЛИ ФИЛЬМЫ ДЛЯ САМИХ СЕБЯ

Этот материал вышел в № 86 от 26 Ноября 2001 г.
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

МЫ И В ЖИЗНИ ИГРАЛИ ФИЛЬМЫ ДЛЯ САМИХ СЕБЯ Джейн Биркин — одна из самых любимых во Франции звезд. Любимых именно в силу своей хрупкости, нежности, заботы о других — эта актриса и певица известна и своей гуманитарной деятельностью. Джейн...


МЫ И В ЖИЗНИ ИГРАЛИ ФИЛЬМЫ ДЛЯ САМИХ СЕБЯ
       

  
       Джейн Биркин — одна из самых любимых во Франции звезд. Любимых именно в силу своей хрупкости, нежности, заботы о других — эта актриса и певица известна и своей гуманитарной деятельностью. Джейн родилась в Лондоне в 1946 году. Ее отец, сэр Биркин, был капитаном военного судна Королевского флота Ее величества, а мать — знаменитой театральной актрисой, которая многие годы играла на лондонской сцене под именем Джуди Кэмпбелл.
       В 1968 году молодая английская актриса Джейн, уже успевшая сняться в фильме Антониони «Блоу-ап», удостоенном Золотой пальмы на Канн-ском фестивале 1967 года, получает приглашение принять участие в съемках фильма «Лозунг», герой которого — Серж Гензбур. В 40 лет этот актер, певец, композитор и писатель успел произвести революцию во французской песне. В это время у него как раз завершился бурный роман с Брижит Бардо. Когда на съемках появилась Джейн, которая не только играла в фильме англичанку, но и в жизни не говорила ни слова по-французски, между ними завязался роман, ставший легендарным…
       
       Мы сидим в квартире Джейн недалеко от бульвара Сен-Жермен, в доме XVII века. Квартира набита мебелью самых разных стилей — от старинной французской до таиландской и африканской, сувенирами со всех концов света, коврами, картинами, фотографиями, книгами, растениями… А царит посреди этого живописного бедлама огромный пушистый рыжий котяра. На входной двери Джейн висит табличка: «Осторожно, странный кот!».
       Джейн смотрит на меня поверх узких очков для чтения и говорит неповторимым, с кошачьей хрипотцой голосом…
       — Джейн, как начался твой роман с Сержем Гензбуром?
       — О, меня пригласили на съемки фильма «Лозунг» вместо Маризы Беренсон, которая отказалась в последнюю минуту. Вначале Серж меня не замечал, потом делал вид, что презирает, и в то же время приставал ко мне. Я его сторонилась. А потом он пригласил меня на ужин, и я увидела в нем того, кого он скрывал за напускной бравадой, — русско-еврейского интеллигента, родители которого Иосиф и Ольга прибыли после Октябрьской революции во Францию из Одессы.
       Несколько месяцев спустя я получила предложение от Жака Дере, который собирался снимать фильм «Бассейн» в Провансе с Роми Шнайдер и Аленом Делоном. Я поехала на пробы, которые оказались удачными. Но буквально через несколько дней в Сен-Тропез, где проходили съемки, прибыл Серж на огромной машине, которую взял напрокат. Она даже не проходила по некоторым улицам городка. Для него красавчик Делон был «опасностью номер один», и он приехал, чтобы быть с нами, то есть со мной и моей дочерью от первого брака Кейт. Первым делом он загрузил в машину кипу пеленок Кейт и ее коляску и демонстративно проехался по Сен-Тропезу.
       — С того времени вы и начали совместную жизнь?
       — Мы поселились вместе в особняке на улице Верней, и большую часть времени с нами жила Кейт. Серж действительно относился к ней, как к своей дочери, даже после рождения нашей дочери Шарлот в 1971 году. Но мы так и не поженились, хотя вначале собирались это сделать в 1972 году и даже хотели устроить гигантский бал на Лионском вокзале.
       Вначале, когда мы познакомились, он еще ходил аккуратно одетым, в круглых очках интеллигента. Это я ему предложила отпустить щетину: мне казалось, что плохо побритый мужчина вызывает материнское чувство у женщины, ей хочется им заняться. Потом это вошло в моду. Мне кажется, что первые годы с ним были для меня каким-то возвратом в детство, золотым веком, когда все было позволено и все было возможно. Я помню, как мы поехали в Дубровник и купили там детский поезд. В номере мы нагрузили его бутылочками водки из бара, и Серж запускал его, чтобы он проезжал под кроватью. Это был момент неописуемого счастья!
       Мы были актерами фильма, который играли сами для себя. Он вел меня в какой-нибудь шикарный бутик, к Иву Сен-Лорану например, чтобы купить мне вечернее платье просто для выхода в ресторан вдвоем. Мы часто ходили в рестораны, где была музыка. Серж особенно любил цыганские мелодии, и нашим любимым заведением было кабаре-ресторан «У Распутина».
       Но чем дальше, тем больше он пил, стал вызывающе груб с окружающими. Однажды демонстративно погасил сигарету о галстук ведущего телепрограммы. Несмотря на его первый инфаркт в 1973 году, мы каждый вечер ходили в бар «Элизе-Матиньон», Серж пил и играл на рояле — с ожесточением, до утра, а я засыпала прямо на скамейке. Однажды мы возвращались рано утром, Серж шатался, не мог попасть ключом в замочную скважину. Он склонился над резной дверью с острыми выступами, и я, вместо того чтобы ему помочь, внезапно толкнула его изо всей силы, так что он разбил в кровь себе бровь о выступ. Мне было стыдно после этого внезапного приступа ненависти. Назавтра он удивлялся, как он мог так повредить себе лицо, но я не осмелилась ему сказать, что это было из-за меня.
       Однажды ночью в 1980 году я ушла из нашего общего с Сержем дома, забрав моих девочек. Я прожила два месяца в Хилтоне, а затем купила домик в Париже с садом и прожила там 15 лет.
       — Что приходит тебе в голову, когда ты вспоминаешь о Серже?
       — Когда нам звонили, включался автоответчик с записью его голоса: «Быть или не быть. Вопрос. Ответ». Эта фраза еще звучит в моих ушах.
       — А если подвести итоги твоей профессиональной деятельности в те годы?
       — Я начала петь благодаря Сержу, и это стало важнейшей частью моей жизни. Хотя отдельные песни я пела с 1968 года, мой первый альбом «Ди Ду Да» был записан в 1973 году. Все эти песни были сочинены Сержем. Вообще, после рождения Шарлот я два года почти не работала. Я начала интенсивно сниматься в кино с 1973 года, с фильма Роже Вадима «Дон Жуан-73», где еще участвовала Брижит Бардо. В течение нескольких лет это были в основном комедии, где я играла роли наивных англичанок.
       Переломным оказался 1975 год. Во-первых, я сыграла впервые в драматическом фильме Жака Руфьо «Семь смертей по заказу», а во-вторых, снялась в первом фильме Сержа «Я люблю тебя, а я тебя тоже не люблю», где я сыграла женщину-андрогина. Мы впервые показали в кино гомосексуализм, или, точнее, сексуальную двусмысленность. По выходе в марте 1976 года фильм вызвал ужасный скандал. Пресса выступила с чудовищными нападками на Сержа, да и меня не пощадили. Оценил его только Франсуа Трюффо. Тогда фильм быстро сняли с экрана, но зато он по сей день идет в синематеках.
       Из фильмов вспомню еще «Смерть на Ниле» с Питером Устиновым. Это, конечно, коммерческий фильм, но мне было приятно в нем играть. А из песен, сочиненных для меня Сержем, самыми успешными и по сей день любимыми были «1969, эротический год», «Баллада Джонни Джейн», «Йестердей, йес э дей».
       — Как складывалась твоя жизнь после ухода от Сержа?
       — Я встретила человека, который помог открыть мне еще одну сторону моей личности и стал отцом моей третьей дочери, Лу. Это кинорежиссер Жак Дуайон. Я познакомилась с ним, когда он пригласил меня сниматься в своем фильме «Блудная дочь». Тогда же я подружилась с Мишелем Пикколи: мы играли вместе. Дуайон впервые доверил мне главную роль, причем не наивной иностранки, а страдающей женщины. За годы жизни с ним я снялась в нескольких серьезных фильмах: «Пиратка» в его постановке, «Любовь на земле» Жака Ривета, «Женщина моей жизни» Режиса Варнье.
       Совершенно особняком стоит мое участие в фильме женщины-режиссера Аньес Варда «Мастер Кунг-Фу» в 1987 году. Это история любви между 40-летней женщиной, которую я играю, и подростком, которого играет сын Аньес. Роль родителей героини в фильме играли мои собственные родители, а роль ее детей — мои дочери Шарлот и Лу. И даже сцены интерьера были сняты у меня дома!
       Вообще-то, самые значительные фильмы, в которых я снялась, приходятся на последнее десятилетие. Это — «Прекрасная спорщица» Жака Ривета, «Нам это знакомо!» Алена Рене, «Это — мое тело» Родольфа Маркони. В последнем фильме я играю кинорежиссера, очень жесткую деловую женщину, которую не разжалобишь сантиментами.
       — Вот уж образ, который далек от тебя! Ведь у тебя сохранились особые отношения с Сержем и после того, как вы расстались.
       — Мои отношения с Сержем никогда не обрывались. У нас была общая дочь, и нам удалось установить дружеские, творческие отношения. Я вернулась к песне в 1983 году благодаря Сержу. Он написал для меня альбом «Одинокая бэби в Вавилоне». В то время Серж уже сильно опустился, совершал публичные провокации. Например, в 1984 году он демонстративно сжег во время прямого эфира в телестудии 500-франковую купюру, чтобы выразить свой протест против «налогового борделя». Но для меня он написал удивительно нежные песни, и этот альбом стал моим первым «золотым диском».
       В 1985 году я начала играть в театре. В этом сыграл роль режиссер, которого я очень ценю: Патрис Шеро. Этот год памятен для меня и по другой причине: наша с Сержем дочь Шарлот начала сниматься в кино. Но если за первую свою роль она получила высшую французскую премию «Сезар», то второй фильм, по папиному сценарию, «Шарлот навсегда», произвел настоящий скандал, потому что в нем содержится намек на инцест. Это история отца, который слишком сильно привязан к дочери. Кстати, в следующем году Серж написал альбом уже для Шарлот, и одна из песен этого альбома, «Лимонный инцест», в свою очередь, вызвала скандал.
       Как певица я впервые выступила перед публикой со сцены в 1987 году в парижском театре «Батаклан». И опять это были песни, сочиненные для меня Сержем.
       — Как ты восприняла его смерть?
       — Мне позвонили, и я тут же бросилась на улицу Верней, где не была к тому времени уже 10 лет. Он лежал в ванне мертвый. Это было ужасно. Я помню его похороны на Монпарнасском кладбище, толпы молодежи, которые любили его новый персонаж битника, бросающего вызов обществу. А я продолжала любить того артиста-эмигранта, образ которого потихоньку растворился во время нашей совместной жизни, еще до того, как мы расстались. Но, конечно, я помню и раны. Пока мы жили вместе, он давал мне выбирать среди мелодий, которые он писал, то, что я хотела исполнять. Он мне играл их на рояле, а я говорила: «Вот эта». Но однажды я пришла к нему уже после нашего разрыва. Он мне сыграл мелодию, которую я тут же захотела для себя, но Серж улыбнулся и сказал: «Нет, это для Изабель Аджани».
       Конечно, все это мелочи. Серж — это часть моей жизни по сей день. Я мечтаю совершить когда-нибудь поездку в Украину, отец Сержа был родом из Харькова, мать — из Феодосии. Мне бы хотелось навестить места, где они родились, Одессу, в которой они поженились. Именно от Сержа у меня любовь к русской культуре, русской музыке.
       Однажды меня пригласили в Аддис-Абебе на вечер поэзии, посвященный Рембо, который прожил часть своей жизни в Эфиопии. Я ничего не успела подготовить и перед выходом на сцену выскочила и написала на туалетной бумаге: «Верить в небеса, верить в бога, даже когда вокруг все безнадега»… Кто-то меня спросил: «Это Аполлинер?». А я ответила: «Это — Гензбур».
       — А что ты делала в Аддис-Абебе?
       — С середины 80-х годов я стала участвовать в различных гуманитарных акциях, манифестациях против расизма. В 1991 году я предложила от имени Международной амнистии, чтобы 30 французских кинематографистов сделали каждый по документальному фильму о каком-то политзаключенном, объявленном этой организацией узником совести. Я сама сняла тогда фильм об одной молодой филиппинке. А три года спустя я выступила с такой же инициативой в рамках кампании против СПИДа. Мы тогда назвали эту операцию «Три тысячи сценариев против вируса». Вот я и ездила на съемки этого фильма в Эфиопию.
       В том же году я побывала в Боснии, в разгар войны. Я поехала туда вместе с несколькими писателями, чтобы поддержать осажденное население Сараево. Там я встретилась с писателем Оливье Роленом, который стал моей новой любовью. Он познакомил меня с совершенно новым кругом людей, писателями и философами. Благодаря ему я даже познакомилась с очень забавным типом, русским писателем Виктором Пелевиным, которого Оливье издает во Франции. У них был совершенно сумасшедший разговор в моем присутствии. Оливье является страстным поклонником гениального португальского поэта Фернанду Песоа, который писал стихи как бы от имени нескольких совершенно различных персонажей, разными стилями. Это уникальное явление в истории мировой литературы. Оливье начал рассказывать Виктору про Песоа, потому что думал, что тому это будет интересно, ведь у него в «Чапаеве» происходит полное раздвоение и даже размножение личности у нескольких персонажей. Но Пелевин не «врубился», и когда Оливье закончил, он сухо заметил: «А что тут особенного? Банальный психиатрический случай!».
       — Последний, тривиальный вопрос. Над чем ты сейчас работаешь?
       — Я заканчиваю съемки фильма вместе с известной актрисой Дайаной Уест, которая снималась с Вуди Алленом и заработала вместе с ним два «Оскара». Это комедия в постановке режиссера Анри Литвака, еврея с русскими корнями, как Серж. А затем я буду сниматься в первом фильме театрального режиссера Люка Бонди. Это фильм о Серже, обо мне, о нашей жизни. Я играю саму себя, Наташа Ренье — мою дочь, а Брюно Ганц будет играть моего мужа. Между этими фильмами я надеюсь, что смогу совершить несколько поездок, посвященных гуманитарной деятельности.
       


Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera